Когда Ларссон крепче сжал мою руку, сердце мое упало к подошвам ботинок.
– Лучше бы ты этого не делал, Ходящий за сердцами, – промолвил Ларссон, понизив голос. – Ты мне действительно нравился.
Все дальнейшее произошло на одном дыхании.
Ларссон выхватил лезвие. Тэйт незамедлительно потянулся за своим, но сердце билось слишком медленно. Ларссон вонзил нож глубоко в живот Тэйта. Я закричала, но тут из тени доков сзади выскочили двое мужчин, обхватили меня за талию и потащили к ялику.
Ларссон выдернул нож и проследил, как кузен короля пятится назад, а затем вытер кровь о темные волосы Тэйта.
– Извини, приятель, – ехидно сказал Ларссон. – Пришлось это сделать. Я не хотел бы встречаться с твоим отцом в потустороннем мире раньше времени. Думаю, теперь он там знает, что ты догадывался о планах Кровавого певца расправиться с ним.
Выступившая кровь залила подбородок Тэйта. Пульс неистово бился в черепе, заглушая голос, но я понимала, что выкрикнула его имя, умоляя продолжать дышать. Я трижды звала Эрика, прежде чем один из громил, стоявших за моей спиной, заткнул мне рот грязной тряпкой.
Я билась, брыкалась и боролась, но даже один верзила был в три раза больше меня, а мои ноги едва касались земли.
Державший меня за талию человек швырнул меня на палубу, и я приземлилась на бедро. Жгучая боль пронзила все тело, но мне удалось отползти в сторону, выплюнув прогорклую ткань. Ларссон крикнул, приказывая отплывать, и в три шага пересек палубу.
Прежде чем я успела перемахнуть через борт, он схватил меня за волосы и рывком вернул на палубу.
– Ублюдок! – Я вцепилась ногтями в его запястье, пуская кровь.
Он влепил мне такую звонкую пощечину, что казалось, будто челюсть сломалась. Выждав паузу, Ларссон вытер кровь со своего запястья и снова взял меня за волосы.
На лице ранее беззаботного и добродушного мужчины возникла зловещая ухмылка, темные глаза были полны ненависти.
– Сила Королевства Вечности. – Он злорадно расхохотался и погладил меня по щеке. – Пора тебе принести пользу истинному королю, а не моему жалкому братцу.
Мое сердце пропустило удар. В глазах Ларссона плескалась та же ярость, какую я ощущала, соприкасаясь с Тьмой.
– Хотя надо отдать Бладсингеру должное. Его чертовски трудно убить. – Ларссон поджал губы. – А ты, какой же ты оказалась злобной тварью. Расправиться с подготовленным убийцей при помощи корней. Я думал, что видел все до того дня.
Наемные убийцы. Осознание того, что Ларссон послал людей, чтобы схватить меня, стало настоящим ударом.
Все это время он скрывал свою истинную сущность под маской добряка, играя нами, как кукловод.
– Так за всем стоишь ты, – произнесла я низким голосом. – Ты вызвал Тьму.
– Всего лишь неудачный опыт, вышедший слегка из-под контроля. Но теперь у нас есть ты, а не никчемные подонки вроде Люсьена Скурка, которые должны были помочь нам найти способ управлять случившимся бедствием.
– Чертов ублюдок. – Я сузила взгляд. – Я не стану помогать тебе.
– Посмотрим, Королева. – Ларссон оскалился и щелкнул пальцами.
– Возьмите ее.
Два его подручных с ворчанием подняли меня на ноги и повели к узкому закутку на корме корабля, заполненному железными цепями и кандалами, ожидавшими моих конечностей.
Прежде чем они отпустили меня, в поле зрения появился еще один человек.
На полвздоха мои глаза округлились, потрясенные закрутившимися теориями, вопросами и неистовой яростью в голове.
В конце концов мои губы скривились, и все, что я успела вымолвить, прежде чем мне в рот запихнули еще одну грязную тряпку, было:
– Он разделает вас на куски.
Глава 49
Змей
Нос корабля стремительно рассекал морскую гладь, лазурная вода билась о корпус и разливалась по палубе. Бросив беглый взгляд на дворец, я передал штурвал Скаллитеру и направился к борту. Остался один островок, один залитый Тьмой островок, когда Селин окликнула меня.
С Черных островов не поступало никаких сообщений о вновь появившейся Тьме. Нарза незамедлительно подняла бы тревогу, и Ливии незачем было куда-то плыть.
Еще никогда мне не приходилось испытывать настолько яростной паники. Казалось, что разрушенная грудная клетка провалилась внутрь. Не сумев сделать достаточно глубокий вдох, я мгновенно покинул богатые железом острова в провинции Гэвина. Там жил королевский кузнец, готовивший клинки для путешествия в Бездну, а также дары Королевства Вечности для земных фейри.
Сейчас все это уже не имело значения. Я в бешеной спешке бросил текущие дела, чтобы как можно скорее вернуться домой.
– Эрик. Давай прямо. – Гэвин указал на бухту. Он без колебаний последовал за мной на Вечный корабль. – К докам.
Растянувшийся на лестнице мужчина делал жалкие попытки подняться по длинному спуску обратно во дворец.
– Дерьмо! – Я перемахнул через борт, прежде чем корабль успел причалить. Прилив затянул меня внутрь, а затем грубым мановением швырнул обратно на берег. Я бежал к лестнице, не обращая внимания на пульсирующую ногу. – Тэйт, сукин ты сын.
Тэйт откашлялся, на его подбородке выступила струйка крови. Он схватился за раненый живот и нагло ухмыльнулся.
– Долго же ты… Я пришел сразу… сразу, когда тебя… когда тебя зарезали.
Я положил его голову себе на колени, пульс бешено колотился. Тэйт быстро истекал кровью, и мне пришлось провести ладонью по зубам, пуская кровь и прижимая окровавленную руку к открытой ране Тэйта.
Он прикрыл глаза, а я, прижав его голову к своей груди, запел негромкую мелодию, которую использовал для спасения искалеченного Алека. Нутро Тэйта наполнилось кровью, и тогда пришло время позвать его назад. Я отдал приказ, и изрезанные внутренности быстро начали срастаться. Он зашипел от неприятных ощущений, почувствовав, как его внешняя плоть начала затягиваться и возвращаться на место.
– Хватит. – Он ударил меня локтем по ребрам. – Теперь я могу ходить.
– Она не зашита.
– Тогда сделаю чертову повязку. Он забрал ее, Эрик.
Неукротимая паника бушевала в груди, увлекая мысли вниз по узкому краю между отчаянным безумием и диким желанием уничтожить все, что попадется на глаза. Тэйт, пошатываясь, поднялся на ноги и схватил меня за плечо.
– Эрик. – Сильно ударив меня по лицу, он заставил взглянуть на него. – Не теряй голову.
– Слишком поздно, кузен, – произнес я ледяным голосом. – Он потерял свою, как только дотронулся до нее. Мысли о его отрезанной башке в моих руках – все, что движет мной.
– Отлично.
Я поднялся по лестнице к главным дверям дворца,