— Эх, вот бы пошалить…
Петр закатил глаза. Блэки такие Блэки. Сейчас начнется.
— Представляете, идет Филч в обход со своей кошатиной, а из-за угла степенно выходят еще пять… нет, десять миссис Норрис, — расплылся в мечтательной улыбке Сириус.
— Да, я бы тоже посмотрела…
— На морду Норрис.
— А я на филчевскую.
— Хочешь на ручки к завхозу, серьезно? О, Мэри…
— Тьфу на тебя, Снейп! Вечно ты все опошлишь!
Сириус заржал.
— МакГонагалл бы тоже…
— Мечтайте, да делать не смейте! — нахмурился Пит. — На кого в этот раз сваливать будете?
— Ха, у нас нынче целых семь дружественных компаний.
— Ага, и все они прям мечтают засветиться.
— Ну, один-то кадр по-любому мечтает.
— Думаешь? Мне кажется, Локонсу особо некогда витать в облаках. Весь в работе, весь в дополнительных занятиях. Растет мальчик.
— Кстати, о Локонсе. Жалко его уже. Давайте сделаем что-нибудь, а?
«Золотой мальчик» действительно рос, только в высоту. Сначала девчонки заметили, что он ходит в коротковатых брюках, а потом и парни увидели, что его уже не очень-то золотистые локоны иногда напоминают паклю. Видимо, расчесываться забывает, решили они и были совершенно правы. Гилдероем занимался сам директор лично, а если он был в разъездах, что случалось частенько, его, словно собаки канат, перетягивали профессора Флитвик и Слагхорн.
Так что, все вспомнив и взвесив, решили помочь. И дело доброе, и… так, на всякий случай.
Но стоило Локонсу получить записку, написанную «его собственным» почерком, тот едва не сжег ее прямо на столе, едва успел на пол сбросить и сверху встать.
— Какой он стал дерганый!
— Да, нервишки никуда.
— Кажется, ему точно надо помочь…
— А мы что собираемся сделать? Сначала дадим ему аниформу… Потом все остальное.
— Только на этот раз не бесплатно.
— И что ты с него собираешься взять?
— Записи его уроков с Дамблдором. На пару Джеминио его точно хватит.
— Соображаешь, Северус…
— Кто-то сомневался?
Гилдерою отправили еще одну записку, уже несколько другого содержания…
* * *
В Выручайке на глазах двух Локонсов (замаскированных Снейпа и Петтигрю) третий, настоящий, начал быстро уменьшаться, пока на полу не оказался несколько потрепанный, но чертовски нарядный птиц.
— Вау! Какой красавчик!
Птиц что-то слабо пискнул и закатил глаза.
— А, вот, на, смотри…
Золотой фазан красовался перед зеркалом долго… Ему помогли с обратным оборотом.
— Эх, слишком заметный, — протянул Гилдерой-настоящий, но было видно, что настроение у парня улучшилось.
— Ничего не поделать, ты такой, какой ты есть. Впрочем, есть отличный выход: оборотное для аниформы.
— Мне бы мышку, пожалуйста… или крыску какую, а?
— Ты ли это, Гилди, ты ли это, золотце?
Локонс в ответ посмотрел скорбно и погрозил кулаком, кажется, больше самому себе.
* * *
— Мяульсибер, мышь принес?
— Будешь обзываться, настригу тебе волос с крысы.
— Не буду против. Пригодится.
— Сам лови.
— Я свое уже намышковал, разве нет? — усмехнулся Снейп. — А тебе полезно реакцию тренировать. Меня на тренировках не поймал еще ни разу.
В лаборатории уже целая полка была заставлена очередными «секретными ингредиентами»: всевозможная шерсть, в основном кошачья, состриженные когти и совиные перья. С амфибиями, увы, так ничего и не вышло: ни лягушачья слизь, ни секрет бородавок нужного эффекта не давали. У них были свои свойства, давно описанные и используемые поколениями зельеваров. А шкуру сдирать с живого не хотелось никому. Да и пить это все потом, бр-р-р. И даже буэ. С волосками и перьями смириться было несколько проще.
Так что вскоре совершенно счастливый фазан склевал зерна, пропитанные очередной модификацией оборотного, после чего превратился в обычную домовую мышь и счастливо пискнул.
— Ты учти, что по школе пара десятков котов нынче бегает, — предупредил его Пит.
— У них нет звезд на мантиях и они не потащат варить Феликс Фелицис и чары отрабатывать! А что косточки хрустнут, так можно перекинуться, а мадам Помфри все срастит!
— Оптимист…
— Дамблдора на вас нет!
— Это спасибо, и не надо…
Из аккуратных и подробных конспектов ребята почерпнули тоже немало интересного, хотя и отложили на время: приближались очередные экзамены.
Вскоре выяснилось, что оборотное они модифицировали не зря. Сивилла изрекала какие-то невнятные предупреждения, ребята настораживались, но все было спокойно и гладко, так что Сиви сама уже подумала было, что промахнулась, но во время зачетной декады все-таки произошло самое настоящее ЧП.
Пострадало сразу трое: Констанс Бёрк, хозяйка непонятно каким образом сбежавшего Аризонского аспида, и двое попавшихся ему на пути и, видимо, раздразнивших змея, а потому укушенных — Фрэнк Лонгботтом и Гилдерой Локонс проснулись в Больничном крыле, но не очнулись, а продолжили бредить, бормоча что-то про «пеструю ленту». Собственно, это и дало возможность выйти на змея и его хозяйку — красавец аспид был такой один на весь Хогвартс.
Рыдающую мисс Бёрк приговорили к расставанию с фамильяром, правда, не сразу. А после беседы в кабинете директора она вернулась не в слезах, а задумчивой и какой-то просветленной… На факультете ее быстренько проверили на предмет съеденного и выпитого, нейтрализовали зелье доверия, после чего подробно, но ласково расспросили.
Бёрк поделилась с ними высокой гуманностью методов и помыслов Великого волшебника и ритуальной формулой передачи фамильяра, так что слизеринцы первыми поняли, что им теперь не отвертеться.
Когда они принесли эту информацию в Выручайку, было решено: розыгрышу — быть. Тем более, что на следующее утро директор подтвердил это почти полным повтором своего первого выступления. Мол, могут остаться только те фамильяры, что были указаны в последнем приказе.
На этой волне уговаривать никого из школьников не пришлось: весь Хогвартс был готов выстроиться в очередь за чудесным зельем и отдать за него последнее, точнее, предпоследнее. Подготовка проходила в глубокой секретности, благо любимчики директора все это время оставались в Больничном крыле: двое болели, остальные их поддерживали.
Зелья не хватало просто катастрофически, пока Сивилла наконец не сообразила посоветоваться с эльфами. Она и с хогвартскими домовиками стала накоротке благодаря Кори, но впутывать подотчетных господину директору ушастиков не хотела.
Блэковская же эльфа, не ограниченная никакими запретами школы, преспокойно увеличила объем первого же котла до нужной величины. Да еще и закрепила действие, так что полученной порции должно было всем хватить до самых каникул. Она же невидимкой перетаскала всем купившим зелье, а кто не купил,