Наталья и Унур выгрузили приборы и подошли ко мне.
— Ну что, Михаил, начинаем? — спросила Наталья.
— Начинаем, — сказал я.
Из кольца вылетели все до одной детальки Болванчика. Они закружились огромным роем над нами, собираясь в разные геометрические фигуры.
— Лора, координаты?
— Готово, — сказала она и показала голограмму с картой. — Вход в пещеры вон там, метров двадцать под водой.
— Болванчик, погнали.
Детальки взмыли в воздух и, как стая металлических пчел, нырнули в воду. Игорь проводил их взглядом. Аркадий забулькал.
— Что они будут делать? — спросила Надя.
— Сканировать пещеры. Составлять карту, — пояснил я. — Их много, поэтому они могут работать быстро. И глазом моргнуть не успеешь, как они закончат.
— Понятно. Значит, ждем.
Я присел на камень и, чтобы занять время, достал телефон. Проверил сообщения и чат. Ничего важного.
В этот момент телефон завибрировал. Сука, как знал! И зачем я его вытащил?
Это была Маша.
— Алло?
— Миша, — сказала она, и ее голос звучал обеспокоенно. — Я только что говорила с отцом.
— Что случилось?
«Пожалуйста, только бы с ним все было в порядке…» — пронеслась в голове мысль. Не хватало мне очередной проблемы.
— Он сказал, что Петр Первый заставил его отправить какую-то посылку на самом быстром истребителе, который есть у рода Кутузовых. Да, у нас самый быстрый самолет во всей Империи.
Я насторожился.
— Посылку? Какую?
— Не знаю. Отец сказал, что это был ящик. Размером с человека. Больше ничего неизвестно.
Ящик размером с человека. На сверхзвуковом самолете. Вот это новость! И что это такое, раз такая срочность? Ну, если включить немного логики, то догадаться, кто в ящике, не так уж и сложно.
— Куда ее отправили?
— Тоже неизвестно. Отец только успел узнать, что посылка погружена и самолет уже в воздухе.
— Все понял, — я выдохнул. — Спасибо за информацию, дорогая.
— Миша, что бы это ни было, мне это не нравится.
Тут я был с ней согласен. Петр Первый просто так не будет отправлять Владимира в США. А куда же еще?
— Нас это пока не касается.
Маша фыркнула.
— Ага, конечно. Береги себя.
— И ты тоже. Целую, — улыбнулся и отключился.
— Ящик с человека ростом на сверхзвуковом самолете, — произнесла Лора. — Интересно, кого он отправил?
— Владимира, — тихо сказал я. — Неужели хочет уничтожить США?
— Думаешь?
— Уверен. Петр готовит что-то серьезное. И ему нужен сильный боец.
Я набрал номер Петра Петровича. Кому-кому, а ему нужно сообщить в первую очередь.
Гудки. Один. Два.
— Михаил, добрый день, — наконец ответил он.
— Добрый, Петр. У вас все готово к поездке в Китай? — спросил я.
— Да, на завтра все готово. Ты звонишь, чтобы что-то узнать?
— Не только. У меня есть информация, что Петр Первый что-то планирует.
— Как всегда. Поэтому мы всегда осторожны, — заверил меня Петр. — Не волнуйся. Не первый раз. К тому же, Китай, это дружеская территория.
— Хорошо. Завтра буду.
— Спасибо.
Я отключился и посмотрел на море.
Лора тем временем изучала данные, которые присылали детальки.
— Ого, — протянула она. — Смотри сюда.
Передо мной появилась голографическая карта подземных пещер. Огромная, разветвленная сеть туннелей, уходящих глубоко под остров.
— Это же… — я присвистнул. — Сколько там ответвлений?
— Больше тысячи, — Лора увеличила изображение. Оно стало похоже на паутину. — И это только то, что детальки успели отсканировать. Судя по всему, система пещер тянется под всем северным побережьем.
— Вот черт…
Я вывел карту для всех, и Наталья с Унуром подошли ближе, чтобы внимательнее рассмотреть изображение.
— Это невероятно, — выдохнула Наталья. — Я и не думала, что под островом такое.
— Некоторые туннели идут вниз, — добавил Унур, показывая на них пальцем. — Очень глубоко. Километра на два, а то и больше.
Я хотел что-то сказать, но зазвонил телефон. На этот раз это был Трофим.
— Да?
— Михаил, — голос управляющего звучал встревоженно. — К острову движется неизвестный дирижабль. Большой. Идет с запада.
Я закатил глаза. Ну вот, накаркал!
— Опознали?
— Нет. На запросы не отвечает. Но траектория идет прямо к нам.
Я тяжело вздохнул. Неужели опять драться? Блин, лучше бы мы нашли древнее зло.
— Понял. Еду.
— Опять гости? — спросила Лора.
— Ага, очередной дирижабль. И, конечно же, неизвестный.
Я повернулся к Наталье и Унуру. Расстраивать их очень не хотелось, но дирижабль волновал меня куда больше, чем экспедиция.
— Извините, придется прерваться, — сказал я и мысленно приказал: — Лора, отзывай детальки.
— Уже, — кивнула она.
— Да бли-и-и-и-н… — выдохнули Наталья и Унур.
Детальки Болванчика начали вылетать из воды и собираться в кучку. Я убрал их в кольцо.
— Аркадий, Игорь, спасибо за помощь. Мне нужно ехать.
Оба монстра довольно заурчали и скрылись подводой. От них остались одни булькающие пузыри.
Мы сели в машину и помчались обратно.
— Как думаешь, кто это? — спросила Надя, читая последние новости с планшета в поисках хоть какой-то подсказки.
— Понятия не имею, — сказал я и сжал руль. — Но судя по тому, как идет день, очень вряд ли кто-то приятный.
— Может, это твои поклонники с подарками? — хихикнула Лора. — Торт привезли. Огромный. С фейерверками.
— Если это торт, то я его точно есть не буду, — буркнул я. — Да и день рождения у меня не скоро. Скорее, новогодние подарки.
Машина неслась по заснеженной дороге, оставляя за собой облако снежной пыли.
Глава 5
Замерзшие и голодные Европейцы
Побережье Сахалина.
Через двадцать минут.
Когда мы приехали к берегу, там уже развернулся целый лагерь. Несколько сотен солдат заняли позиции вдоль береговой линии. Пушки были наведены в небо.
— Миша, я думала, мы едем на мирные переговоры, — недовольно проворчала Надя, выходя из машины.
— Мирные переговоры начинаются с того, что никто не стреляет, — пожал я плечами. — А закончиться могут чем угодно.
Трофим нашелся в центре лагеря. Они вместе с Толстым, Лермонтовым и Федором стояли на большом сугробе и с умным видом смотрели куда-то в небо.
— Михаил, — поздоровался Трофим. — Хорошо, что приехал.
— Что там с дирижаблем? — я решил перейти сразу к делу.
— Летит, но молчит как партизан, — хмыкнул Лермонтов. — Связи никакой.
Последнее время я заметил, что Михаил Юрьевич стал куда больше общаться с окружающими, что меня безусловно радовало. Как будто он стал больше доверять людям. Ну или ему надоело ходить с грустным лицом, притворяясь призраком.
Федор опустил голову и улыбнулся, глядя на меня. От такой улыбки у меня аж мурашки по коже пошли. Может стоит попросить какого-нибудь хорошего хирурга зашить его этот рот? Да и шрамы удрать… Технологии то имеются…
— А как там моя дочка