По крайней мере, теперь я точно знаю: сборка мебели — не мой скрытый талант.
Зачем вообще прилагать инструкции по сборке, если они не имеют никакого смысла? «Прикрутите винт A к доске B». Тогда почему, черт возьми, они не наклеили на винты и полки эти проклятые этикетки? В итоге я собрала первую комбинацию «доска-винт» вверх ногами.
Закрыв глаза, я заставляю себя сделать глубокий вдох.
Все в порядке, Лорен. Мир не рушится. Просто дыши.
Я не могу справиться с этим хаосом прямо сейчас. Просто не могу.
Он слишком ошеломляет. Слишком близок к тому беспорядку, что царит в моей голове. Слишком сильно напоминает о моей неспособности справиться с такой простой задачей, как сборка чертового стеллажа.
Медленно выдыхая и считая до десяти, я снова открываю глаза. Не глядя на разгром, я направляюсь к прихожей, стараясь не споткнуться о коробки и инструменты.
К счастью, моя соседка — моя лучшая подруга. Клянусь, если я не уйду подальше от этой мебели, ставшей источником моего раздражения, то либо расплачусь, либо закричу. Поэтому я натягиваю сапоги, накидываю пальто, прячу лицо за огромным шарфом, хватаю ключи и вылетаю из дома. Пора навестить подругу и погладить ее кошек, пока не станет легче.
Холодный ноябрьский воздух встречает меня как старый друг, ласково касаясь щек и превращая мое дыхание в облачка пара. Небо затянуто темно-серыми облаками, которые с наступлением сумерек приобретают фиолетовый оттенок. В воздухе витает легкий запах дождя и сосен, а над озером проносится ветерок, заставляя голые ветви деревьев танцевать.
Я плотнее закутываюсь в куртку и делаю глубокий вдох. Под моими ботинками скрипят доски крыльца, когда я спешу вниз, а на земле скрип сменяется шелестом опавших листьев.
Это идеально. Идеальный мрачный осенний вечер. Достойное завершение сезона.
Я более чем готова к снегу. Уже много лет я не видела его, и еще больше — не наслаждалась им. Но, Боже, как я его обожаю! Наблюдать за танцем падающих снежинок или пытаться их поймать. За тем, как он заставляет весь мир замедлиться, укрывая все звуки ледяным покрывалом тишины.
Я не раз изучала долгосрочные прогнозы погоды для Уэйворд Холлоу. Честно говоря, я проверяла их еще до того, как подписала договор на покупку нового дома. Хотя каждый прогноз предсказывал что-то свои нюансы, было одно, пожалуй, самое важное, что их всех объединяло: этой зимой будет снег.
Если повезет, нас даже ждет белое Рождество. И я полагаю, что в последний раз, когда у меня было такое, мне было всего пять. Тогда я была на пике сахарного опьянения от горячего шоколада, а Санта все еще внимал моим детским желаниям.
Я выдыхаю облачко морозного воздуха в небо и с размаху пинаю кучу опавших листьев. Они взлетают, кружатся в воздухе, словно танцуя, прежде чем вновь осесть на землю.
Ах, как же я скучаю по тем временам, когда не терзали сомнения, достаточно ли я хорош. По временам, когда существовала безусловная любовь и никто не предъявлял никаких ожиданий.
То были золотые дни.
Я останавливаюсь, проходя мимо места, где всего несколько месяцев назад мы похоронили первую, хоть и недолгожившую кошку Ник. Раньше это было простое сооружение из двух тонких веток, кое-как связанных малярной лентой, чтобы отметить ее последнее пристанище. Теперь здесь стоит небольшой надгробный камень, темный, как ее шерсть, с выгравированным именем и изящным силуэтом кошки.
Я склоняюсь перед ним, и на моих губах появляется легкая улыбка. В памяти проносятся воспоминания о том дне.
Это была вторая встреча Ник с Генри и наша первая встреча с Калебом и Кираном. Уже тогда Генри смотрел на Ник так, словно она была для него всем миром.
Я помню вспыльчивость Кирана. Невозмутимое спокойствие Калеба.
Смею сказать, что мы пятеро составляем идеальную компанию друзей. И эта маленькая кошечка свела нас вместе.
Мы вместе выкопали ей могилу, оплакали ее уход, и хотя я никогда не видела ее живой, я чувствую, что она — важный член нашей компании. Если она и правда бродит по дому Ник, то уверена, что у нее довольно своенравный характер.
— Ты была очень желанной гостьей в Уэйворд Холлоу, — шепчу я, нежно поглаживая холодный и гладкий под пальцами надгробный камень.
Затем я снова встаю и проделываю последние шаги до дома Ника.
Сразу после переезда она дала мне ключ. У нее тоже есть мой, на случай, если я когда-нибудь захлопну дверь. Однако с тех пор, как она начала встречаться с Генри, они проводят довольно много времени вместе в ее доме. И есть вещи, с которыми я бы не хотела случайно столкнуться, врываясь без предупреждения.
Поэтому я вежливо нажимаю на звонок.
— Минутку! — слышу я ее крик изнутри, за которым следует шум, глухой стук, а затем череда ругательств.
— Все в порядке? — кричу я в ответ, но уже вижу ее силуэт через боковые стекла двери, еще до того, как она ее открывает.
— Жива я, жива, — уверяет она меня, явно взволнованная. Ее волосы цвета золотого блонда растрепаны, щеки покраснели, дыхание прерывистое. В руках она держит извивающуюся маленькую рыжую кошку.
— Давай, быстрее заходи. Тыковка весь день пыталась сбежать. — Я быстро проскальзываю внутрь и закрываю за собой дверь, улыбаясь.
— Она что, стала беглянкой? — Я наклоняюсь вперед и глажу ее маленькую головку кончиком пальца. На мгновение она замерла, закрыв глаза. Наверное, через пару секунд она уже забыла о своих планах побега.
— Она ведет себя так, как будто здесь плохо. — ворчит Ник, закатывая глаза. Маленькое существо в ее руках внезапно вспоминает о своей роли беглянки и громко выражает свое недовольство тем, что ее держат. — Да, да, перестань кричать.
Она опускает котенка на пол и сердито смотрит на меня, заметив мое удивленное выражение лица, когда я снимаю пальто.
— Ты не кормишь ее? Или просто мучаешь своим присутствием? — смеюсь я и вешаю пальто, а затем снимаю сапоги.
— Думаю, ей просто нравится создавать проблем, используя те крохи мозгов, что есть в ее крошечной головке, — шутит Ник и машет мне рукой, приглашая пойти с ней на кухню. — Хочешь кофе?
— Тебе вообще нужен ответ на этот вопрос? — Я поднимаю бровь, и она забавно качает головой.
— Сейчас будет.
Она включает кофемашину, а я устраиваюсь поудобнее на высоком стуле у кухонного острова. Обожаю ее кухню. Она оформлена в современном стиле коттедж-коре, с белыми шкафчиками и