Собственно, на этом бой с простыми людьми закончился. Дезориентированных культистов мои ребята мигом покрошили в капусту. Среди них была парочка парктиков, так как ко мне потекла Ци. Но энергии оказалось совсем мало. И глянув на раненого одержимого, который на глазах стал оживать, я понял к кому ушла её львиная доля.
— Потанцуем? — хищно оскалился я и набросился на крайне живучую тварь. Духовный Доспех и Водяной Доспех прикрыли меня от чужих атак. Плеть, Водяные стрелы и Бездонная лужа стали моим оружием.
Одержимый, выкормленный Асиром в глубоких пещерах, был невероятно живуч. силён и очень быстр. Но очень, ОЧЕНЬ тупой. Никакой тактики не было в его атаках и в помине. Он бросался на меня строго по прямой. Стоило потерять меня из виду, он замирал на месте на мгновение-два и начинал быстро крутиться по сторонам в поисках обидчика. За это время я успевал ударить его в спину или по ногам. И хоть монстр регенерировал со страшной силой, я всё равно бил чаще и больнее. Примерно через минуту нашего с ним поединка с него кусками свисала шкура и плоть, а кровью был залит внушительный участок каменистой почвы. Кстати, Дух Защитник от меня не отставал. Стругал своего противника, как шаурмист срезает кусочки дёнер-кебаба с вертела для приготовления шавермы.
Мои спутники пытались вмешаться в бой. Но я жестом ещё в самом начале приказал не влезать. В отличие от них, я точно был уверен, что без проблем справлюсь с тварью, а вот ребята могли пострадать, если та вдруг переключится на них.
В какой-то момент Дух сделал стремительный рывок, почти расплывшись в движении, и как ножницами слева-направо и справа-налево рубанул вакидзаси по шее одержимого. Уродливая голова слетела с плеч, как яблоко, сбитое палкой мальчишки. Не останавливаясь, Дух продолжил движение, на ходу поменяв оружие. Теперь в его руках вновь был сжат цуруги. Через миг узкий клинок прямого меча вонзился подмышку моему противнику, остановив его на секунду на месте. Этим моментом я воспользовался, чтобы создать Бездонную Лужу под ногами монстра. Ранее тот выскакивал из неё, не погрузившись и до колен или успевал перепрыгнуть. Но не сейчас!
Шурх!
Водяная Плеть расколола чужой череп пополам. Левая часть отвалилась. На пару секунд я увидел розоватые «канатики» мозга, после чего он вывалился, как выпадет песочный «куличек» из формы. И тут же тело одержимого ухнуло в лужу с концами.
«Сбор Ци 82!».
«Сбор Ци 79!».
«Сбор Ци 75!».
«Сбор Ци 65!».
«Сбор Ци 59!».
«Сбор Ци 53!»…
Небесная энергия полилась в мой резерв полноводной рекой. Всё то, что ранее оба одержимых «украли» у меня, вернулось.
Несколько секунд я смотрел на агонизирующую тушку соперника Духа, потом на зеркальную гладь Лужи, в которой покоилась вторая образина, после чего осмотрелся.
— АдЪ и Израиль, блин, — пробормотал я себе под нос при виде десятков трупов людей и животных, пылающих фургонов, жалобных криков тяжелораненых лошадей, пятна и даже лужи крови, обрывки одежды с доспехами, оружие, подпаленные пятна и воронки на земле и склонах «кишки» из-за использования небесных техник. Потом взгляд упал на единственный целый фургон. Он до сих пор был укутан в рванину, под которой скрывались люди, предназначенные на заклание. — Посмотрите, что с ними! Только осторожно!
К повозке после моих слов двинулись Прим и Ришт. Рахул, Ситара и Тара приготовились их прикрывать. Канта, Васант и Готам крутили головами по сторонам в поисках угроз.
Это было удивительно, но все рабы выжили. Их не задела случайная стрела, боевая техника, пролетевший мимо цели дротик или выбитый с огромной силой из рук соперника меч с кинжалом. Когда Ришт сдёрнул мешковину, то на нас уставились десятки глаз напуганных людей.
Канта, Прим и Ситара по моему приказу занялись бывшими рабами. Тара и Рахул отправились в разные концы «кишки», чтобы вовремя заметить врагов, если те уже спешат на помощь разгромленному каравану.
У спасённых от психологических качелей начался жёсткий отходняк. Кто-то просто отключился, кто-то сел на землю, прижал колени к груди, обхватил их руками и уставился невидящим взглядом в никуда. Другие тихо подвывали или рыдали. У кого-то по закаменевшему лицу-маске просто текли слёзы.
— Вон те трое, по-моему, сошли с ума, — сообщила мне Канта. — Я ничем не могу им помочь.
Целительница указала на двух молодых женщин, почти девушку и мужчину лет тридцати пяти.
— Пусть ими занимаются их собраться по несчастью, — сказал я ей. Это получилось цинично, даже жестоко, но у моего отряда были совсем другие планы. Спасение этих несчастных вышло случайно. — Мы и так для них сделали больше, чем могли.
— Простите, господин, — внезапно за моей спиной раздался усталый мужской голос с умоляющими нотками. — Я услышал ваши последние слова и хочу сказать, что полностью согласен с вами. Но если вы нас бросите в этом месте, то даже эта малая толика затраченных вами сил окажется потрачена впустую.
Я обернулся и уставился на невысокого лысого и худого мужчины с чёрными усами, обильно разбавленными сединой, с сильными европейскими чертами, лишь самую чуточку смешанными с азиатскими.
— Омар Бхатти, господин, — низко поклонился он мне. — До того, как угодить в лапы этих всеми богами проклятых прислужников демонам, я был старейшиной в квартале ткачей в поселении Алда-Маххал к востоку от Шанкар-Шива.
— И?
— Простите, я просто представился, — он вновь низко поклонился. — Не хотел вас оскорбить, господин. Всё это я сказал лишь для того, чтобы вы узнали, что я не простой человек и могу предложить щедрую награду за своё спасение. А ещё у меня очень много связей среди важных людей Шанкар-Шива.
— Неинтересно, — резко ответил я ему. Потом махнул рукой на вершину холма перед «кишкой», который уже с трудом угадывался из-за густеющей вечерней дымки. — Ступайте туда. Ночью на вершину испарения не поднимаются. Возьмите часть оружия