Фэн смотрел на Ракшу.
Глаза элементаля светились белым светом, а лицо оставалось невозмутимым, как у статуи.
А затем его голос прогремел, заставляя воздух вокруг нас вибрировать:
— Мы и не собираемся с тобой сражаться, Канвар. Зачем?
Он повернулся ко мне. Посмотрел, словно оценивая, а затем снова обернулся к Ракше.
— Это сделает другой человек.
Его тон был безразличным, словно ему всё равно.
Как будто он просто наблюдатель, которому нет дела до людских дрязг.
Фэн взмахнул посохом:
— Пусть жалкие людишки сами разбираются между собой. Нам нет до этого дела.
Ракша усмехнулся:
— Значит, вы прилетели просто посмотреть? Тогда смотрите, как я убью вашего жалкого спасителя!
Ракша вновь начал запустил в меня десятки заклинаний.
Но я уже чувствовал изменение.
Воздух вокруг меня менялся так, словно становился живым. Ветер словно обнял меня и поддерживал со всех сторон.
Я улыбнулся Фэну.
Они помогают.
Как тогда, когда элементали помогли драконам удрать от Ракши, подарив им свою скорость и мобильность.
Тоже самое теперь происходило со мной. Только, если в драконов они вселились, то мне помогали на расстоянии.
Я взмыл вверх и сам удивился той лёгкости, с которой это произошло.
Ветер будто стал частью меня.
И, я впервые почувствовал, что такое настоящий полёт.
Теперь я понял о чём говорил Ракша, когда рассказывал, что для него это также естественно, как дышать.
Нет, Артефакт-кольцо даже близко не сравнится с этим ощущением.
Вот что значит по-настоящему летать!
Я быстро взглянул на духов.
Они кружили вокруг, но сознательно не смотрели на меня. Делали вид, что им безразлично.
Фэн также парил в стороне. Он даже отвернулся, будто его больше интересует то, что происходит далеко в горах, а не здесь, прямо под его носом.
«Типичный Цундере», — прозвучало в моей голове голосом Лифэнь.
Лицо Ракши потемнело. Конечно же, он тоже всё понял.
— Духи… — угрожающе начал он. — Вы помогаете ему.
Фэн не обернулся, продолжая смотреть на горы.
— Мы ничего не делаем. Это просто… ветер дует, куда хочет.
А я уже поднялся до уровня Ракши и посмотрел ему в глаза.
В моей руке появился теневой клинок.
Теперь мы равны.
Нет. Теперь я сильнее.
Я улыбнулся.
— Ну что, Ракша, готов сразиться на равных? В твоей стихии, но без преимуществ.
В его глазах снова вспыхнула ярость.
Но он не стал терять время и тоже создал создал длинный воздушный клинок, который теперь был направлен на меня.
— Хорошо, Рихтер. — Холодно ответил он. — Умри.
Он бросился в атаку.
Глава 21
Он бросился в атаку.
Воздушный клинок Ракши был длинным, изогнутым, светящимся чистой энергией ветра. Он двигался невероятно быстро, за столетия тренировок Канвар довёл свою технику до совершенства.
Я встретил удар теневым клинком.
БАБАХ!
Взрыв энергии между нами отбросил нас обоих в разные стороны. Воздух завибрировал, и даже духи отлетели дальше от эпицентра.
Я удержал равновесие. Тем более, что ветер поддержал меня мгновенно и вернул в боевую позицию.
Хотя от меня тоже требовалось немало. Духи явно делали всё, что могли, чтобы облегчить мне полет, но всё-таки держать правильную позицию и маневрировать должен был я сам. Что в условиях невесомости было не так уж просто.
Хотя я и быстро освоился.
А Ракша уже атаковал снова.
На этот раз серией ударов. Быстрой и яростной.
Его клинок с воем рассекал воздух, а каждый удар содержал в себе достаточно силы, чтобы пробить мой щит.
Поэтому я уклонялся, блокировал, парировал и делал всё, чтобы не пропустить удар.
Наши клинки сходились снова и снова. Искры магии разлетались во все стороны.
— Впечатляющая техника, — сказал я, отбивая очередной удар. — Сколько лет тренировался? Пятьсот? Шестьсот?
— Тысячу! — рявкнул Ракша, атакуя с новой силой. — Тысячу лет я оттачивал искусство воздушного клинка!
— Тысячу лет? — я усмехнулся, уклоняясь от удара. — Может, стоило найти нормального учителя?
Конечно, я просто пытался вывести его из себя.
Но на самом деле его техника, как и скорость была крайне хороша.
Классический восточный стиль фехтования он специально адаптировал для сражений в воздухе. Широкие размашистые удары, рассчитанные на то, чтобы использовать инерцию полёта.
Красиво. И эффективно против большинства противников.
Но предсказуемо.
Ракша нанёс очередной удар сверху вниз. Я не стал блокировать, просто шагнул в сторону, используя ветер. Клинок прошёл мимо.
— Мимо, — прокомментировал я весело.
И мгновенно ушел в контратаку быстрым уколом в бок.
Мой теневой клинок ударил в его энергетический щит. Барьер вспыхнул, но устоял.
Не удивительно. Прочность защиты Великого Князя и не может быть низкой.
Ракша развернулся, его клинок описал широкую дугу. Я пригнулся, и лезвие прошло над головой.
— Знаешь, Рихтер, — прорычал он, — ты слишком много говоришь для будущего мертвеца!
— А ты слишком мало попадаешь для мастера с тысячелетним стажем, — парировал я, нанося ещё один укол в щит.
Трещина побежала по поверхности барьера, но тут же затянулась.
Ожидаемо. Энергии у него больше. Он может восстанавливать щит быстрее, чем я его разрушаю.
Нужна другая тактика.
Ракша атаковал снова, теперь сочетая удары клинком с заклинаниями.
Воздушное лезвие летело справа. Клинок рубил слева. Одновременно.
К счастью, полёт не мешал теневому шагу, хотя и делал его несколько сложнее, ведь, если я не хотел приземляться, то приходилось ловить едва заметные тени на облаках пара, пыли и других более плотных чем воздух частиц, которые поднимались во время нашей битвы.
Но у меня получилось «вынырнуть» прямо над Ракшей сзади него, и я сразу метнул теневой кинжал в его спину.
БАХ!
Кинжал взорвался врезавшись в щит. Барьер устоял, но на секунду замерцал.
— Я разочарован, Рихтер, — крикнул Ракша, — Вместо честного боя, прячешься в тенях, как трус!
— Использую тактику, как разумный боец, — ответил я. — Но, если хочешь, давай сойдёмся в честном бою без магии. Только клинки.
Ракша обернулся, создал вихрь вокруг себя. Мощный поток воздуха отшвырнул меня назад на десяток метров.
— Вот именно это я и имел в виду, — крикнул я, возвращая себе равновесие. — Ты же сам хотел без преимуществ!
Откуда-то сбоку донёсся голос Фэна. Древний дух парил в стороне, наблюдая за боем с видом театрального критика:
— Людишки такие противоречивые. Сначала предлагают одно, потом делают другое.
Я едва сдержал смех.
А мне пора