Тот лысый хрыч Вельцин многое рассказал. И точно не лгал. Это было слишком похоже на Ставра, только вместо врагов и соратников, монстров и диверсий на территории противника, он разбирался с учителями, каверзами этого самого Вельцина.
Ситуации разные, но методы те же — Ставр делал так, как считал верным. И по хрен ему было на поставленных начальников операции, если те пороху не нюхали и получили своё место через связи. Он мог прямым текстом послать хоть барона, хоть князя, даже, наверное, и самого императора, если тот будет нести чушь.
Спецотряд за такие проделки посылали в безнадёжные миссии, и Ставр с Макаром выводили бойцов победителями, чем ещё больше солили своим недоброжелателям.
Однажды один генерал хотел, чтобы Ставр показал ему представление, словно цирковой артист перед зрителями. И представление действительно получилось, правда, «звездой» оказался сам генерал, которому Ставр подкинул проклятый артефакт, найденный в одном из походов.
Скажем так, генерал вдруг начал извергать все стихии магии во все стороны, но бесконтрольно и беспорядочно, причём начал он это делать аккурат перед всем составом военной части. А когда Источник истощился, уткнулся в плац кверху задом, причём одежда, так сказать, была несколько испорчена.
Хохотал весь состав. Даже высшие офицеры, которые находились в подчинении у генерала, едва сдерживали насмешки. Но самым громким был Ставр. Он разразился издевательским показушным смехом, а затем подошёл к генералу и громко заявил, мол, превзойти это зрелище ему не суждено, так что выступление своё он вынужден отменить.
Ну и попутно забрал артефакт, чтобы скрыть следы.
Генерал однако понимал, откуда ему прилетело. И устроил всё так, чтобы Ставра в одиночку отправили в самоубийственную вылазку.
Весь спецотряд был готов поднять бунт, но Ставр лишь улыбнулся и отправился на дело. А затем вернулся победителем, и тот самый генерал был вынужден вручать ему награду.
Вот только Ставр не явился на награждение.
Орлов отлично помнил тот день. Они собрались в зале для собраний, все при параде. Торжественная обстановка, горны, куча солдат и офицеров. Генерал стоял на сцене смурной и раздражённый, но затем дверь открылась и все затихли.
Однако вместо Ставра внутрь забежал какой-то… курьер.
Офигели все. И присутствующие в зале, и курьер. Хотя бы просто потому, что объект был военный и никаких курьеров тут не могло быть.
Однако затем до всех дошла ещё одна вещь: места бойцов спецотряда пустовали. И вопрос в том, как этот вспотевший от шока парнишка оказался посреди военного объекта, закрылся сам собой.
Курьер оказался храбрецом. Заикаясь, он сообщил, что прибыл забрать посылку для графа Ставрова.
Забирать медаль, которую вручает целый генерал, через курьера!
Тот самый генерал чуть не начал опять плеваться всеми стихиями во все стороны.
Ставр не способен подстраиваться и следовать приказам, если он не видит в них собственного смысла. Только его сила позволяла ему вести себя так, как он хотел, и выводить из себя командование. Но его польза была намного выше, чем неудобства.
Ставр хоть и был графом, но никогда этим не пользовался. И не воспринимал ту иерархию, которая имелась в Империи. Для него было всё равно, кто перед ним — простолюдин или аристократ, обычный рядовой или высший офицер. Он будто жил в другом мире, и это слишком многим не нравилось.
Поэтому да, Григорий был уверен, что скоро получит сообщение и приступит к следующему шагу. Особый отдел министерства образования и самый «результативный» и придирчивый инспектор Градов просто не оставят шансов свободолюбивому и своенравному Ставру. Он просто не будет играть «по правилам».
Его вышвырнут из академии. Скорее всего, вышвырнут и непосредственных руководителей вплоть до директора, но это не заботы Григория. Ему нужно достичь своей цели, всё остальное неважно.
Григорий только отделил ножом новый кусок мяса, воткнул вилку и поднёс ко рту, как вдруг рядом встали двое тех аристократов, что трапезничали за соседним столиком.
— Господин… простите, не знаю вашего имени, — обратился к нему первый. — Прошу, ведите себя более сдержанно. Здесь приличное место.
— Или мы будем вынуждены настаивать, — добавил второй.
Орлов хищно усмехнулся и положил вилку. Наконец-то он сможет занять ожидание чем-то интересным.
━—━————༺༻————━—━
— Васи-и-илий Па-а-алыч! — вздохнула Лена. — Ну не беспокойтесь вы так. Всё будет хорошо.
— Да как вы!.. Ух, Елена Алексеевна! — зарычал директор, очень быстро шагая к учебному корпусу. — Это не просто инспектор Особого отдела. Это Марат Игоревич. И он… Очень хороший и честный человек!
Последнее было сказано особенно громко, потому что мы миновали охрану этого инспектора. А когда зашли внутрь, Палыч добавил, но уже почти шёпотом:
— И самый стервозный засранец во всём Особом отделе! По его милости столько должностей слетело со своих мест! Да он канцелярию по труду и занятости кадрами снабжает регулярно!
— Так может, надо работу лучше работать? — хмыкнул я. — Вдруг этот Марат за дело их вышвыривал?
Зная некоторых «учителей», не сомневаюсь, что у Особого отдела работы хоть отбавляй. Один Вельцин чего стоил, а тот ведь целым завучем был.
— Чем шутки шутить, лучше бы следовали своей привычке и поднялись в аудиторию через окно, Сергей Викторович! — ворчал Палыч, пока мы поднимались по лестнице.
— Зачем? — пожал я плечами.
— Чтобы угомонить ребят, конечно! — взвыл Палыч.
Он реально волновался. Таким нервным я его ещё не видел, и это был неподдельный нервяк. Его Источник тоже рвал и метал, дрожал и терзался. Ещё немного — и он начнёт швыряться аурой направо и налево.
Вот только он не в ту сторону волнуется.
— Василий Павлович, — я остановил его за плечо и повернул лицом к себе на середине последнего пролёта. — Послушайте-ка меня внимательно.
Директор замер и уставился на меня, затаив дыхание. И Источник его наконец-то застыл.
— Д-да, Сергей Викторович? — громко сглотнул он.
— Мне не нужно контролировать своих Шалопаев, потому что мои Шалопаи не набедокурят, понятно?
— П-понятно! — закивал он.
— Если этот инспектор нормальный человек, бояться за него не стоит, — я отпустил его и улыбнулся. — А если нет, тогда… — я усмехнулся, — тогда он сам виноват.
Лена поджала губы и принялась успокаивать Палыча, а я пошагал дальше.
Если уж я не слышу взрыва и вырванной из петель двери, значит всё нормально.
Собственно, так оно и было. И когда мы вошли в аудиторию, нас встретила нормальная суета. Петя боролся на пальцах с Арсением, Даня и Ярослав устроили очередное соревнование и наэлектризовывали друг другу шевелюру (хотя в чём цель и как определить победителя — мне не ведомо). Катя и Стефания занимались с Драго русским и учили его