— Нормально? — спросил Грезар, не притрагиваясь к еде. Как он удерживался, чтобы не съесть всё, было за гранью. Еда пахла божественно. Она манила, но Грезар был равнодушен. Он вообще умел хорошо сопротивляться, подумала я с горечью.
— Ради бога, съешь пирожок! Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко, пялясь так.
Его губы дрогнули в улыбке, глаза заискрились. Рада, что мой голод его забавляет.
— Тьмолис тебе не конкурент, да? — сказал он. С этой шуткой я поняла, что он вернулся к своему обычному «я», каким бы оно ни было. Если вчера его волновало, он быстро справился. Я бы швырнула в него пирожок, если бы он не был таким вкусным.
— Ешь, — велела я, игнорируя грусть, что росла внутри, грозя вытеснить нежный пирожок. Чёрт, мне это не нужно. Я страдала по Кириллу, не по Грезару. Какая разница, хотел ли он меня поцеловать? Если я так легко забываема, что мужчина справляется, не начав ничего. Я и не хотела, чтобы что-то было. Наши обстоятельства не изменились из-за того, что мы видели друг друга голыми.
Он осторожно взял пирожок с картошкой и посмотрел, будто он мог его съесть.
— Это не яд, знаешь, — буркнула я, злясь, что меня это волнует. — Пирожок.
Он бросил на меня уничтожающий взгляд и сунул пирожок в рот. Я не могла скрыть удовлетворения, когда его глаза закрылись от блаженства, когда от откусил кусочек — так должны реагировать на картошечку в любом виде… или на первый поцелуй. Чёрт. Соберись, девочка!
— Я же говорила, — сказала я, кусая теперь второй пирожок. Жареная прелесть теста и толченого картофеля поглощала меня. Грезар жевал свой пирожок, пока я проглотила свою порцию. Он наконец проглотил и облизнул масло с губ. Живот сжался, когда он смаковал вкус, и я представила его язык где-то ещё. Мысль возникла ниоткуда, как и другие, что грозили захватить меня. Надо сосредоточиться. На пироге с курицей!
— Попробуй. — Я протянула ему ломтик пирога и смотрела, как он ест мучительно медленно, смакуя каждый кусочек. Пришлось отвернуться, чтобы съесть свой. Наблюдать за ним было мучительно и раздражающе.
После еды он собрал обертки, коробки и пустые стаканы из-под сока. Я думала, он вызовет своей магией мусорное ведро и выкинет всё туда, но он просто заставил всё исчезнуть. Как бы я хотела так же избавляться от хлама в своей жизни.
— Оставайся здесь. Найду кого-то присмотреть за тобой, пока я работаю.
— Присмотреть? — возмутилась я. — Я что, ребёнок?
Он потер подбородок, но, как всегда, не удостоил ответом.
— Не долго. Не. Двигайся.
Я хотела огрызнуться, но он уже исчез в лесу.
— Думала, ты будешь моим нянькой? — буркнула я ворону, что слетел на моё колено за пирожком, которую я для него приберегла.
Он каркнул и выхватил кусочек пирожка из руки.
В отличие от хозяина, он без труда уплетал остатки еды.
Я посмотрела на двери. Впервые они так долго стояли неподвижно. Интересно, что с людскими снами, если они не двигаются. Так легко было подойти и заглянуть или шагнуть в красную дверь и увидеть что-то кроме тьмы. Если не проходить, вреда не будет. Я жаждала света и красок. Чего угодно, кроме вечной тьмы.
Искушение было, но я знала, что поддаваться нельзя. Увидев красоту мира, я захочу вернуться, а возвращение всё разрушит. Мама будет потеряна навсегда. Я столько раз подводила её. Теперь мой шанс исправиться.
— Привет снова.
Я обернулась от дверей и увидела Тиану, выходящую из леса с Грезаром. Лира летела над ними. Их красота вместе завораживала. По отдельности они были потрясающими, но вместе сияли.
Подавляя неоправданную ревность, я встала и поздоровалась с Тианой. Не её вина, что она божественно прекрасна… кроме мужчины рядом. И то, что они выглядели идеально вместе, не значит, что они пара.
— Похоже, ты моя нянька?
Она рассмеялась мелодичным голосом… как у Грезара. Что с этими нереально совершенными людьми? Неужели нельзя встретить кого-то некрасивого… чтобы чувствовать себя лучше?
— Я не нянька. Его Величество попросил посидеть с тобой, пока он работает.
— Как нянька, — возразила я.
Не знаю, почему я огрызалась. Мне нравилось думать, что я могу узнать её лучше. В ней было что-то, вызывающее доверие. Я давно не болтала с девушками.
— Тиана — лишняя пара глаз на случай появления тьмолис, — проворчал Грезар. — Если будет беда, а я в снах, она уведет тебя в безопасное место. Она бегает, как я.
Я хотела заметить, что бег не спас нас в прошлый раз, но это было бесполезно. Тогда я спасла нас. Смогу снова… наверное.
— Моё платье тебе идет, — сказала Тиана, когда Грезар пошел к дверям.
Я забыла, что платье от неё. Снова укол ревности. Почему она всегда рядом?
— Спасибо, что одолжила. Я была почти голой, пока Грезар не принес его.
Она не хихикала, но её лицо смягчилось в улыбке.
— Интересно, что Его Величество об этом подумал?
— Ничего особенного, — ответила я, стараясь не звучать разочарованно.
— Хмм. Интересно.
Интересно? Я смутно думала о личной жизни Грезара, но, похоже, у него её не было. Неудивительно, что он такой напряженный.
— Почему ты так говоришь?
Она покачала головой, щеки порозовели, как небо утром, хотя оно вернулось к синеве.
— Давай… Что ты знаешь? Он странный извращенец? Трижды женат? У него гарем? Не говори, что ему не нравятся женщины.
Я отказывалась верить. Несмотря на его равнодушие к моему телу, вчера, когда он обнял меня, я что-то почувствовала. Может, я слишком много надумала.
— Ничего такого.
— Тогда что? — нетерпеливо спросила я.
— Буквально ничего. Помни, я едва его знаю. За последнюю я неделю видела его чаще, чем за месяцы, годы, если считать разговоры. Он король Двора Снов. Я всего лишь жительница деревни.
Я обдумала это. Похоже, она говорила правду, но слишком уж удобно она всегда оказывалась рядом.
— Если ты его не знаешь, почему он выбрал тебя в няньки? Почему взял твое платье? В деревне есть другие женщины?
Она рассмеялась.
— Конечно, есть. Когда мы встретились впервые, он ясно дал понять, что твое появление