Я вообще ничего не чувствую.
И это пугает и расстраивает меня.
Потому что мне есть, с чем сравнивать.
Потому что я знаю, как бывает иначе.
Но это же неправильно! Неправильно!
Зажмуриваюсь и сама обхватываю руками шею Жени. Сильнее впиваюсь в его губы.
Ну же! Мне должно это нравиться! Должно!
Нет.
И я даже разочарованно выдыхаю, когда понимаю, что бесполезно и не хочу больше ничего.
Отстраняюсь от парня и прерываю наш холодный поцелуй.
— Блин, Влада, ты такая классная, — Женя тяжело дышит и лбом прижимается к моему лбу. — Поехали ко мне? Посмотришь, как я живу.
И снова тянется целоваться.
— Нет, Жень, — уворачиваюсь я, — мне надо к зачету готовиться. Я Лике обещала помочь.
Он громко выдыхает.
Женя отвозит меня к дому Лики. Позволяю ему чмокнуть меня в щеку на прощание и убегаю.
— О, наконец-то! — встречает меня Лика. — Я тебе уже звонить хотела! Всё с Женькой? — и весело подмигивает.
— Да, а что такое?
— Я завтра утром улетаю, Влада, — говорит Лика по-деловому. — К маме.
— Что-то случилось? Почему?
— Да ничего страшного! Чего ты так перепугалась? — смеется она. — Там документы какие-то подписать надо срочно. Ну, и я по маме соскучилась! Я ненадолго! Прилечу и в клуб сходим, как хотели! Если ты до этого за Женьку не выйдешь!
Она хохочет, а я лишь хмурюсь. Все никак не привыкну к ее шуткам.
— Лика, а ничего, что я еще два дня у тебя тут поживу? — спрашиваю я, помогая ей собирать вещи. — А то мне в общаге только через два дня сказали комнату дадут.
— Блин, Влада, я тебе уже говорила, что я против твоего отъезда в общагу! Я бы хотела, чтобы ты здесь осталась, со мной жить. Не понимаю, что ты так туда рвешься? Живи сколько хочешь, в общем!
— Спасибо тебе, Лика. Ты очень добрая. Даже не представляю, чтобы я без тебя делала!
И мы обнимаем друг друга.
На следующее утро я провожаю Лику и смотрю в окно, как к дому подъезжает уже знакомый внедорожник. Из него выходит отец Лики. Легко закидывает ее сумки в багажник.
Но, прежде чем сесть в машину, останавливается и поднимает взгляд. Как будто чувствует, что я смотрю. Я тут же прячусь за штору, надеясь, что он меня не заметил.
Стою, закусив большой палец, и понимаю, что даже сейчас, просто глядя в окно на него, чувствую гораздо больше, чем от поцелуя Жени.
Ругаю себя за это, слыша, как машина уезжает прочь.
Глава 24. Птичка
На следующее утро я еду в универ, а оттуда — в общагу.
— Ну, вот, твоя комната будет, — показывает мне помещение новая вахтерша. — Две девочки-соседки. Хорошие. Надеюсь, уживетесь.
А я опять испытываю страх. Потому что боюсь встретить Соловьева. Хотя его ведь нет уже тут. Его отчислили и из универа, и из общаги. Более того, говорят, что на него уголовное дело завели.
— Когда въедешь? Сегодня? — спрашивает вахтерша.
— Сегодня не получится. У меня работа допоздна. И помочь некому. Мне завтра обещали вещи помочь привезти, — отвечаю я.
Женя сам вызвался помочь. Правда сегодня у него не получится, но завтра он на машине отвезет меня с сумками.
И я вернусь в общагу. Может, начнется новая полоса в моей жизни? Белая?
После общаги я еду на работу. Несколько заказов и я свободна. А тут и Женя звонит и предлагает встретиться.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — Заедешь?
— Да. Полчаса и я у тебя! Посидим где-нибудь? Или в кино можно?
— Хорошо.
Надеюсь, он не слышит отсутствие энтузиазма в моем голосе. Мне и правда все равно. Точно с таким же удовольствием я посидела бы дома одна. Или легла пораньше спать.
Но я пытаюсь заставить себя хоть что-то почувствовать к Жене.
Зачем?
Чтобы вытеснить другие ощущения. Забыть их. Убедить себя, что я легко могу заменить их.
Завтра я съеду в общагу и все.
Женя заезжает даже чуть раньше. Я встречаю его в коридоре.
— Я сейчас! Посуду домою! Проходи пока!
Он с улыбкой разувается и проходит на кухню.
— Как ты тут одна? — спрашивает, осматривая кухню.
— Скучно, — признаюсь я. — Вот, вроде, Лика только вчера улетела, а без нее скучно. Дом слишком большой. И я одна тут.
— Ну, у богатых свои причуды, — хмыкает Женя. — Нафига такой дом? Наверное, чтобы перед такими же друзьями не стыдно было.
Я хмурюсь, домывая чашку, но ничего не отвечаю.
— А я сегодня на еще одно собеседование ходил, — продолжает он. — Впустую, — вздыхает. — Как заколдованный круг какой-то.
Я вытираю руки и подхожу к нему.
— Все будет хорошо, — говорю, чтобы утешить парня и глажу его по волосам.
Он берет мою руку и подносит к своим губам.
— Не помешал? — раздается грубый бас сзади и я вздрагиваю.
Как током прошибает.
Не оборачиваюсь, но прямо чувствую тяжелый взгляд на затылке.
— Здравствуйте, Николай Евгеньевич, — говорит Женя и я забираю свою руку.
— Здравствуй, — хмуро отвечает хозяин дома.
Отец Лики. Он здесь. Я так надеялась последний вечер провести без встречи с ним.
Набираюсь духа и оборачиваюсь.
— Здравствуйте, — говорю, но в глаза ему не смотрю.
— Я не помешал? — повторяет он свой вопрос.
— Это ваш дом, — отвечаю сухо. — И мы уже уходим.
— Куда?
Поднимаю на него взгляд и вижу сдвинутые брови. И вообще все его лицо напряжено. И от этого почему-то страшно.
— Мы встречаемся, — говорит Женя и берет меня за руку.
Взгляд мужчины скользит на наши руки. Он щурится.
— Занимайтесь этим не в моем доме, — хмыкает и стреляет в меня усмехающимся взглядом.
Я вспыхиваю, но прикусываю губу, чтобы не нагрубить ему.
Нет. Еще одна ночь и все. И я сделаю так, чтобы все прошло без эксцессов.
— Пойдем, Женя, — говорю парню и делаю шаг к двери.
— Влада, останься на пару минут. Мне надо кое о чем поговорить с тобой, — вдруг заявляет отец Лики. — Женя подождет тебя в машине. Да, Женя?
Видит, что я не отпускаю руку парня.
— Это касается Лики, — добавляет Николай.
Едва заметно киваю Жене, чтобы подождал меня.
Он прощается с хозяином дома сквозь зубы и выходит.
Глава 25. Птичка
Я стою и внимательно слежу за мужчиной.
Не понимаю, почему, но сердце в груди бьется как птица в клетке, ударяя в ребра и заставляя меня дышать чаще. Но я пытаюсь скрыть это. Контролирую дыхание.
И все равно мне кажется,