Я вложил билет на самолет в паспорт, достал телефон и набрал номер Чиан. Мне хотелось попрощаться с ней в мой последний день в Корее. Она ответила после третьего гудка. Неужели она снова считала до трех, прежде чем поднять трубку? Я улыбнулся, представив эту сцену.
– Сану! – раздался в трубке ее голос.
Тогда рано утром она позвала меня обратно в Центр, а я сказал, что мне нужно время. И вот спустя месяц я сообщил Чиан, что хочу отправиться в путешествие. Она тогда лишь взволнованно спросила, насколько и куда я собираюсь.
– Ты точно готов улететь? Было бы неплохо снова начать работать вместе, – сказала она тогда.
– Мне хочется попробовать что-то новое. Последнее время, ухаживая за мамой, я видел одни только больничные стены.
Она уговаривала меня вернуться, но я был непреклонен. Я хочу, чтобы каждый день был наполнен новыми эмоциями. Хочу, чтобы желание жить никогда не исчезало из моей головы. Я стремлюсь к этому. Она долго смотрела на меня и наконец сказала:
– Знай, что у тебя есть место, куда ты можешь вернуться.
И наконец сегодня начинается мое путешествие.
– Скоро мой рейс. Решил позвонить, потому что потом будет сложновато.
– Неужели и правда улетаешь? Я переживаю.
– Ты впервые потерпела поражение. А ведь всегда такая настойчивая и упрямая.
Я знал, что она сейчас улыбается. Какое-то время мы молчали. Нам столько всего хотелось сказать, но мы просто не могли подобрать слова. Она все-таки собралась первой:
– Как ты себя чувствуешь?
Ее слова прозвучали так, словно это и правда был наш самый последний разговор. На самом же деле, даже находясь за границей, я всегда смогу общаться с ней по интернету. Я лишь делал вид, что этот разговор был последним, чтобы набраться смелости и рассказать ей все, что у меня на душе.
– То время, когда я хотел умереть… Думаю, тогда мой мир и правда рухнул. Мне казалось, что легче будет просто покончить с жизнью. Это продолжалось до тех пор, пока ты не задала мне этот вопрос. Я не отрицаю, что моя жизнь разрушилась, но теперь я готов начать ее снова. Я смогу.
– Она рушится до сих пор?
– Зато я могу начать все сначала. А ты?
Она молчала.
– Просто попробуй. Не сдавайся, даже если не получится с первого раза. Задавай вопросы, находи на них ответы, просто живи.
– Я тебя поняла. – Ее голос был пустым.
Так было всегда. Чем больше ее расстраивала ситуация, тем более безэмоциональной она становилась. Через несколько дней после похорон я решил снова позвонить маме из той телефонной будки. Но уже подходя к ней, задумался, нужно ли мне это на самом деле. Интересно, часто ли туда ходит Чиан?
– Я позабочусь о себе. Постараюсь идти только вперед. И ты не отставай.
– Сану…
– Звони мне почаще. Ты ведь никогда не была за границей. Так что задавай вопросы, а я буду хвастаться. И уж постарайтесь поладить с Чихуном в мое отсутствие! Я же не смогу разряжать обстановку издалека.
– Так ты тоже впервые едешь за границу.
Я понимал, что она сейчас чувствует, но старался отвечать ей беззаботно. А она спокойно принимала мои слова. Я решил верить в нее, как и она в меня. Разрушив все, она обязательно сможет начать с чистого листа.
– Созвонимся.
Я повесил трубку и отправил сообщение Чихуну: «Позаботься о Чиан!!!!!» – усилив просьбу аж пятью восклицательными знаками. Я сел в самолет, пристегнул ремень безопасности и откинулся на спинку кресла. Билет был дешевым, поэтому ремень выглядел хрупким, кресло было жесткое, места для ног не хватало. Но все это никак не омрачало предвкушения от поездки.
Когда самолет набрал высоту, над облаками я увидел чистое небо.
Глава 6
В последний раз
– Почему она сделала это?
– Странный вопрос. Не знаю. Даже на похоронах меня мучили этим вопросом: «Почему она покончила с собой?» А грустно мне не оттого, что она совершила самоубийство, а что ее просто больше нет. Тебе ведь тоже… просто грустно.
Я осталась одна в Центре. Ни клиентов, ни Сану, ни Чихуна. Горела лишь флуоресцентная лампа, едва освещавшая мой стол. Часы показывали 11.30 вечера. Я, как обычно, выключила компьютер, затем монитор, и в воздухе повисла тишина. Уже было поздно, а я не знала, куда идти. Мысли разбегались в разные стороны.
«Я постараюсь идти вперед. И ты не отставай».
Слова Сану застряли в голове. Раньше я бы пошла в тот переулок, туда, где я ждала отца в детстве. Мне хотелось снова услышать его голос. Даже если он не скажет ничего нового и не спросит, как я. Было почти двенадцать. Я погасила свет и закрыла дверь, медленно обошла здание. По дороге в гору, ведущей к телефонной будке, мышцы сковывало, а сердце сжималось от осознания, что я не могу сбежать.
«Сану, наверное, уже в самолете. Сегодня… и правда последний день», – думала я.
Телефонная будка, в которую я раньше легко помещалась, стала тесной и душной. Пока я ждала «то самое время», успела прочитать все рекламные листовки, приклеенные на будку. Доставки. Грузоперевозки. Поиск персонала. Микрозаймы. Все они со временем выцвели и отклеились.
011-XXXX – XXXX
Я набрала до жути знакомый номер. Наверное, уже в тысячный раз. Это первый номер телефона, который я запомнила, и мне хотелось бы сохранить его в памяти еще надолго. Плавные гудки. Знакомый голос снова повторил слова, которые я знала наизусть.
«Пожалуйста, позволь мне увидеть выпускную церемонию Чиан. Быть рядом со своей единственной дочерью в этот вечер, нет, даже до следующего года. Не оставляй ее одну. Она ждет, когда я вернусь. Все бы отдал, чтобы выжить. Чиан, моя Чиан. Ты совсем не одинока. Чихун с тобой, и папа тоже. Даже если мы больше не поужинаем вместе, если тебе больше не придется ждать папу, знай, я всегда с тобой. Прости меня. Прости, что меня нет рядом, когда тебе это так нужно. Пообещай мне. Даже если я умру, мои дети будут счастливы».
Голос папы, который хотел жить. Когда я впервые услышала его, мне захотелось обратиться к Богу. Спросить, почему он не послушал моего отца. Ему ведь искренне хотелось жить. Его слова звучали