Чиан не сводила с меня глаз. Я подняла голову и тоже взглянула на нее. Мне необходимо было выговориться.
– Спасибо, что выслушали.
– А вам спасибо, что доверились мне.
Она положила теплую руку мне на плечи. Когда-то она уже приобнимала меня вот так.
– Чем займетесь в будущем? – Чиан ослепительно улыбнулась.
Мне даже показалось, что больше всего она хотела задать именно этот вопрос. Я почувствовала еще большую уверенность и поддержку.
– Посещая встречи в Центре психологической помощи, я поняла, что у каждого человека свои травмы. Я часто плакала, надеясь, что никто больше не попадет в такую же страшную ситуацию, как я. Да и я тоже. Смогла бы я простить себя, если бы Кибом и правда совершил самоубийство? А что, если это случится с кем-нибудь еще? От одной только мысли мне становится плохо. Поэтому я решила действовать. Я пишу книгу, которая поможет не только таким, как я, но и людям, чьи близкие совершили суицид. Хочу сделать это для них.
– Я рада за вас. Можете рассчитывать на мою поддержку.
Чай уже давно остыл, но рукам все равно было тепло. Казалось, я обнажила перед ней душу. Думаю, ей хотелось, чтобы мне никогда больше не понадобилось обращаться в Центр. Она надеялась, что сделала все возможное, чтобы мне стало легче и я смогла жить дальше.
– Когда выйдет книга, отправите мне копию?
– Обязательно!
Она проводила меня до выхода. Я медленно спустилась по лестнице и вышла на улицу. Передо мной предстал зимний пейзаж. Асфальт с тонкой кромкой снега. Кое-где – темные следы прохожих. И только я подумала, что это могут быть и мои следы, как сразу пошел снег[9]. Пушистые хлопья медленно кружили в воздухе. А я просто стояла и смотрела, как снег снова заполняет темные пробелы на асфальте. И вскоре следы совсем исчезли.
Я ступила на чистую белую дорогу и оставила совершенно новые следы. А вокруг была абсолютная тишина.
Глава 3
Как две капли воды
– Таён, думаешь, может произойти чудо?
– А вдруг получится? Это ведь лучше, чем ничего.
Раздался звук шагов. Снег хрустел под чьими-то ногами. На часах было 17.40. Таён возвращалась из школы. Когда вы не рядом со своим ребенком, у вас непременно появятся навязчивые мысли: а вдруг что-то случилось? И только звуки этих шагов успокаивают. Но история не об этом. Набрав код на двери, Таён вошла в квартиру. Я собралась с силами и ласково посмотрела на нее, а затем мягко произнесла:
– Моя Таён пришла! Как в школе? Все хорошо?
Я старалась вести себя как любящая мать. Таён села на диван и спокойным, но абсолютно равнодушным голосом ответила:
– Нормально.
Даже не взглянув в мою сторону, она уткнулась в телефон. Мне хотелось поговорить с ней еще о чем-нибудь. Но смогла придумать только:
– Не хочешь перекусить?
– Я собиралась встретиться с друзьями.
– Во сколько?
– В семь.
– Так поздно? С кем идешь?
– Ну мам!
Я вздрогнула. Но не могла позволить себе повысить голос в ответ. Я ведь хорошая мама. С ребенком нельзя обращаться плохо. Нужно быть с ним нежной. Осторожной. Сначала успокоиться, потом продолжать диалог.
– Я же беспокоюсь и совсем не запрещаю тебе выходить на улицу.
– Просто погуляю с друзьями.
– Во сколько вернешься?
– Не раньше десяти.
– Так поздно…
На этих словах она бросила на меня неодобрительный взгляд, и я замерла. В доме было довольно холодно, у меня задрожали ноги. В тот вечер, когда Аён ушла, в доме было так же холодно. Мы бы сейчас были втроем, если бы ничего не случилось… Я просто хотела заботиться о своем единственном ребенке, не думая ни о чем. Как чуткая и любящая мать.
– Пожалуйста, звони мне каждый час и сообщай, где ты.
– Ладно.
– Договорились?
– Угу.
Взяв сумку с дивана, Таён направилась к себе в комнату. Звук закрывшейся двери напомнил мне стук моего ноющего сердца. Где-то внутри я не хотела отпускать ее. Мне хотелось полностью контролировать, где она, с кем, что делает. Ее безопасность была для меня важнее всего. Я прекрасно понимала, что захожу слишком далеко. Но я не могла вести себя иначе после того, как потеряла первого ребенка.
Прошло два года с тех пор, как ее нет с нами. Таён сейчас столько же, сколько было Аён, когда все случилось. С тех пор я живу в постоянном страхе. Боюсь, что жизнь Таён тоже закончится в семнадцать лет. Боюсь, что она примет такое же решение. Боюсь все потерять. Поэтому я хочу быть самой хорошей матерью на земле. Хотя бы для Таён. Даже если я поняла это слишком поздно. Но почему все дается через такие сложности? Я совсем не понимаю свою дочь, так же как когда-то не понимала и Аён. Я же не переживу, если с Таён что-то случится. Интересно, как она отреагирует, если однажды я перестану так беспокоиться и буду спокойной, хорошей матерью?
* * *
Тот телефонный звонок – просто совпадение?
Стояла ранняя весна. Таён только пошла в седьмой класс. Почти все свое время я посвящала именно ей. Я отвозила ее в школу, готовила обед и забирала с курсов. Почти не выходила из дома. Ведь там была Таён. В тот вечер зазвонил телефон. Таён собиралась на курсы. Номер был незнакомым, но, подумав, что дочери может понадобиться помощь, я тут же взяла трубку. Вдруг кто-то произнес имя, которое я совсем не ожидала услышать.
– Вы мама Ян Аён, верно?
«Мама Аён». Так меня никто не называл уже два года. Никто в моем окружении даже не произносил это имя. Сейчас я просто «мама Таён». А когда-то была матерью двоих детей…
– Да, а кто это?
– Это Центр психологического консультирования. С началом нового семестра уровень самоубийств возрастает, и мы проводим исследование по профилактике подросткового суицида. Возможно, это прозвучит грубо, но чтобы предотвратить возможные самоубийства, мы связываемся с семьями погибших, проводим психологическую экспертизу и собираем необходимые данные о произошедшем. Насколько мы знаем, Ян Аён скончалась два года назад…
– И вы позвонили мне, чтобы напомнить?
– А… нет. Конечно же, нет. Можете считать нас государственным учреждением, занимающимся разработкой планов по предотвращению самоубийств. Мы стараемся делать все, чтобы подобные случаи, как с Ян Аён, больше не повторялись. И мы были бы очень признательны, если бы вы нам помогли.
Сначала я