— И ты чуть не сломала себе шею.
— Оно того стоило, — она пожала плечами.
Райан покачал головой, но снова посмотрел на неё тем самым особенным, тихим взглядом. Словно он вспоминал не только хаос тех лет, но и то, как она всегда была рядом – вплетённая в историю его семьи, в смех Эммы, в саму его жизнь.
— Знаешь, — мягко произнесла Тейлор, — мы с Эммой сидели вон в той кабинке, — она указала на угловой столик с треснувшим красным винилом, — и планировали будущее. Она говорила, что выйдет замуж за рок-звезду. А я – что буду писать книги и жить в Париже.
— Ты уже на полпути к цели, Тей. Ты пишешь книги, — улыбка Райана стала ещё нежнее.
У неё внутри всё перевернулось. Она ненавидела то, как много для неё значили эти слова, сказанные им так просто и уверенно, будто её творчество не было какой-то постыдной тайной. Она опустила взгляд на флешку в своей руке, в горле встал ком.
Пальцы Райана коснулись её руки, поддерживая.
— А Париж... возможно, он всё ещё тебя ждёт.
Тейлор посмотрела на него, чувствуя щемящую боль в груди. Всё это должно было быть просто глупой игрой с подсказками и нелепым танцем. Но вместо этого казалось, что сама атмосфера закусочной изменилась, а старые воспоминания хлынули наружу, напоминая ей, как глубоко этот человек пророс в её собственную историю.
Песня стихла, но Райан не сразу отпустил её. Он смотрел на Тейлор так, словно запоминал нечто жизненно важное. Наконец он указал на боковую панель музыкального автомата – туда, где она раньше ничего не замечала. Сбоку была приклеена скотчем флешка с аккуратной надписью:
Для главной героини.
У неё перехватило дыхание.
— Видимо, твой поклонник хочет, чтобы у тебя всегда была музыка под твою историю, — Голос Райана был тихим, поддразнивающим, но за ним чувствовалась тяжесть.
Пальцы Тэйлор крепко сжали флешку.
— Музыка – да, но вдруг там что-то ещё? — спросила она.
— Есть только один способ узнать, — Райан широко улыбнулся.
Путь до её дома пролетел как в тумане – лишь мелькание неоновых вывесок и флешка, намертво зажатая в руке. Тейлор буквально вибрировала от предвкушения: наполовину из-за того танца, наполовину от мысли, что она приглашает Райана войти. Когда она повернула ключ и толкнула дверь, то постаралась отогнать мысль о том, что за последние годы никто, кроме Эммы, не переступал этот порог.
Райан замер в прихожей, засунув руки в карманы куртки и оглядываясь.
— Уютно, — заметил он.
— Тесновато, — она бросила сумку на стойку и включила ноутбук. — Не слишком-то устраивайся. Мы здесь только ради того, чтобы посмотреть, что на этой штуке.
— Конечно. Исключительно по делу, — он ухмыльнулся, наблюдая, как она возится с флешкой.
Тейлор бросила на него выразительный взгляд, но щёки предательски вспыхнули. Она вставила накопитель, устройство тихо загудело, оживая. На рабочем столе появилась папка с названием: Для главной героини.
Она кликнула по ней.
Экран заполнили музыкальные файлы. Песня за песней, и каждая была до боли знакомой.
Тейлор прижала ладонь ко рту.
— О боже. Это же...
— Наш школьный плейлист, — тихо закончил Райан, подходя ближе.
Это была правда. Каждое название отзывалось вспышкой воспоминаний. Песня, которую Эмма заставляла их орать во всю глотку по дороге на футбольные матчи. Баллада, текст которой Тейлор когда-то записывала на полях тетради по математике. Трек, который Райан крутил на репите всё то лето, когда купил свой первый пикап.
В груди у Тейлор защемило.
— Кто бы это ни делал... он знает всё.
Глаза Райана блеснули.
— Да, — хрипло отозвался он. — Похоже на то.
Она кликнула на последний файл в списке, ожидая услышать ещё одну песню. Вместо этого открылся PDF-документ. Единственная строчка текста медленно прокрутилась по экрану:
Туда, где рождаются желания. Ищи под фонтаном.
— Парк, — Тейлор затаила дыхание.
— Идём, — Райан коротко кивнул и уже направился к двери.
В парке под лунным светом царила тишина, лишь качели тихо поскрипывали на холодном ветру. Ботинки Тейлор хрустели по гравиевой дорожке, она уверенно шла к старому каменному фонтану в центре. Его чаша потрескалась, воду на зиму отключили, но само это место было насквозь пропитано воспоминаниями.
Она присела, провела пальцами под выступом бортика и нащупала большой плотный конверт, прикреплённый скотчем. Сорвав его, Тейлор надорвала край.
Внутри оказалась небольшая стеклянная банка, доверху наполненная пенни. Под крышкой виднелась сложенная записка.
У Тейлор перехватило горло. Она опустилась на край фонтана, вертя банку в руках и наблюдая, как медные монетки поблёскивают в свете фонаря.
— Мы приходили сюда постоянно, — прошептала она. — Мы с Эммой бросали монетки и загадывали самые дурацкие желания.
Райан сел рядом – так близко, что их плечи соприкасались. Он выудил из банки одну монетку и поднял её.
— И что же ты загадывала?
Она слабо улыбнулась.
— Чтобы Эмма сдала математику. Чтобы мне разрешили завести собаку. Чтобы мама... ну, ты знаешь, поправилась, —её голос затих.
Желваки на лице Райана напряглись.
— Я помню. Ты всегда бросала свой пенни так быстро, что никто не успевал увидеть, что ты загадала.
— Ты замечал это? — Тейлор удивлённо посмотрела на него.
— Я всё замечал, Тейлор, — он вложил монетку в её ладонь.
В груди сдавило так сильно, что стало трудно дышать. Она повертела пенни в пальцах, а затем щелчком отправила его в сухую чашу фонтана. Монета звякнула о камень и укатилась в угол.
Райан взял другую монетку и принялся её изучать. Его голос стал мягче, в нем прорезалась уязвимость, которой она никогда раньше не слышала.
— Хочешь знать, что загадывал я?
— Что? — у Тейлор пересохло во рту.
Он подбросил монету, глядя, как та с вращением падает в чашу фонтана.
— Чтобы я наконец придумал, как перестать хотеть то, чего мне нельзя иметь.
Воздух между ними задрожал, стал тяжёлым и осязаемым. Тейлор крепче вцепилась в банку, сердце колотилось.
— И... сработало?
Райан повернулся к ней, его глаза потемнели, голос стал низким:
— Ни капли.
Тишина затянулась, нарушаемая лишь зимним ветром, шумящим в