Ханторас
Тело змеи упало к хвосту губернатора раньше, чем успела прийти помощь. Привкус протухшей крови на языке вызывал тошноту. Хан сплюнул на пол и осмотрелся, пытаясь найти Наиру. Женщины нигде не было. Вокруг валялись остатки мебели, осколки посуды, фрагменты разрушенных стен.
— Наира! — крикнул наг.
Голос дрожал. Он не чувствовал ни страха женщины, ни ее запаха. Змей на мгновенье замер, а потом бросился ее искать, разгребая завалы. Погрузившись в панику, Ханторас не заметил, как появился Сибур.
Земля
В это же время на Земле в доме Наиры царил полный хаос. Следователь проводил обыск, осматривал спальню. Ему было сорок. На своей должности он служил уже не первый десяток лет и видел многое, но каждый раз поражался скотскому отношению к женщинам в некоторых семьях. Одежда пропавшей была старая, застиранная до такой степени, что краска давно потеряла яркость, а катышки на свитерах снимались столько раз, что вот-вот должны были появиться дырки. В спальне молодой женщины не было ни украшений, ни косметики, ни места для женских мелочей. Даже расческа для волос лежала на полке с одеждой. Единственной полке в шкафу, которая была отведена под одежду и белье пропавшей.
Сначала следователь подумал, что жертва сбежала. Собрала вещи и ушла из дома. Но родственники утверждали, что ничего из вещей не пропало. А потом мужчина присмотрелся и понял, что вещи на остальных полках лежат давно. Внутри шкафа была своя система, свой порядок, и этот порядок не был нарушен.
— Она всегда была неблагодарной! — причитала женщина лет пятидесяти. — Никогда меня не слушала! Не уважала! Я ей мужа вырастила! Неблагодарная!
Со стороны казалось, что следователь совсем не слушал. Но на самом деле он запоминал каждое слово, произнесенное в доме. И из этих крупиц информации картина складывалась омерзительная.
— Мама, не нужно волноваться, — издалека блеял муж пропавшей.
— Не волноваться?! Как не волноваться?! Она нас опозорила! Что родственники после такого скажут?! Что ты жену воспитать не смог?! Что я выбрала бракованную келин?!
Следователь едва заметно поморщился. Его дочь на днях должна была выйти замуж, и отец искренне начал бояться, что с его ребенком могут обращаться также, как и с пропавшей Наирой. Сдерживаться с каждой минутой становилось сложнее.
— Сбежать! Сбежать из дома! А если у нее появился любовник?! Я сколько раз тебе говорила, нечего ей в этом институте делать! Жена должна за мужем следить!
В этот момент на кровати загорелся экран мобильного телефона. На экране появилось сообщение:
«Не могу забыть эту ночь!»
Абонент был подписан как «Вика». Следователь посмотрел на Аслана и спросил:
— Это ваш?
— Мой, — кивнул мужчина.
— Кем вам приходится эта Вика?
Мужчина побледнел. Следователю не нужно было объяснять, кем приходился мужчине абонент. Ситуация вырисовывалась классической, даже скучной. Но сходство Наиры с дочерью следователя, ее возраст, внешность, некоторые привычки, о которых рассказали ее немногочисленные вещи, оставшиеся в доме родителей, заставляли мужчину кипеть от ярости.
Ханторас
Он нашел ее ближе к утру. Девушка свернулась калачиком и спала на паутине. Маленькая, беззащитная, напуганная. Они не сразу поняли, где искать кевали. Ханторас чувствовал едва уловимый аромат девушки, но не понимал, как ее найти. Пока Сибур не предположил, что арахнид мог попробовать спрятать кевали в очистительных шахтах.
Сначала Ханторас в это не поверил. Шахты были слишком узкие. Но потом понял, что узкими они были для него. А вот небольшая землянка и паук вполне могли укрыться в стенах. Одной только Прародительнице нагов было известно, сколько усилий Ханторасу стоило сохранять хладнокровие и самому не полезть в эти чертовы туннели.
— Командор, — обратился к нему Сибур, когда страх достиг своего пика. — Будет быстрее, если мы отправим на поиски технику.
Дрону-разведчику понадобилось сорок минут, чтобы проделать тот же путь, который проползли Наира с Барсиком. К их радости, паук был не так глуп, как имя, которое дала ему женщина. На протяжении всего пути арахнид оставлял небольшие метки из паутины. Реально эти метки нужны были только в трех местах, где шахта разветвлялась. Но Ханторас был благодарен этому существу за то, что следов было больше.
— Почему он привел ее сюда? — спросил молодой дракон из охраны, когда они открыли дверь хранилища.
— Чтобы она могла выжить, если застрянут здесь надолго, — терпеливо пояснил Сибур.
Он старался говорить тихо, чтобы не провоцировать Хантораса, нависшего над женщиной. Наира спала. Вымотанная, она не почувствовала, как наг осторожно поднял ее с импровизированной кровати и прижал к себе. И не услышала, как Ханторас поклялся найти тварь, которая посмела это устроить в его доме. Не только найти, но и убить.
Глава 29.
Хашран
Боль разрывала изнутри. Змей пытался завладеть не только телом, но и сознанием Хашрана. В этот раз бронированная чешуя не просто появлялась, она прорывала кожу, причиняя шаю нестерпимую боль. Но он продолжал сопротивляться собственной сущности, шипя и выгибаясь от боли. В первые минуты приступа наг пытался думать о Ссеше. Но змея это только разозлило, и он начал давить сильнее. Когда Хашран понял, что делать этого не стоит, его грудь и тело уже были покрыты кровавыми ранами. И тогда наг попытался сосредоточиться на чем-то нейтральном, например, на цифрах. Счета в банке, доходы и расходы, планирование. Это его всегда успокаивало. В этот раз тоже сработало. Ненадолго. Но этого времени хватило, чтобы Хашран смог дотянуться до ящика стола и достать две белые капсулы.
Этот синтетический препарат давали подросткам, которые не могли контролировать вторую сущность. Разработка была новой и работала по схеме транквилизатора. Чтобы притупить ярость второго «я» рекомендовалось выпить одну капсулу. Хашран махом проглотил две. А потом еще две, чтобы эффект был сильнее. Он тяжело задышал, откинулся на спинку кресла и почувствовал, как хвост превращается в две крепкие ноги.
Ханторас
Обыск дома занял пять часов. Взрывные устройства были заложены за пределами дома. Но заряд был рассчитан так, чтобы охранная система дома была активирована. Змей в это время уже находился на территории поместья.
— Почему мы не заметили вторжения?
Ханторас сидел в кабинете, совмещенном со спальней. Перед ним стояли Сибур и начальник охраны. Дверь в спальню была открыта так, чтобы губернатор мог видеть кевали. Девушка спала, словно ничего не произошло. Врач, который ушел час назад, успокоил Хана. Заверил, что такой глубокий сон — следствие перестройки тела, а не травм или стресса.