— Благодарю, но я отправляюсь к Уральским горам. Там прииски…
Я осёкся, потому что Баталов так побледнел, что казалось, его приступ хватил.
— Вы откуда знаете? — еле слышно спросил глава конторы.
— Что? — я уже собрался подскочить, чтобы откачивать его.
— Про Уральские горы. Ваша светлость, не играйте со мной в эти игры, прошу вас.
— Да объясните вы по-человечески, — с досадой поморщился я. — Что я должен знать? Поверьте, последнее что мне нужно — это изводить вас. Да даже не последнее, мне вообще это нужно. Что случилось, Роман Степанович?
— Вы меня пугаете, — после недолгого молчания признался менталист.
— Отлично. То есть нет… Да чёрт побери, что не так с этими горами?
— Вы знаете, как именно вы стали заведующим кафедрой артефакторики, Александр Лукич?
Кто тут ещё кого больше мог удивить. Такого поворота я не ожидал.
И по мере рассказа удивлялся всё больше. И понимал, с чего так был ошарашен Баталов. В такие совпадения верилось с трудом.
Князь Левандовский не просто уехал к дальней родне, он пропал. Именно там, куда я собирался отправиться, то есть в районе изумрудных приисков Урала. История вообще какая-то мутная, подробностей особо не было, а донесения противоречили друг другу. Непонятно было, зачем Левандовскому было отправляться в горы. И непонятно, действительно он туда отправился или исчез в городке Мариинск, где находились обрабатывающие предприятия. Как и то, а приезжал ли в тот городок вообще.
— Места там своеобразные. Своих людей у меня там нет, таких, чтобы полностью доверять. Они там сами разбираются, по своим обычаям, так сказать. Но пропажа князя — всё же событие не из рядовых. Пока огласке не придавали, пытаемся разобраться. Говорят, любовный интерес там был какой-то.
— И что же вас тогда так… — я не стал говорить про страх. — Смутило?
— Нехорошее предчувствие. Но вы же всё равно туда поедете?
— Поеду, — усмехнулся я. — И было бы неплохо иметь больше информации.
— Я вам передам всё, что есть, — сдался Баталов. — И знаете, раз уж так сошлось, то я рад, что именно вы этим займётесь. Вы же займётесь?
Ну как отказать хорошему человеку? Как бы я ни относился к Левандовскому, но почему бы заодно не отыскать и князя? Пусть уж возвращается домой, к сыну. И к кафедре, что тоже немаловажно. Патриарх скоро будет занят женитьбой, а мне эти бюрократические забавы точно ни к чему. Преподавание — это другое.
— Займусь.
— Бюджет выделим! — воодушевился глава конторы. — Людей на месте тоже подключу, с вами отправлю…
— У меня своя команда, Роман Степанович, — мягко остановил я его.
— Александр Лукич…
— Роман Степанович…
— Ну хорошо, — глаза его загорелись, погасли и опять сверкнули: — Но ведь вам пригодится в команде дуалист?
— У меня уже есть дуалист, — улыбнулся я.
Казаринов прекрасный специалист, бесспорно. Тем не менее привлекать Михаила я не хотел несмотря на всё, что он сделал для меня. Но клятву верности он приносил своей службе. И Баталову. В отличие от Тимофея. Да, придётся парня отвлечь от учёбы, но рыжий точно не простит, если я уеду без него. Да и положиться на теневика я мог без сомнений.
Дуалист с теневым драконом, огненный элементаль, ассасин и универсал. Куда уж серьёзнее команда может быть? И все свои, что важно.
— Понял вас, — Баталов даже не скрывал разочарования. — Хорошо, что там хотя бы нет князей…
Юмор — это уже очень хороший знак. Раз уж шутит Роман Степанович, значит всё решено и никто мне не станет мешать.
— Но вы позволите обеспечить вас должной экипировкой?
— Буду весьма признателен, — поклонился я.
Ну кто же в здравом уме станет отказываться от игрушек из императорской сокровищницы и запасов тайной канцелярии? Тем более что свои запасы я знатно исчерпал. Батиста я обрадую, но и прочие источники пригодятся.
Менталист так был ошарашен, что позабыл расспросить как о произошедшем в ту ночь, так и о моих защитниках. Так и ушёл, покачивая головой. Даже корзинку с пирожками от Прохора принял без возражений.
А я занялся сборами.
Благо план поездки у меня уже был подготовлен. Хорошо заранее обдумывать любые исходы. Но сделать было нужно много. Поэтому заняло это несколько дней. Я связался с мастером Овражским, заручился поддержкой его родни, чтобы на месте меня встретили путь и шапочно, но знакомые. Забронировал все переезды, перелёты и прочие перемещения. Посетил хранилище, где долго выторговывал себе секретные устройства и другие «несуществующие» вещи, которые «вообще нельзя трогать». Собрал такой комплект накопителей, что способен был устоять против самого большого воинства в мире. Поговорил с ректором, договорился о замене, утвердил план занятий с патриархом, раздал тысячу распоряжений…
И ещё уйма мелких дел, что пришлось уладить. Но чертовски приятных, которые лишь усиливали предвкушение.
Среди всех этих хлопот, как гром с ясного неба, объявился мастер-ювелир. Владимир Иванович поставил меня перед фактом, что отправляется со мной. Прибыл он, причём сразу с пухлым рюкзаком. И дух шамана, конечно же, был рядом.
— Эту экспедицию я ни за что не пропущу! — категорически заявил Хлебников. — Не отговаривайте, ваша светлость, я всё равно поеду с вами.
— Без меня вы не отыщете необходимое, — поддержал призрак.
Вот этот аргумент был гораздо весомее. То, что Таринду ощущал все сокровища земли, а особенно имеющие большой магический потенциал, меня и убедило. Получив от меня клятву, что без них не уеду, они оба обрадованно вернулись домой, собираться более основательно.
Помимо этого в попутчики напрашивалось столько народу, что не скромная поездка, а целый военный поход получился бы. Даже адмирал Волков, как-то прознав о моём отъезде, умолял взять его с собой. Пришлось напомнить о его скорой свадьбе и намекнуть, что милейшая заведующая кафедрой истории за это время может найти другого жениха…
* * *
В ночь перед отъездом меня что-то разбудило. Будто зов, пришедший издалека. Едва слышный, но такой притягательный, что поднял меня с кровати. Я вышел в сад, вдохнул холодный воздух и прогулялся до пруда. Было так тихо, что зазвенело в ушах.
На поверхности тёмной воды дрожали звёзды.
Я вдруг открыл главное правило: правил нет. Я так старался вычислить систему, систематизировать всё и увидеть чёткую структуру. А всё мне говорило об обратном. Я помогал другим, я отдавал силу, я забирал её, я спасал себя, я забирал жизнь. Правил не было.
При мне не было нужного изумруда. И не было девятнадцатого камня, вообще мне неизвестного.
Но я сделал шаг вперёд.
И оказался среди пустоты. Так просто и легко, словно делал это тысячи раз.