Однако этого почему-то не произошло. И этот факт тоже смутил майора. Хоть он и понимал, что это просто дело случая или банальное везение, однако все равно у него это стечение обстоятельств вызывало сильнейшее подозрение.
— Что у тебя там? — раздался неожиданный голос капитана, наблюдающего за ним сверху.
— Пока не знаю, — пробормотал себе под нос майор, пролезая дальше к приборной панели. И вот она перед ним.
«Вскрыта и профессионально», — сразу оценил майор, ведь он и сам был дипломированным инженером. Но подобное мог провернуть и простой техник, что соответствовало тому, о чем рассказывал им этот Вогн.
Однако покоя майору не давало то, а зачем же это все-таки сделано?
И слегка сдвинув сторону пластинку, мешающую заглянуть внутрь контрольной панели, он услышал странный щелчок.
«Что это?» — И это было последней мыслью майора.
Сильнейший взрыв разнес вездеход и находившийся рядом блокпост на части. Буквально сровняв эту местность с землей.
Выживших среди находившихся тут людей не осталось. Ну, а на базе между тем раздался сигнал тревоги.
* * *
«Все-таки по-тихому пробраться не удалось», — подумал едущий в направлении медсектора станции боец, которого сопровождал гигант-сержант.
Глава 3
Фронтир. Неизвестная система. Планета № 34-КЕ-678-ТР. Секретная база
Сразу после прогремевшего взрыва
— Что это? — оглянувшись назад и резко остановив вездеход, при этом закрутив его вокруг своей оси, спросил у меня сержант.
В результате столь внезапного торможения наш бронетранспортёр немного не доехал до ворот, ведущих в какое-то не слишком большое строение.
И сейчас, когда машина остановилась, этот гигант, обернувшись в ту сторону, откуда мы приехали, с удивлением глядел на то место, где еще несколько минут назад находился блокпост, а буквально только что — не прошло еще и пары мгновений — расцвел огромный цветок огненного взрыва, ударная волна от которого здорово тряхнула наш вездеход.
— Не знаю, — постаравшись, ответить как можно более искренне, произнес я. Это было не сложно сделать, ведь и я сам не ожидал, что кто-то так быстро полезет проверять внутренности приборной панели того транспорта, который доставил меня на эту базу.
Но это было только начало. А потому, продолжая играть, я, сделав удивленными расширившиеся глаза и со страхом посмотрев на сержанта, спросил, слегка понизив голос и дрожащей рукой указывая в сторону произошедшего взрыва:
— А вы уничтожили того монстра, что гнался за мной?
Сам при этом думал: «Ох, переигрываешь, парень! Станиславского на тебя нет».
Но, видимо, сержант был не слишком большим ценителем искусства. А потому он сначала несколько настороженно посмотрел на меня, а потом совсем немного повернул голову в направлении блокпоста.
— Нет, — не очень понимая, к чему я клоню, но тем не менее чуть ли не шёпотом ответил он.
И его вопросительный взгляд вновь уперся в мое лицо.
— А что? — спросил сержант.
— Так это нападение, — резко воскликнул я в ответ на заданный гигантом вопрос. — Нужно было уничтожить ту тварь. Ведь за ней могли идти остальные или еще кто-то похуже нее.
И я с напряженным лицом посмотрел на приборную панель связи.
— Нам необходимо как можно быстрее предупредить начальство о том, что сейчас осталось на базе, о произошедшем на блокпосту. Они должны знать, что противник, вероятнее всего, уже прорвался сквозь энергетический купол и сейчас находится где-то тут, а возможно, уже двигается в их сторону.
И я махнул рукой в направлении взрыва. Я не давал водителю подумать о том, что подобный взрыв должны были зарегистрировать все датчики безопасности станции. Мне нужно было, чтобы он отвернулся и начал действовать.
Сержант проследил за моим движением и немного отвернулся в сторону, а потом развернулся обратно и посмотрел на меня.
Не знаю, что бугай увидел в моих глазах, но, заметив это, он кивнул головой и быстро потянулся к портативной консоли связи, удобно подставляя мне под удар свою шею и затылок.
Резкий выпад вперед — и обмякшее тело гиганта заваливается на приборную панель.
«Прости, парень, но теперь ты жертва нападения», — произношу про себя я и, достав свое оружие, делаю два выстрела из бластера, переключив его на минимальную мощность. Сейчас гигант был ранен в плечо и ногу.
Обе раны не смертельны, но достаточно наглядно говорят о причине, по которой сержант оказался в таком плачевном состоянии, а также в полной мере указывают на тот способ нападения, в результате которого можно было получить подобные ранения.
Так ко мне, когда я доставлю его в местный госпиталь, будет гораздо меньше вопросов. Мне важно отвлечь от себя внимание и устроить небольшую панику в том заведении, где я окажусь, ну а если это получится, то и на всей базе.
А наглядный пример, который я привезу с собой, многих заставит поверить мне и совершать необдуманные поступки и ошибки.
Перетащив бессознательное тело на свое место, я забрался на водительское сиденье и, запустив двигатель, двинулся дальше. Тут, видимо от тряски, сержант очнулся и застонал.
«Э, так не пойдет, — решил я, глядя на него, — он мне в сознании и адекватно соображающий совершенно не нужен».
А поэтому, для верности, я еще раз приложил его хорошенько по затылку, так, чтобы он случайно очень не вовремя не пришел в себя.
Еду дальше.
Вот и открывающиеся ворота.
Въезжаю внутрь.
Вижу бегущих ко мне охранников и еще каких-то людей.
Ладно, с охранниками понятно, встречать подозрительный транспорт — это их работа. Правда, выполняют они свои обязанности из рук вон плохо.
Знал бы, что все повернется именно так, уже давно сам напал на них, но, к сожалению, я не был уверен, что и дальше все будет так же легко.
Перевожу взгляд на остальных людей. С ними не все так просто. Зачем они здесь? Да еще и в таком количестве. Не понятно. Буду разбираться с этим по мере необходимости.
Сейчас меня больше интересовала охрана. Присмотревшись к их форме, я понял, что это вообще не регулярная армия, а просто какие-то сторонние наемные служащие, выполняющие охранные функции.
Это вызвало еще большее недоумение. Откуда такие кадры на секретном объекте?
На них одет не камуфляж, а другая форма, больше смахивающая на странную церемониальную одежду. Если у них и был какой-то боевой или армейский опыт, то это было или очень давно, или только лишь