— Так может их засекречивают? — предположила она.
— А смысл? Можно будет найти по жене тогда. Фамилия, скорее всего, одна и та же, а обойти всех с одной фамилией совсем не проблема даже в таком городе.
— Но мы все согласны, что это странно? — уточнил Вайрин. После секундной задержки все закивали. — Вот и отлично. Я предлагаю скататься и поесть после поминок. Они, кажется, уже заканчивают.
— Сейчас все рестораны закрыты, — заметила Атерия.
— Так мы в какую-нибудь забегаловку зайдём, — ответил он. — Простым людям до балды император, им бы отработать и поесть. И не делай такое лицо, принцесса, попробуй, что обычные люди едят. Вон, посмотри на Кондрата, этот человек вообще всё подряд есть, и посмотри, каким большим вырос!
— Хочешь, чтобы я толстой стала? — прищурилась она недобро.
— Так плюс же! Грудь больше, попа больше, есть где подержаться, так ещё и обнимать мягко!
— Мистер Легрериан, это некультурно, — мягко сделала Зей замечание, наблюдая за тем, как Атерия краснеет до корней волос.
— А я чё? Я ничё. Она мне любой нужна. О, они его закапывать начали! Идёмте, займём место к принцу и принцессе, чтобы выразить свои соболезнования и валим.
— А поминального обеда не будет? — уточнил Кондрат.
— А что это? — обернулся Вайрин.
— Обед после похорон, где все поминают усопшего, поддерживают друг друга и просто предаются хорошим воспоминаниям.
— Нет, у нас такого нет, но слу-у-ушай, а хорошая мысль… Мне нравится. Поплакали, можно и поесть. Поели, можно и поплакать.
— Это у вас такая традиция? — спросила Зей тихо.
— Да, так у нас делают, чтобы почтить памятью хорошего человека.
— Понятно… мне кажется, это чудесная традиция, вот так просто посидеть, вспомнить всё хорошее о человеке, — она аккуратно взяла Кондрата под локоть. — Мне было бы приятно, вспомни меня так кто-то.
— Мне тоже, — вставил Вайрин. — Если бы её ввели прямо сейчас, и мы бы на халяву хорошенько поели.
— Вайрин! — возмутилась Атерия.
— Что Вайрин? Идёмте, посочувствуем смерти императора и уйдём. У нас ещё дела остались.
Желающих было очень много, но очередь образовывалась, как и в процессии. От приближённых до самых незначимых. И ниже чиновников дворца уже никого не подпускали. Слугам и людям оставалось лишь наблюдать со стороны.
Когда настала очередь их компании, Вайрин удивительным образом преобразился, став спокойным и действительно скорбящим по своему императору верным служащим. Голос стал ниже, лицо грустнее, и говорил он действительно проникновенно, что, если бы Кондрат не знал этого человека, мог бы и поверить. Он даже Атерии не особо дал вставить слова, хотя та отыгралась на принцессе. Принц тоже стёр свою ухмылку с лица, кивая, и благодаря.
А потом подошла очередь и Кондрат с Зей.
— Я сочувствую вашей утрате, — негромко вымолвил Кондрат, подойдя к принцу и принцессе.
— Спасибо… — пробормотала принцесса Льен. — Спасибо, что пришли.
— Да, большое спасибо, — согласился принц. — Мистер Брилль, мой отец доверял вам, и, наверное, стоит доверят вам и мне. Служите верно, чтобы почтить его память.
— Сделаю всё, что в моих силах, — ответил Кондрат и поклонился.
— Всё же империя превыше всего, верно?.. — раздался едва слышимый голос, словно ветер.
Кондрат нахмурился и выпрямился. Зей продолжала что-то говорить принцессе, но внимание принца было обращено на Кондрата. Он смотрел на него с серьёзным лицом, и Кондрату даже показалось, что ему послышалось, но взгляд… взгляд принца смеялся.
— Не понимаю, о чём вы, Ваше Высочество.
— Уверен, что понимаете, — повторил он и теперь уже не мог сдержать улыбки. — А вот император не понимал, и посмотрите, куда его это привело. Хотя сгубило его не это…
Кондрат нахмурился. Вокруг шумели люди, что-то говорила Зей и принцесса, но вокруг них был будто вакуум. Словно они оказались в комнате, которая глушила все остальные звуки. Принц смотрел ему в глаза, после кивнул ему.
— Идите к другу, мистер Брилль и будьте очень аккуратны в своём расследовании.
Эта странная аура вокруг них нарушилась, и звуки вновь хлынули со всех сторон, будто спало наваждение. Здесь уже и Зей была рядом, подхватив Кондрата под локоть, намекая, что им пора идти. В стороне их ждал Вайрин с Атерией.
— Ну что, поздравили? Всё, идёмте кушать, — кивнул Вайрин на выход.
— Не быстро ли? — спросила Атерия, обернувшись. — Может стоит подождать?
— А что ждать? Пока его закапывают? Идёмте уже.
Они пошли на выход, как и многие, кто уже успел высказать свои соболезнования детям императора. И пока девушки мило общались между собой, Вайрин слегка замедлился, поравнявшись с Кондратом.
— Что там было? — спросил он сразу. — Я видел, как он что-то говорил тебе, только не понял что. И рожа у него была хитрой пипец.
Кондрат скрывать смысла не видел.
— Поблагодарил за то, что пришли, сказал, что император доверял мне, и он тоже мне теперь доверяет. А ещё, что империя превыше всего, и мне стоит это понимать, так как император не понимал, и его не привело это ни к чему хорошему.
— Нихрена себе…
— А ещё, чтобы я аккуратнее вёл наше расследование.
— Звучит это как угроза, — нахмурился Вайрин. — Как угроза от человека, который императора и убил. Но это не сойдёт за чистосердечное признание, да?
— Не сойдёт. Он скажет, что ничего не говорил, да и признания не было, — подтвердил Кондрат.
— Да-а-а… — протянул Вайрин. — Да и сказал он не то, чтобы много. Его слова можно интерпретировать как угодно.
Он задумался, и остаток пути до экипажа они прошли молча. Только перед тем, как садиться, Вайрин резко остановился, и закрыл за зашедшими девушками дверь, чтобы они ничего не слышал.
— Что-то не сходится, — произнёс он задумчиво. — Ты так не думаешь?
— Думаю, — ответил Кондрат, бросив взгляд на долину императоров. — Ему нет смысла открыто признаваться человеку, который это дело и