Бронза показал кружок из указательного и большого пальцев.
— Готова, — напряженно сказала Вики.
Гарт надел шлем и закрепил на плечах. Остальные последовали его примеру.
Затем Гарт решительно направился во Врата.
Выйдя из Врат по другую сторону, все трое столпились вместе.
Они стояли на каменной равнине, простиравшейся вдаль, насколько хватало глаз. Вдали были видны силуэты огромных гор. Равнина была усыпана валунами, крупными, полурассыпавшимися, с тем же оранжево-золотистым оттенком, как и свечение Врат.
Оглянувшись назад, Гарт понял, почему во время первого посещения едва сумел найти Врата. Они светились очень тускло, словно вчера в солнечном свете. Гарт коснулся плеч обоих компаньонов и показал им на Врата. Они кивнули, и Гарт понял, что они правильно восприняли его предупреждение. На этой равнине легко можно было заблудиться среди валунов.
Гарт вспомнил первые Врата, и как вместе с отцом он впервые вышел из них тоже на плоскую равнину. Там были скалы, но они ничем не походили на чудовищные рассыпающиеся валуны, окружавшие их теперь. И он снова подумал, в который раз уж за последние несколько дней, а что, если Врата старшего Гезелла чем-то отличались от тех, что воссоздал он, и они вели в мир иной, не в тот, куда отец отправил женщин. В дебрях сложной математики, на которой основывалась конструкция Врат, малейшая ошибка могла иметь далеко идущие последствия.
И тут мысли его резко прервали. Благодаря двум тонким пластинам, приваренным к «щекам» шлема, Гарт услышал рев на высоких тонах. Он завертел головой…
Это был вертолет — но такой вертолет, который мог увидеть безумный авиаконструктор лишь в горячечном бреду!
Вертолет был огромен и летел медленно. Очень медленно. Громадные лопасти его винтов были почти двести футов в радиусе, а вращались они не быстрее крыльев древней голландской ветряной мельницы.
Он остановился в сотне футов от них. Размеры вертолета были невероятными. Когда он опустился на землю, верх фюзеляжа оказался на высоте восьмидесяти футов. Открылась дверь…
Гарт одним быстрым движением прижал шлемы товарищей к своему. Они столкнулись с оглушительным лязгом.
— Прячьтесь! — рявкнул он. — В этих скалах легко исчезнуть из поля зрения!..
И он повернулся в поисках укрытия. С правой стороны была большая плоская скала. Когда-то, очевидно, она стояла на ребре, но теперь наклонилась на восемьдесят градусов. Под ней было достаточно места, чтобы туда поместился Гарт и шлем его не торчал наружу.
Но сначала он пошарил взглядом в поисках своих компаньонов. Бронза скорчился за круглым валуном. Вики бежала к Вратам, бежала зигзагом, панически подыскивая себе убежище. Гарт видел, как она упала, и баллон свалился с ее плеча. Она поднялась и попыталась закинуть его обратно за спину.
Гарт глянул на вертолет, и то, что он увидел, лишь усилило первоначальный приступ страха, когда дверь вертолета начала раскрываться.
К ним направлялись большими подпрыгивающими шагами четыре женщины. Одеты они были странно — в какую-то сбрую поверх облегающих курток и юбок с разрезами. Одежда у них была непохожа одна на другую, но у всех очень небрежная. И каждая несла устрашающую дубину с набалдашником. Талии у всех были затянуты поясами, на которых висели кинжалы. У идущей впереди была на шее черная цепочка, на которой покачивался большой драгоценный камень, искрившийся и переливающийся в привычном уже оранжево-золотистом свете. Камень был блестящим, с ядовито-зеленым оттенком неотурмалина. Но Гарт никогда еще не видел кристалл такого размера. Он был огранен из камня, должно быть, дюймов сорока в длину. И женщина легко несла его на цепочке толщиной в кабель, потому что сама была семидесяти пяти футов в высоту.
Гарт услышал громкий стук в ушах. Сначала он подумал, что так отдаются в шлеме шаги четырех великанш — три остальных были почти такого же роста, как и их предводительница, — но потом понял, что в ушах стучит просто потому, что он забыл дышать.
Он повернулся и поискал своих компаньонов. Бронза замер, испуганно глядя вверх на огромную голову предводительницы. Вики нигде не было видно…
И также не было Врат. Они закрылись.
Предводительница остановилась ярдах в двадцати от него и нагнулась, рассматривая землю и перебирая в пальцах свой кулон. Лицо ее было спокойным и хладнокровным. Она была очень красива, с длинными ресницами, высоко изогнутыми бровями и цветом лица, напоминающим мрамор с прожилками.
— Бронза! — закричал Гарт, увидев, как вторая женщина с массой ниспадающих золотистых волос возникла позади Бронзы, который, не отрываясь, глядел на предводительницу. Блондинка подняла тридцатифутовую дубинку, которая весила, наверняка, целую тонну, и издала какое-то громкое, нечленораздельное треньканье. Бронза, разумеется, не мог услышать предупреждающий крик Гарта.
Предводительница выпрямилась и глянула на блондинку. Потом издала какой-то похожий звук — очевидно, частота их голосов переходила в ультразвук, — и блондинка нехотя опустила дубину.
Затем, к ужасу Гарта, предводительница наклонилась и протянула могучую руку. Бронза попытался броситься в сторону, но рука схватила его и подняла высоко в воздух.
И тут Гарт узнал великаншу. Он понял, что видел это холодное, прекрасное лицо, видел очень давно, еще в детстве.
Бронза корчился и бился в гигантских пальцах. Гарт увидел, что ему удалось вырваться, и он полетел вниз с высоты сорока футов. Великанша упала на одно колено и ловко схватила его. Затем она поднесла Бронзу почти вплотную к своему лицу и глядела, как он корчится. Бронзе внезапно удалось освободить руку, и он опустил ее к поясу, к рукоятке бластера.
— Нет! Не надо! — закричал Гарт.
Он знал, на что способен бластер с близкого расстояния. Но яростный крик его был бесполезен, его никто не мог услышать.
Великанша теребила его еще несколько секунд, затем левой рукой подняла кулон и поднесла камень поближе к Бронзе, словно это была странная лупа.
Бронза выхватил бластер, и в тот же момент громадный палец великанши повернул ползунок на ободе драгоценного камня.
Из камня ударило зеленое пламя, окутало Бронзу и из зеленого вдруг стало ослепительно белым. Камень слегка потемнел и, казалось, увеличился, сделавшись более твердым.
Внезапно магнитные застежки шлема Бронзы отскочили. Словно под напором внутреннего давления. Шлем слетел с его головы и откинулся за спину, покачиваясь на одной крепежной полосе.
И тогда заговорил бластер.
— Не надо! — закричал Гарт, понимая, что это бесполезно. — Это же Глория Геман!
Но вместо оглушительного рева пламени, которого ждал Гарт, до его ушей долетело только слабенькое: ф-ф-ф!.. Из дула бластера высунулся и тут же исчез язычок пламени длиной десять-пятнадцать дюймов. Бронза еще раз изогнулся, затем потерял сознание.