Картина получилась такой яркой и реалистичной, что захотелось оставить её себе. Но нет, я ведь рисовала для босса! Так что отдам….
Пройдя в ванную и лениво включив кран, стала отмывать пальцы от краски. Потом перемыла кисти и все, что успела задействовать. После того, как навела порядок, приняла душ и легла спать, чтобы уже через пару часов подскочить от будильника…
Так как я продавала картины, то у меня дома были и различные рамки и бумага для упаковки. Проверив еще раз свою работу и не найдя изъянов, красиво упаковала картину и собралась на работу.
За окном светило солнце, громко чирикали птицы и на душе было очень хорошо. Такое прекрасное настроение надо поддержать всеми силами, поэтому надела платье василькового цвета, которое было ярким, красивым и очень уж мне шло.
Прочь апатию и депрессию! Пришла весна и пора открывать ей дорогу!
Весело напевая, я пошла на работу. Какое все-таки шикарное состояние на душе у меня, когда есть желание что-то делать, да еще и настроение хорошее этому сопутствует, тогда ничего не страшно и все по плечу.
До работы добралась быстро, успев погулять и даже не запыхаться, когда не нужно спешить, утро становится вдвойне прекрасным. Поднявшись на этаж, пошла сразу в кабинет к боссу. Опять обратила внимание на отсутствие рекламы, которая не привлекает клиентов. Вот об этом с ним и поговорю и картину подарю.
Правда, я ещё не решила – признаваться, что сама рисовала или нет.
– Привет. У себя? – спросила у Лиды, заходя в приемную.
– Привет! – ответила девушка. – Ага, но он не в духе с утра. Может лучше позже зайдёшь?
Я уже хотела сбежать, но из кабинета появился Егор Сергеевич. Он был во вчерашней рубашке, из чего я сделала вывод, что домой он так и не уехал, а по красным воспаленным глазам было ясно, что спал он не больше меня, а может и ещё меньше.
– Лида, сделай мне пожалуйста кофе, очень много кофе… Варвара Ивановна, вы ко мне?
– Да, к вам, Егор Сергеевич.
Ну все, обратного пути нет. Интересно, картина ему понравится или нет?
Глава 3
Егор Сергеевич
Ночь создана для того, чтобы спать, а не мучиться над тем, что нарыл для меня Евгений! Нет, я понимаю, что он старался, что работал по моей просьбе, но я был совершенно не готов к открывшейся картине! А она вот – лежит передо мной, с полным отчетом, который так скрупулезно и по полочкам был собран Евгением.
Друг еще в конце ручкой подписал: “Прорвемся!”
И смайлик ржущий нарисовал.
Понятное дело, что очнулся я только в четыре часа утра. Отодвинул от себя документы и поплелся умываться в туалет. В отражении зеркала на меня смотрело помятое лицо человека, который был зол от усталости, недосыпа и желания разнести все в пух и прах.
– Ничего, – произнес, – сейчас на ноги чуть устойчивее встанем и начнем!
Начать хотелось уже сейчас, потому что нет-нет, да сестра или мать спрашивали в своих сообщениях, как у меня дела и почему я не приезжаю в гости. А мне их видеть не хотелось от слова совсем, чего уж говорить про то, чтобы что-то отвечать?
В животе неприятно заныло от того, что хотелось есть, а когда я вообще ел-то в последний раз? Память отказалась вспоминать столь ненужную информацию, так что по темному коридору я поплелся в сторону нашей кухни, которая была создана для работников фирмы. Кофемашина прибудет завтра, ей почетное место даже выделил в самом центре, прекрасно понимая, что будет пользоваться большим спросом.
Заглянув в небольшой холодильник, который стоял тут исключительно на всякий случай, достал кем-то забытый салат, еще упакованный и судя по сроку покупки, был принесен вчера и забыт.
Полазив по ящикам, вытащил на стол вскрытую упаковку печенья, чайный пакетик и даже нашел целую сахарницу.
Ну вот, с голоду теперь точно не умру.
Быстро все съев, я вернулся в кабинет, погасил свет и улегся на узком диванчике, который стоял вдоль стены.
– Егор Сергеевич, – услышал через некоторое время, – вас будить или вы еще спать будете?
– Будить, – отозвался, различив голос Лиды.
– Тогда бужу и сообщаю, что диван раскладывается.
– Очень вовремя…
То, что я не выспался – очевидно, то, что был без настроения – понятно итак. Сев на импровизированной кровати и растерев лицо руками, внимательно посмотрел, как секретарь открывает рядом со мной шкаф, а там на полке лежит плед, подушка, новая зубная щетка с пастой и даже белье с носками.
– Как я отстал от жизни, – констатировал и хотел встать, но сел обратно, потому что заныла поясница и плечо, которые за время сна затекли.
– Сейчас мазь принесу, – произнесла Лида, – вам бы домой доехать, переодеться…
– Очень тонкий намек, – буркнул я, но понимал, что секретарь как никогда права. – Встречи? Совещания?
– Совещаться не с кем, – вздохнула Лида, – половины коллектива нет, та, что имеется, работает в поте лица, подчищая все найденные ошибки. А новых кандидатов на работу нет….
– Тогда я сегодня действительно отъеду, – почесал подбородок, – а ты новые вакансии для фирмы опубликуй, в отделе кадров уточни, кто нам нужен и в каком количестве.
– Хорошо, – легко согласилась Лида, – мазь несу?
– Не надо, – помотал головой и скосил глаза на телефон, который вибрировал рядом с подушкой. – Вот, черти!
Лида вышла, а я продолжал гипнотизировать экран, на котором высветилось имя мамы, хотя, совсем скоро, она перестала звонить и написала мне сообщение: “Собираюсь в санаторий!”
Это как тонкий намек? А потом меня осенило! Схватив телефон, зашел в банк и отключил автоплатеж, который был настроен у меня на каждый месяц. Ни копейки больше никто не получит! Никто!
Поднявшись на ноги, размял спину, потянулся, косо посмотрел на диван, как будто он был виноват во всех моих бедах, и понял, что без кофе я не