Меня охватывают воспоминания, и я невольно завожусь. Представляю, как беру её за руку и притягиваю к себе. Снимаю её очки, а затем касаюсь тонких и пластичных губ. Мне почему-то всегда казалось, что Валентина и в любви очень сдержанная и чопорная. Однако сейчас у меня есть все основания полагать, что я ошибался на её счёт.
От мыслей отвлекает звонок в дверь. Я вижу Валентину на экране видеофона. Я дал ей ключ, но она всё равно продолжает звонить, прежде чем открыть дверь. Это кажется забавным. Я быстро приглаживаю волосы и сажусь прямо, насколько позволяет сломанная нога.
— Здравствуйте. Можно? — спрашивает она на пороге.
Я поражаюсь её скромности, а ещё вспоминаю почему-то тот день, когда она дала мне леща в отместку за то, что я нагрубил Юле. Подумать только, столько времени прошло с тех пор. А кажется, что всё случилось буквально вчера.
— Проходи! — кричу я ей из гостиной. — И я ведь говорил, что можно и обойтись без формальностей.
Валентина следует указаниям. Кажется, всё ещё чувствует себя неловко. Я от этого тоже начинаю стесняться как школьник.
— Я привезла договоры на подпись, — говорит, присаживаясь рядом. — Чуть скандал сегодня не вышел из-за них…
Она, посмеиваясь, начинает рассказывать о происшествии, что случилось в офисе. А я не могу не любоваться ею. Очков на ней нет, они торчат из нагрудного кармана пиджака, так что ничто не скрывает этого её сексуального взгляда с поволокой ресниц. Сердцебиение невольно учащается. Я придвигаюсь к ней и обвиваю её талию руками.
— Я соскучился… — произношу на ухо и целую её тонкую бледную шею.
— Постой! Что ты делаешь?! — шепчет она возмущённо.
— Пристаю к тебе. Разве не понятно? — отвечаю я невозмутимо. Она сейчас такая привлекательная, смущённая и милая, что удержаться просто невозможно.
— Да понятно. Но почему ты это делаешь? — спрашивает она хмурясь.
Градус моей страсти слегка снижается. Я думаю, что, наверное, стоило поговорить с ней об этом прежде. У неё ведь немного опыта. И весь, что есть — травмирующий.
— Прости, я не хотел давить на тебя, — я нехотя убираю руки с её талии.
— Да я не против, по большому счёту, — краснея произносит она. — Но не в гостиной же.
Смотрю на неё изумлённо. Всё оказалось гораздо проще и приземлённее. Но это ещё раз доказывает, что нужно больше разговаривать друг с другом.
— Ну, если об этом, то домработницу я отпустил, да и Егор сегодня уже не вернётся.
— Тем не менее это не лучшее место для чего-то настолько интимного, — на одном дыхании произносит Валентина и краснеет ещё сильнее. — Ну вот, зачем ты заставляешь меня обсуждать такое? У нас, вообще-то, ещё рабочие вопросы остались!
— Валь, ты такая милая, — говорю я с улыбкой и целую её. Она глядит на меня исподлобья.
— Знаю. Только не зови меня так.
— А как мне тебя звать? Это же твоё имя, — удивляюсь я. Она вздыхает и немного продвигается ко мне.
— Валей меня до сих пор звали только неприятные люди: мои родители, Артур, бывшие однокурсники. Можно сказать, что ничего хорошего мне это имя не принесло.
Я приобнимаю её незаметно одной рукой. Другой поглаживаю по худому бедру. Не то чтобы я не понимаю её чувства. Но разве не странно звать любимого человека полным именем?
— А что насчёт всяких «солнышек» и «котиков»? — спрашиваю я, заглядывая в её задумчивое лицо.
— Боже, да хоть ёжиком зови! — вздыхает она и кладёт мне голову на плечо. Некоторое время мы сидим так в обнимку. Я слышу, как быстро бьётся её сердце.
— Но знаешь, я никогда бы не подумала, что ты способен вести такие разговоры. Если бы кто-то из твоих подчинённых услышал бы, то ни за что бы не поверил.
Она вдруг начинает трястись от смеха. Я немного смущаюсь, но, в конце концов, тоже начинаю смеяться.
— Вот и не выдавай меня, — говорю я и снова целую её. На этот раз долго, с языком.
— Гер, пожалуйста, не сейчас, — судорожно выдыхает Валентина. — Давай я в субботу приду к тебе?
Получив заветное сладкое обещание, я понемногу успокаиваюсь. Даже появляется желание поработать. Вот только помощница моя, напротив, оказывается настолько обескуражена собственным обещанием, что теряет всякую концентрацию.
Глава 32
Валентина
— Мам, нас друзья позвали встречать Новый год вместе, — Юля заглядывает в ванную комнату. — Оу, ты тоже собираешься куда-то?
— Угу, — киваю я и подставляю зубную щётку, под струю воды. — Георгий пригласил поужинать.
Я отчего-то тушуюсь, хотя мы оба взрослые, да и дочь уже знает, что мы с Георгием Александровичем в отношениях. Странно, но про себя я продолжаю его называть по имени-отчеству. Нелегко избавиться от привычки, выработанной годами.
Юля равнодушно кивает, а потом вдруг окидывает меня взглядом с ног до головы.
— Ты подавители, что ли, не приняла? — спрашивает удивлённо.
— Забыла, видимо, — отвечаю с ещё большей неловкостью.
И снова не знаю, зачем это представление. Я ведь не приняла их намеренно, чтобы снова ощутить феромоны Георгия Александровича. Наверное, всё от волнения. Я веду себя будто перед первым свиданием. Хотя, если подумать, это недалеко от истины.
— А ты поздно вернёшься? — кричит мне Юля с кухни. — Как-то неудобно тебя одну оставлять в новогоднюю ночь. Может, мы с Егором заедем после полуночи?
Я замираю перед зеркалом. Вижу, как мгновенно вспыхивает лицо. Вот он, момент истины! Найду ли я в себе силы сказать ей правду? Я сама себе усмехаюсь.
— Юль, я не приду сегодня домой ночевать, — произношу скороговоркой.
— А, ну ладно. Тогда завтра увидимся, — говорит она, и у меня груз падает с плеч. Я и вправду слишком себя накрутила.
Иду переодеваться к себе в комнату. Смотрю на купленное специально по такому случаю вечернее платье и думаю, а не перебор ли это. Не воспримет ли Георгий Александрович мой облик, как слишком вычурный? Впрочем, если сравнивать с тем, что носят другие омеги, то я даже так буду выглядеть консервативно.
— Мам, тебе помощь не нужна со сборами? — Юля заглядывает ко мне.
— Помощь? — удивляюсь я.
— Ну да, ты ведь на свидание идёшь. Или я не так поняла?
— Ты всё правильно поняла, — произношу