— А что у нас с железной дорогой на Пекин? — вспомнил этот момент Георгий, — ее же должны были начать постройкой в прошлом году…
— Уложено примерно 150 километров от Харбина, — доложил генерал, — но с началом бунта, сами понимаете, все работы приостановились.
— Ясно… — Георгий встал, пробежался по кабинету туда-сюда, подражая отцу, затем выдал резюмирующую часть беседы, — отправьте меня по этой ветке до конца… где уж она сейчас заканчивается?
— Вот здесь, — Кружайло прищурился и указал пальцем на населенный пункт с названием Сыпин.
— Отлично, туда мы и переправимся вместе с эскадроном Преображенского полка и казачьей сотней.
— Хорошо, Георгий Александрович, мы вас непременно туда доставим, — генерал вытер пот со лба, — но может быть чуть позже? Дело в том, что в Харбин завтра прибывают командиры миссий Британии и Германии — вы могли бы поучаствовать в совещании на предмет координации наших сил.
— Решено, — Георгий решительно рубанул рукой воздух, — тогда сегодня мы остаемся здесь на постой, а завтра после совещания отбываем на фронт.
— Приглашаю вас на торжественный обед, — так же решительно отвечал ему Кружайло, — в ресторан при вокзале завезли свежую кабанятину.
— Слонятину и мясо жирафов я ел, но кабанов еще не пробовал, — задумчиво отвечал Георгий, — можно исправить этот пробел. Кстати-кстати… здесь же должны водиться уссурийские тигры, это так?
— Не совсем, Георгий Александрович, — отвечал генерал, — тигры водятся чуть восточнее, в районе Владивостока-Хабаровска, а здесь их практически не бывает.
— Ну, значит, не судьба… удовлетворимся кабанами.
Совещание в верхах
Кружайло не обманул, и завтра в Харбин съехались все высокие чины намечающейся коалиции. Из Владивостока подъехал генерал-адъютант Алексеев, вместе с ним был и маршал японского флота Того, который завернул по дороге из Японии в российский порт. А из Дагу кружным путем добрались адмирал Королевского флота Сеймур и немецкий генерал-фельдмаршал фон Вальдерзее. Совещание прошло все в той же военной администрации города, только в зале приемов, а не в кабинете Кружайло. Все в принципе говорили или понимали по-английски, а для Того пришлось позвать специального переводчика. Начать выступления предоставили наследнику престола князю Георгию.
— Господа, мы собрались здесь затем, чтобы наметить пути сотрудничества в деле искоренения бунтовской заразы из Китая. Давайте же обсудим, что и как мы будем действовать в ближайшее время с тем, чтобы максимально скоординировать наши силы…
Далее слово взял Вальдерзее, 65-летний седой пруссак, в послужном списке которого значились победные для Германии австро-прусская и франко-прусские войны.
— Господа, — сказал он со своего места, не вставая, — император Вильгельм поручил мне эту важную миссию, и я готов выполнить свой долг и обязанности целиком и полностью. В настоящее время одна германская дивизия уже разгрузилась в порту Дагу, а вторая ожидается прибытием в ближайшую неделю.
Далее слово взял адмирал Сеймур, он был помоложе пруссака, но ненамного. Поучаствовать в Крымской войне он, впрочем, успел, после чего служил в основном в Китае — был главнокомандующим Китайской станции Королевских военно-морских сил.
— Британия готова выполнить свои союзнические обязательства — наши силы сейчас базируются в основном в районе Гуанчжоу, это юг Китая, но в район Пекина и Тяньцзиня они могут передислоцироваться в течение двух недель.
Далее слово было передано генералу Алексееву, начальнику эскадры Тихого океана, старому морскому волку.
— Господа, — начал он так же, как предыдущие ораторы, — на России, по всей видимости, лежит основная задача по нейтрализации бунтовщиков-боксеров, потому что наша страна непосредственно граничит с Китаем, в отличие от всех прочих. Порядок и спокойствие в северных регионах мы обеспечивали и обеспечиваем в нужной кондиции, а что касается центральных районов Китая, то Россия готова послать туда не менее трех дивизий. Эту заразу надо вырвать с корнем, революций здесь не надо никому из нас, я правильно понимаю?
Присутствующие переглянулись, но высказаться как-то никто не поспешил. Тогда очередь выступать перешла к адмиралу Того, который успел отличиться в только что закончившейся японо-китайской войне.
— Я счастлив приветствовать здесь выдающихся представителей мировых держав, — так вот цветисто через переводчика донес он свою мысль, — и хочу заверить, что Япония безусловно выполнит свой долг, но хотела бы при этом ограничиться морскими операциями.
— У боксеров же нет морских сил… — вступил в разговор Георгий, — какие могут быть операции на море?
— Разные могут быть операции, великий князь, — вежливо улыбнулся японец, — поддержка сухопутных сил, например… к тому же до Пекина прорыт судоходный канал, императорский флот мог бы по нему добраться до основных сил бунтовщиков.
— Принимается, адмирал, — кивнул ему Алексеев, — а что касается остальных участников нашей коалиции, то российская сторона предлагает такой план… — и он довольно подробно с цифрами и датами рассказал о своем плане, сопроводив это показом на крупномасштабной карте.
Участники коалиции выслушали его с большим вниманием, а ремарку дал только немецкий военачальник.
— Между Манчжурией и центральными районами Китая пролегает горный хребет Хинган, довольно крутой и всего с несколькими перевалами. На них наверняка будут укрепления боксеров.
— И еще я не сказал, — продолжил тему Алексеев, — про Большую Китайскую стену, она же исторически отделяла Китай от северных варваров. Но стена эта с течением времени местами развалилась и никем не охраняется. А Хинган это препятствие, согласен…
— Можно выбросить десант на один или два самых удобных перевала, — вклинился в дискуссию Георгий, — и захватить хотя бы один из них… в моем эшелоне есть два воздухоплавательных аппарата под названием самолет — разведку местности можно провести с них.
Собравшиеся оживились и практически все выразили желание ознакомиться с новейшей техникой русских, тогда Георгий пригласил всех на показ товара лицом.
— После обеда наши самолеты совершат показательные полеты, приходите, господа. А в качестве десанта на хинганские перевалы я предлагаю казачью сотню под командованием старшины Грекова, он, кстати, успел отличиться в африканском конфликте.
Сеймур съел эту фразу с каменным лицом, зато высказался немецкий начальник.
— Мы все с большим удовольствием посмотрим на демонстрацию новых возможностей русской армии, — сказал он, — а если нам будет предоставлена возможность поучаствовать в полетах, это было бы совсем хорошо.
— Мы рассмотрим