— Согласен, — Витька хлопнул меня по спине. — Поэтому Федуловы будут сидеть под замком, пока отец не приедет. Но Козулину надо уже начинать раскручивать семейку на откровенность. Может, успеет выяснить, кто заказчик. Тогда есть шанс взять его тёпленьким. Вдруг он где-то рядом затаился?
— Кто такой Козулин? — я наморщил лоб. Кажется, где-то эта фамилия звучала из уст отца.
— Да начальник нашей СБ. Забыл, что ли?
— А как же Вася Архипов?
— Он его заместитель, — Витька обстучал унты о приступок, чтобы сбить налипший снег, то же самое сделал и я. — В последние годы активно замещает дядьку Лёню. Заметил, что Архипов вместе с отцом в Охотск улетел?
— Тогда где сам Козулин?
— С дядей Алексеем в Якутске. Завтра-послезавтра должны вернуться.
— Так отец быстрее прилетит, — усмехнулся я, входя в прихожую.
Мы сняли с себя верхнюю одежду и бросились к камину, возле которого уже млели девушки в компании Антона и матушек. Я пристроился рядом с Ариной и Лидой на одном из диванов.
— А ты чего расселся, братец? — Витька присел перед камином, с наслаждением потёр ладони. — Надо Федуловых колоть, пока тёпленькие.
— Зачем их колоть? — нахмурился Антон. — И так понятно, в чём их вина. Стреляли в вас? Стреляли. Всё, однозначно будут ждать приезда отца. Пусть хозяин выносит обвинение.
Арина незаметно для других нашла мою руку и сжала её, словно передавая своё беспокойство. Она не знала, что я давно ищу способы противостоять огнестрельному оружию, поэтому её переживания хорошо ощущались мною. Мы были на одной волне: Антимаг и носительница антимагической энергии, пока ещё не полноценная боевая единица. И наше единение втайне от других невольно вызывало у нас улыбку.
— Дело не только в том, что стреляли в детей князя Мамонова, — Витька посмотрел на меня, подмигнул. — Мы с Андрюхой подумали, обсудили один важный момент и пришли к мысли, что Карп получил от неизвестного лица заказ на добычу редкого белого меха росомахи. Иначе бы он не решился сдуру загонять зверя снегоходами.
— Федуловы хоть и странноватые, но не безумные, — согласилась с Витькой Ирина Сергеевна, родная мать моего братца, старшая жена Главы Рода. — Белая росомаха не появлялась в наших краях лет сорок, если мне память не изменяет. И на неё никто не охотился, а наоборот, почитали.
— Я слышала эту историю, — негромко откликнулась Дайаана. — Отец рассказывал. Росомаху почитали как божество; поднявшему на неё руку грозило изгнание из Рода и проклятие всех шаманов.
— А что с ней стало? — полюбопытствовал я. Могла ли быть нынешняя зверюга потомком той белянки? Если нужный ген через столько лет сработал — то да. Но я в такую вероятность мало верил.
— Ушла, — Дайаана протянула руки к весело потрескивающему в камине огню.
— Или убил какой-нибудь отчаянный охотник, — хмыкнул Витька. — Только об этом никто не узнал.
— Душа шамана вселилась в новорожденную росомаху, — уверенно заявила Дайаана, — вот и появилась она снова в этих краях.
Все помолчали, обдумывая слова девушки. По глазам родственников я понял, что они вполне спокойно воспринимают эту версию. Да, здесь вам не столица с её отрицанием подобных чудес.
— Говоришь, есть подозрение на заказ? — Антон встал с решительным видом. — Ну что ж, сходим, поговорим с этим Карпом.
Если бы Антон остался сидеть возле камина с расслабленным и довольным лицом, я бы в нём разочаровался. Ведь сейчас был такой шанс вытянуть из охотников информацию о заказчике! Подобные вещи нельзя игнорировать!
Мы через крытый переход перебрались во флигель. Охотников привели из подвала и посадили в одну из технических комнат; охраняли их двое бойцов из боевого крыла Мамоновых.
— Через пять минут приведите Карпа в столовую, — приказал Антон охранникам. — Побеседуем.
— Есть! — коротко ответили оба, ничему не удивляясь. В отсутствие Главы его роль берёт на себя наследник.
Столовая для работников и прислуги имения сейчас была пустой. Мы расселись рядышком на одном конце стола, причём, Антон оказался между нами, как Верховный судья. Витька не преминул пошутить:
— Ваша Честь!
И получил лёгкий подзатыльник.
— Разрешите присутствовать? — в столовую заглянул Баюн, прознав о нашем появлении. За его спиной маячил Хитрый Лис.
Антон кивнул. Кажется, его забавляло происходящее. Но, вспомнив, что охотники стреляли из оружия по братьям, он нахмурил брови, распрямил плечи и задрал подбородок. Когда один из охранников привёл Карпа в столовую, старший брат уже представлял из себя каменную глыбу с застывшей маской надменности на лице.
— Дайте ему стул, пусть присядет, — приказал он Баюну.
Гвардеец поставил табурет в нескольких шагах от стола, и когда Карп садился, грубо надавил на его плечо, придавая тому ускорение. Потом вместе с Куаном занял позицию за спиной Федулова. Бородатый охотник почувствовал неладное, разглядывая наши серьёзные физиономии. Так как его руки никто не связывал, он положил их на колени, крепко сжал, до белизны в суставах.
— Ну что, Карп, сознаваться будешь, кто стрелял в княжичей? — спросил Антон без особого энтузиазма, потому как задавал этот вопрос ранее. — Или будешь продолжать выгораживать своих сыновей?
— Я стрелял, князь, всеми богами клянусь, — глухо обронил Карп, водя взглядом по нашей троице, скрывая насмешку. Молодые безусые мальчишки казались ему детишками, дорвавшимися до управления настоящего автомобиля. — С меня и спрос.
— Врёшь, — спокойно сказал я. — Стрелял человек в коричневом полушубке. У меня со зрением всё в порядке. Можно по отпечатку ауры определить, кто держал дробовик.
— Так если знаешь, князь, чего спрашиваешь? — глаза Карпа потускнели, но он их не отводил в сторону. Смелый.
— Ну, я же имя твоего сына или приятеля не знаю, — пожимаю плечами. — В любом случае это тайной не останется. Поражаюсь вашей безрассудности. Понимаете, чем грозит подобный демарш?
— На каторгу не упекут, и то ладно.
— А вот на прииск «Скорбный» отец тебя вместе с сыновьями и дружками без колебаний определит, — вмешался в разговор Антон. — Вижу, знаешь, что за объект такой?
— Наслышан, — неохотно ответил