— Понял тебя, сын, — задумчиво ответил царь, — но сейчас есть такое мнение, что военная победа и не понадобится.
— Теперь ты поясни… — недоуменно поднял брови Георгий, — а то как-то туманно это звучит.
— Поясняю, — охотно продолжил свою речь Александр, — я тут между делом съездил на Всемирную выставку в Бельгию…
— Да-да, помню об этом деле, — встрепенулся Георгий, — там еще инженер Шухов должен был что-то представлять.
— Правильно, Шухов и представил свои разработки, но сейчас речь не об этом — я там в этой Бельгии провел кулуарные переговоры с английским премьер-министром…
— Его же Солсбери зовут. — припомнил Георгий, — и он не первый раз премьерствует, так?
— Все верно, сын мой. Зовут его лорд Солсбери. И это его третий заход на правительственное кресло. Так вот, если тебя интересуют итоги наших переговоров…
— Чего спрашиваешь, папа? — ответил Георгий, — конечно интересуют.
— Так вот… Солсбери предложил мне большую сделку, такого во время моего царствования, кажется, еще ни разу не случалось. Ты спросишь, в чем заключается эта сделка — и я тебе отвечу… англичане зовут нас в большую тройку с Францией, раз. Выдают нам кредитов на миллиард фунтов, два. И обещают разграничить сферы влияния в Иране, три. Ну и вдобавок пообещали не вмешиваться в нашу политику в Маньчжурии…
— А взамен этого им нужна только большая Тройка?
— Нет, конечно… еще чтобы мы убрались из Африки и разорвали связи с Вильгельмом и Францем-Иосифом.
— И что ты решил, папа? — заинтересованно посмотрел тот в глаза отцу.
— Я решил ни да, ни нет пока не говорить, — отчеканил Александр, — и немного оттянуть время… а в Африке сейчас будет заморозка военных действий и длительные переговоры сторон, в которых российская сторона, конечно, будет принимать живое участие.
— И где эти переговоры будут проходить?
— Ты наверно будешь смеяться, но в Петербурге, в Стрельнинском дворце — я предложил это Солсбери, а он не отказался.
— Тогда я бы тоже поучаствовал в них, тем более, что в Стрельне все мое детство прошло…
— Конечно, сын, ты там уже вписан в протокол, вместе с Николаем — будете следить за соблюдением регламента. И еще я бы очень хотел, чтобы ты взял на себя этого махатму… по-моему у тебя с ним сложилось что-то вроде неформальных отношений.
— Легко, папа, — скромно ответил Георгий, — а еще я же хотел вручить тебе подарки из Африки.
— Ну так вручай, за чем же дело стало.
И тут Георгий наконец распаковал баул, где были завернуты шкура леопарда, два слоновьих бивня и рог носорога. Но при этом он вспомнил и о своем обещании Крюгеру.
— Президент Трансвааля изъявил желание получить струю бобра, надо уважить такого уважаемого человека.
— Шкура красивая, — заметил царь, — повешу ее над камином в Гатчине. А президента, конечно, уважим — с чем-с чем, а с бобрами у нас пока все в порядке.
Глава 18
Переговоры в Стрельне
У садово-дворцового комплекса в Стрельне была богатая и извилистая история. Изначально здесь хотел устроить второй Версаль еще Петр I, но не сложилось. Возникли большие технические сложности с подъемом воды в фонтанную систему, поэтому российский Версаль перенесли в Петергоф, а Стрельню забросили. Интерес к ней появился вновь в конце 18 века, при Павле I, который подарил это место сыну Константину. Дворец в античном стиле спроектировал архитектор Воронихин.
В конце же 19 века Александр III вернул Стрельну в императорскую корону, организовав там что-то вроде филиала Морского министерства, здесь часто проводились совещания по профильным проблемам, а в 1899 году Константиновский дворец открыл свои двери для переговоров по конфликту в Южно-Африканских колониях.
От Британии на переговоры прибыла вся большая руководящая тройка — премьер, министр обороны и начальник Ройял-флит. От буров прибыли оба президента и командующий объединенной армией. Россию же, как арбитра в переговорах, представляли, не считая самодержца, два наследника престола плюс министр иностранных дел и только что назначенный советник по делам колоний, им стал Петр Петрович Семенов-Тяньшанский, известный путешественник и естествоиспытатель.
Переговоры, как известно, штука длительная и тягомотная. Длиться она может месяцами, если не больше, но конкретно здесь Георгий решил максимально ускорить все процессы, задав такой тон совещанию, собравшемуся в зале Бельведер, известном своей морской тематикой:
— Господа, — так начал свое вступительное слово он, — мы все собрались здесь, на гостеприимной русской земле, чтобы положить конец братоубийственной бойне в Африке, которая не нужна никому, кроме врага рода человеческого…
Александр восхитился таким началом и незаметно показал сыну большой палец, а тот тем временем продолжил.
— Те ресурсы, которые противоборствующие стороны задействуют в военном конфликте в Трансваале, было бы логично употребить на более насущные вопросы, например, снижение младенческой смертности или повышение уровня жизни граждан Южной Африки до высоких европейских стандартов. Так давайте же без излишнего красноречия и растекания мыслями по древу определим точки соприкосновения противоборствующих сторон и попытаемся убрать напряжение между ними…
Присутствующие с большим вниманием выслушали речь Георгия, кое-кто даже изобразил видимость аплодисментов, после чего слово взял премьер Британии лорд Солсбери, кто бы сомневался в этом.
— Господа, — сказал он, не вставая со своего кресла, — мы весьма благодарны российской стороне за предоставленную возможность встретиться лицом, так сказать, к лицу со своими противниками на полях боев Южной Африки. Британия вчерне набросала свои предложения. Касающиеся прекращения конфликта в Оранжевой республике, могу передать их на бумаге, а могу и озвучить, как будет угодно коллегам…
Александр мысленно отметил слово коллеги, но вслух ничего не сказал. Продолжая раскуривать огромную гаванскую сигару.
— Скажите это словами, — высказал общее мнение президент Трансвааля Крюгер.
— Хорошо, — Солсбери откашлялся, взял из папки листочек с текстом и начал зачитывать с выражением, — пункт первый — боевые действия замораживаются на той линии, которая образовалась на 1 октября текущего года. Пункт второй — вдоль этой линии декларируется демилитаризованная зона шириной 5 километров с обеих сторон. Третий пункт — британская сторона признает права бурских республик на те территории, которые они занимали