Брокер оказался стройным человеком с широким лбом и маленьким острым подбородком. Был он весь какой-то бесцветный — бесцветная кожа, бесцветные глаза, руки. Он прошел через кабинет и оперся руками о стол Тобина.
— Ладно, Тобин. Я беру их, у вас кругом слишком много нюхачей. Я знал, что вы все разнюхаете.
— Тогда почему вы заявили неправильную стоимость акций «Синтетической»?
— Я рассказал бы вам, и вы бы поняли, если бы были человеком.
— К сожалению, Крилл, сегодня я тем более не человек, — улыбнулся Тобин. — Но все же, расскажите мне.
— Я давно положил глаз на «Синтетическую Резину». Я не знал, что ею управляли вы, иначе бы к ней и не притронулся. Я получил подсказку и вложил в нее весь капитал «Объединенных Благотворительных Учреждений» до последнего цента. Это десятки организаций, которые заботятся о нищих, больных и стариках. В свое время я сделал для «Объединенных» чудеса, выгодно вложив их деньги. Я не думал, что перейду вам дорогу, и решил, что получу достойную прибыль нынче утром, прежде, чем вы обратите на это внимание. Вам я объявил о более низкой цене в надежде, что вы больше ни от кого не получите информацию. Я проиграл. Теперь я не смогу нажиться на этом. Но вы можете сдерживать падение цены, чтобы я вышел из дела без особых потерь. Так как вы поступите?
— Нельзя делать бизнес, основанной на лживой информации, — сказал Тобин и щелкнул коммуникатором.
— Да, сэр? — сказал коммуникатор.
— Свалите акции «Синтетической».
— Да, сэр.
Крилл не тронулся с места.
— Восемьдесят тысяч больных и детей, Тобин… они пострадают, если вы сделаете это. Я ошибся, надеясь на вас.
— Теперь вы собираетесь покончить жизнь самоубийством, Крилл? — деловито спросил Тобин.
— Что…
— Ответьте мне!
— А что мне еще остается?
— Крилл, есть кое-что, что я попытался нынче утром, но мне не удалось. Я вынужден буду попробовать еще разок. Это можете быть и вы. Никто не может сказать, что я не помог человеку в затруднительном положении. Крилл, я не хочу больше видеть вас в своем кабинете. Выйдите в приемную и умрите. Вперед!
Крилл кинул на него странный взгляд и скривил губы. Затем очень тихо закрыл дверь за собой.
Несколько минут Тобин рисовал в блокноте пересекающиеся круги. Затем коммуникатор тихонько загудел.
— Да?
— Мистер Тобин! Мистер Крилл только что упал в приемной.
— Тц-тц!.. С ним все в порядке?
— Он… Он умер, мистер Тобин.
Тобин выключил коммуникатор и рассмеялся. Как хорошо! Он не первый человек, обманувший смерть, подставив ей другого клиента.
— Сайкс!
Секретарь возник в кабинете, как чертик из табакерки.
— Мистер Тобин, я… Я случайно услышал, что вы сказали мистеру Криллу. Это… это странно… — Он вытер рукой лицо, напоминающее кролика. — Вы сказали ему и… и он… О, Боже!
Это уже раздражало.
— Сайкс, вы ничего не слышали и не помните. Понятно?
— Вызывали меня, мистер Тобин? — невыразительно спросил Сайкс.
Тобин кивнул, больше себе, чем Сайксу.
— Сколько работников биржи уже собралось?
— Около тысячи ста, сэр. Боюсь, это все. Остальные вне досягаемости либо готовы рискнуть, не приехав к вам.
— Гм-м… Возьмите бумаги и измените в графе «передача собственности» с девяносто до сотни процентов для всех, кто решил уклониться от явки. Идиоты… Дозвонитесь до всех, подключите их к линии конференции. Я буду говорить с ними.
— Да, сэр.
— Затем спуститесь в зал и скажите тем, кто приехал, чтобы они сохраняли спокойствие, пока я не появлюсь.
Оставшись один, Тобин улыбнулся самому себе. Дела шли превосходно. Здесь все должно закончиться к двум часам пополудни, и у него еще будет весь вечер. Можно было сделать много забавных вещей… Зазвонил телефон.
— Конференц-вызов, сэр.
— Сколько на линии?
— Шестьсот двадцать четыре, сэр.
— Хорошо. Этого будет достаточно. Соединяйте.
Соединение тут же было установлено.
— Приветствую всех… Я Макилхейн Тобин, Нью-Йорк. Я хочу, чтобы все вы уделили мне полное внимание. Не отвлекайтесь. Сейчас вы все подпишите документы на передачу мне ваших капиталов, личной собственности и предприятий. Я хочу получить их, подписанными и надлежащим образом оформленными по почте в течение двадцати четыре часов с настоящего момента. Мне не нужно пытаться убеждать или угрожать вам. Вы сделаете все, как я сказал, потому что хотите и должны это сделать. Вы не позволите никаких задержек или изменений в документах. Те из вас, кто желает, могут попросить места в моей организации. Оплата будет назначена по заслугам. Это все. Отложите все дела и займитесь тем, что я сказал.
Он положил трубку и связался с коммутаторной.
— Включите мне громкую связь с залом.
По громкоговорителю Тобин повторил свое сообщение. Больше тысячи человек молча разъехались по своим домам и офисам, чтобы тут же начать лишать себя собственности.
— У меня еще не появлялось такой простой идеи, — счастливо пробормотал Тобин себе под нос. Давай-ка, прикинем… осталось примерно сто тридцать человек, которые не получили мое сообщение. Это означает, что у меня больше тысячи семисот мест на Бирже. Этого, думаю, достаточно, чтобы прижать к ногтю любых несогласных. Сайкс!
— Мистер Тобин?
— На нас сейчас хлынет поток очень ценных писем. Удвойте работников в офисе и приготовьте план слияния предприятий, которые будут переданы мне. Пусть он будет готов как можно скорее. Двух недель должно быть достаточно. Сайкс, всех по местам!.. Пусть разбирают приходящие бумаги.
Ну, с этим все. У Тобина была организация, достаточно сильная, чтобы отразить любое сопротивление, и лучшие умы в сфере бизнеса работали на него. Теперь он станет владеть всей финансовой структурой СШ возьмет мир за глотку. Этого было достаточно, чтобы обеспечить его приятными занятиями на ближайшие десять тысяч лет. А третье желание… завтра он пожелает бесконечную жизнь, которую можно прервать лишь его собственной рукой. Это нужно сделать. Но завтра — у него должно быть время для принятия окончательного решения. Он должен сформулировать все так, чтобы исключить болезни, несчастные случаи и все такое — он ведь уже далеко не молод. Ладно, на этом можно поставить точку.
К трем часам он завершил все дела и оставил Сайкса заниматься деталями.
И снова Макилхейн Тобин отказался от машины, оставив Сайкса еще более удивленным, чем Лэндиса. Шел он неторопливо, озираясь, ища, как еще можно позабавиться. Кафетерий показался ему хорошим местом. Тобин вошел и заказал чашечку кофе. Он всегда ненавидел кофе в кафе, но сегодня все было иным. Даже его желудок не мог наказать Тобина за это.
Он развернул свежую газету и стал просматривать страницы. На внутренней полосе ему попалась на глаза маленькая заметка: