Лиса кинулась в дупло, а собака её за морду – цап!.. Поймала и разорвала лису.
Спор животных
Корова, лошадь и собака заспорили между собою, кого из них хозяин больше любит.
– Конечно, меня, – говорит лошадь. – Я ему соху и борону таскаю, дрова из лесу вожу; сам он на мне в город ездит: пропал бы без меня совсем.
– Нет, хозяин любит больше меня, – говорит корова. – Я всю его семью молоком кормлю.
– Нет, меня, – ворчит собака, – я его добро стерегу.
Подслушал хозяин этот спор и говорит:
– Перестаньте спорить по-пустому: все вы мне нужны, и каждый из вас хорош на своём месте.
Пчёлки на разведках
Настала весна, солнце согнало снег с полей; в пожелтевшей прошлогодней травке проглядывали свежие ярко-зелёные стебельки; почки на деревьях раскрывались и выпускали молоденькие листочки.
Вот проснулась и пчёлка от своего зимнего сна, прочистила глазки мохнатыми лапками, разбудила подругу, и выглянули они в окошечко – разведать: ушёл ли снег, и лёд, и холодный северный ветер?
Видят пчёлки, что солнышко светит ярко, что везде светло и тепло; выбрались они из улья и полетели к яблоньке.
– Нет ли у тебя, яблонька, чего-нибудь для бедных пчёлок? Мы целую зиму голодали.
– Нет, – говорит им яблонька, – вы прилетели слишком рано, мои цветы ещё спрятаны в почках. Попытайтесь у вишни.
Полетели пчёлки к вишне:
– Милая вишенка! Нет ли у тебя цветочка для бедных пчёлок?
– Наведайтесь, милочки, завтра, – отвечает им вишня, – сегодня ещё нет на мне ни одного открытого цветочка, а когда откроются, я буду рада гостям.
Полетели пчёлки к тюльпану, заглянули в его пёструю головку, но не было в ней ни запаху, ни мёду.
Печальные и голодные пчёлки хотели уже домой лететь, как увидели под кустиком скромный тёмно-синий цветочек: это была фиалочка. Она открыла пчёлкам свою чашечку, полную аромата и сладкого сока. Наелись, напились пчёлки и полетели домой весёленьки.
Умей обождать
Жили-были себе брат да сестра, петушок да курочка. Побежал петушок в сад и стал клевать зеленёхонькую смородину, а курочка и говорит ему:
– Не ешь, Петя, обожди, пока смородина поспеет!
Петушок не послушался, клевал да клевал и наклевался так, что насилу домой добрёл.
– Ох, – кричит петушок, – беда моя! Больно, сестрица, больно!..
Напоила курочка петушка мятой, приложила горчичник – и прошло.
Выздоровел петушок и пошёл в поле; бегал, прыгал, разгорелся, вспотел и побежал к ручью пить холодную воду; а курочка ему кричит:
– Не пей, Петя, обожди, пока простынешь!
Не послушался петушок, напился холодной воды, и тут же стала бить его лихорадка; насилу домой курочка довела. Побежала курочка за доктором, прописал доктор Пете горького лекарства, и долго пролежал петушок в постели. Выздоровел он к зиме и видит, что речка ледком покрылась; захотелось Пете на коньках покататься, а курочка и говорит ему:
– Ох, обожди, Петя, дай реке совсем замёрзнуть; теперь ещё лёд очень тонок, утонешь.
Не послушался петушок сестры; покатился по льду, лёд проломился, и петушок – бултых в воду! Только петушка и видели.
Играющие собаки
Володя стоял у окна и смотрел на улицу, где грелась на солнышке большая собака Полкан.
К Полкану подбежал маленький Мопс и стал на него кидаться и лаять; хватал его зубами за огромные лапы, за морду и, казалось, очень надоедал большой и угрюмой собаке.
– Погоди-ка, вот она тебе задаст, – сказал Володя. – Проучит она тебя.
Но Мопс не переставал играть, а Полкан смотрел на него очень благосклонно.
– Видишь ли, – сказал Володе отец, – Полкан добрее тебя. Когда с тобою начнут играть твои маленькие братья и сёстры, то непременно дело кончится тем, что ты их приколотишь. Полкан же знает, что большому и сильному стыдно обижать маленьких и слабых.
Леший
Жители одной уединённой деревни были в большом беспокойстве, особенно бабы и ребятишки. В ближнем любимом их лесу, куда мальчики и девочки поминутно шныряли то за ягодами, то за грибами, завёлся леший. Как только настанет ночь, так и пойдёт по лесу хохот, свист, мяуканье, а по временам раздаются страшные крики, точно кого-нибудь душат. Как зааукает да захохочет, волосы становятся дыбом.
Дети не только ночью, но и днём боялись ходить в свой любимый лес, где прежде только и слышно было что пенье соловьёв да протяжные крики иволги. В то же время чаще прежнего стали пропадать по деревне молодые куры, утки и гусята.
Надоело это наконец одному молодому крестьянину Егору.
– Погодите, бабы, – сказал он, – я вам лешего живьём принесу.
Дождался Егор вечера, взял мешок, ружьё и отправился в лес, несмотря на просьбы своей трусливой жены. Целую ночь пробродил он в лесу, целую ночь не спала его жена и с ужасом слушала, как до самого света хохотал и аукал леший.
Только уже утром показался Егор из лесу. Он тащил в мешке что-то большое и живое, одна рука у Егора была обмотана тряпкой, а на тряпке видна была кровь. Весь хутор сбежался на двор к отважному крестьянину и не без страха смотрел, как он вытряхивал из мешка какую-то невиданную птицу, мохнатую, с ушами, с красными большими глазами. Она кривым клювом щёлкает, глазищами поводит, острыми когтями землю дерёт; вороны, сороки и галки, как только завидели чудище, так стали над ним носиться, подняли страшный крик и гам.
– Филин! – крикнул тут один старик. – Ведь я ж вам, глупые, говорил, что это всё филин проказит.
А. Н. Толстой
Воробей
На кусту сидели серые воробьи и спорили – кто из зверей страшнее.
А спорили они для того, чтобы можно было погромче кричать и суетиться. Не может воробей спокойно сидеть: одолевает его тоска.
– Нет страшнее рыжего кота, – сказал кривой воробей, которого царапнул раз кот в прошлом году лапой.
– Мальчишки много хуже, – ответила воробьиха, – постоянно яйца воруют.
– Я уж на них жаловалась, – пискнула другая, – быку Семёну. Обещался пободать.
– Что мальчишки, – крикнул худой воробей, – от них улетишь, а вот коршуну только попадись на язык! Беда как его боюсь! – И принялся воробей чистить нос о сучок.
– А я никого не боюсь, – вдруг чирикнул coвceм ещё молодой воробьёныш, – ни кота, ни мальчишек. И коршуна не боюсь, я сам всех съем!
И пока он так говорил, большая птица низко пролетела над кустом и