— Мы возьмем их с собой, — с улыбкой пообещал я.
Невелика логистическая задачка.
— А дом? А огород? — вздохнула она.
— Будет новый, хороший дом и новый огород, — пообещал я и это. — Прошу вас, поехали. У меня есть мечта собрать в одном месте всю нашу большую семью. Так я смогу чувствовать себя спокойно, зная, что вы присматриваете друг за дружкой, и ни один из нас не забыт. Это очень поможет мне побеждать дальше, и это — самое большое мое желание.
Умиленно улыбнувшись, бабушка развела руками:
— Что уж тут поделать. Если для тебя так важна даже эта бесполезная старуха, значит Кинглинг и Айминь воспитали тебя даже правильнее, чем на самом деле нужно. Я поеду в Сычуань, а ты больше не трать время попусту — я и так сильно тебя задержала.
Вот и славно, но я ни разу не считаю, что «потратил время попусту».
Глава 10
Ну и жара в этом Гуандуне! Даже сейчас, ночью, очень горячий и влажный воздух (и о каком еще «накоплении холода» говорила бабушка Киу? Это ж натуральные тропики!) заставлял моментально мокнуть при выходе на улицу. Многократно тренированному еще более жаркими погодами мне, однако, было нормально, и «жару» я отмечал просто как факт.
На реке Жемчужной, однако, было приятнее — Партия не дала превратить главную реку провинции в зловонную лужу, и в лицо стоящего на палубе яхты меня дул приятный, снабженный мелкими капельками, ветерок.
Красотища вокруг неописуемая! Ночные круизы по реке вдоль агломерации Гуанчжоу не даром славятся на весь Китай: по обоим берегам бесконечными рядами тянутся озаренные неоном здания, отражениями в реке создающие захватывающую дух иллюминацию.
Сегодня Вова с утра занял третье место в шашечном турнире и очень этим доволен. Правильно — достижение-то очень и очень значимое, сильных «шашечников» из всей Азии сюда прибыло изрядно. А? Какое еще «просто самые толковые играют в шахматы и этнические аналоги вроде Чатуранге? Не слышу! Не понимаю! Грамотка для Цинхуа в кармане, и это — главное: во мне до сих пор почему-то жива такая штука как 'совесть», и за напряжение «блата» я ее шевеления чувствую. Да, не просил Вову именно от Цинхуа отправлять, прочили его «самовыдвиженцем», но руководство решило иначе.
Поболев за шурина утром, днем я на вертолете скатался в последнюю по плану деревню Гуандуна, за родственниками. Таких, как бабушка Киу, у которых никого не осталось и живут они во всей деревне из нашего клана в одиночку, к счастью, меньшинство, и почти все время я работал «по площадям». Это там, где родня повреднее да на подъем потяжелее, большинство-то, в основном молодого и среднего возраста, в силу легкости на подъем и от осознания перспектив само в Сычуань переедет. Больше недели времени на это дело истратил, но ни о секунде не жалею — тяжело старикам одним, а теперь, благодаря мне, будет гораздо веселее и легче. Это ли не повод для радости? Ван и Джи захватывают деревню! Шок! Сенсация!
Телефон в кармане шорт пиликнул.
— Погодь на секундочку, — попросил я стоящего рядом и делящегося впечатлениями о турнире Вову и полез посмотреть.
Прочитав пришедшее на почту письмо, я нисколько не удивился. Не удивился, но расстроился: «К нашему великому сожалению, регистрация брака в данный момент преждевременна».
Не удивил, но расстроил. Что это за тупость вообще? Зачем этот юридический барьер? Чтобы побольше детей рождалось вне брака? Да, дамы в Китае в массе своей к раннему деторождению не склонны, но природу-то не обманешь. Уверен, если порыться в Поднебесной как следует, найдется миллиончиков двадцать внебрачных детей. Просто нафиг такие исследования проводить не надо: посчитать и выкатить результат обществу это же не всё, вслед за этим, пусть не скоро, но все-таки придется что-то сделать. А делать-то ох как не хочется, это ж сколько уважаемых людей лицо потеряют!
Хорошо, что Катюшке про этот запрос ничего не говорил. Понимающая она у меня, знает, что я по сути заложник своей популярности, и дернуться не могу. Хотел сюрприз сделать, но не вышло. Я ж не зря Вове жаловался — да, мне «социальная нагрузка» и общение с фанатами даются относительно легко, но давление все равно чудовищное. Ай, ладно, тут потерпеть осталось-то всего ничего, отцом ребенка меня запишут так и так, а Катя сейчас находится в процессе смены фамилии с Оюн на Ван. Две буквы всего-то поменять надо, удобно.
— Спам этот, блин, — пожаловался я Вове и процитировал момент, на котором я его прервал. — «А потом понял, что он дальше четвертого хода думать не умеет…».
— А я-то на пять, а иногда и на шесть вижу! — похвастался шурин. — И начал его в ловушку загонять. Сначала…
Забавная штука эта конкуренция между людьми, особенно обостренная до предела и вписанная в определенные, уравнивающие шансы, правила. Что теннис, что шашки, что бокс, что какой-нибудь кёрлинг концептуально являют собой одно и то же. Все фильмы, книги и пусть будет аниме между собой похожи, и в каждом из них непонятную человеку «со стороны», порой откровенно вызывающую зевки возню представляют как что-то эпичное.
— … А потом раз-раз, и в дамки! — закончил рассказ Вова и явно подражая отцу «солидно» добавил. — А дальше уже дело техники.
— Понимаю тебя, — улыбнулся я. — Момент, когда видишь путь к победе и встаешь на него ни с чем не сравнить.
— Жаль, что только третье место, — вздохнул шурин.
— И третий твой большой турнир в жизни. Зарубежный — вообще первый, — хлопнул я его по плечу. — Не парься, все только начинается — я себе так все время говорю.
— У тебя-то «начинается»? — хохотнул Вова.
— Конечно! — изобразил я удивление. — Как только решишь, что тебя все устраивает, что ты чего-то добился, что тебе — ДОСТАТОЧНО, как сразу же начнешь катиться обратно вниз. Мир большой, людей в нем очень много, и даже чтобы удержать имеющееся нужно отмахиваться от тысяч чужих алчных лап. Останавливаться в развитии нельзя никогда, и всегда считать, что «всё только начинается» — только так сохраняется мотивация пахать дальше, а примененная в нужном направлении «пахота» всегда приносит свои очень приятные плоды — например, возможность покататься по Жемчужной без