Ближе к вечеру, когда я собирался спать, телефон зазвонил ещё раз.
– Ну всё, – не удержался я и резко встал из-за обеденного стола. – Сейчас я им скажу пару ласковых…
– Всеволод Сергеевич, не тревожьтесь так сильно! – взмолился Степан.
– Степан прав, это очень вредно для здоровья, – отметила Елизавета.
– Пусть Шатунов и его люди лучше о своём здоровье подумают, – прошептал себе под нос я и поднял трубку. – Даю вам последний шанс. Если услышу хотя бы ещё один звонок, выкачу к вам. И не в мирных целях, господа, уж поверьте!
– Всеволод Сергеевич, вы чего это? – из трубки послышался незнакомый голос. – Обознались?
Опа. А это ещё кто?
– С кем я говорю? – строго спросил я.
– Мы с вами уже знакомы. Заочно, разумеется, – ответил незнакомец. – Мой имя – Антон Алексеевич Ладыгин. У меня для вас есть предложение.
– О-о-о… – протянул я. – Владелец “Зелёного горизонта”? Какая радость. А я давно хотел с вами поговорить. Вот только предложения ваши выслушивать даже не собираюсь.
– Не спешите с выводами, господин Дубровский. Я хочу закрыть ваш долг перед налоговой, – заявил он. – Ну что? Всё ещё не хотите меня выслушать?
Глава 16
Закрыть долг перед налоговой? Красивое предложение. Слишком красивое для человека, чьи лесорубы повадились незаконно рубить мой лес.
Однако только дурак отказывается слушать, когда ему предлагают деньги. Слушать – не значит соглашаться.
– Говорите, – коротко бросил я.
– Вот это другое дело, – в голосе Ладыгина послышалось облегчение. – Всеволод Сергеевич, я буду с вами честен. Моя компания переживает не лучшие времена. Можно даже сказать – худшие за всю свою историю.
– Мне казалось, что «Зелёный горизонт» процветает, – заметил я. – Ваши лесорубы ведут себя так, будто за ними стоит целая торговая империя.
– Бравада, – вздохнул Ладыгин. – Не более того. Я вам скажу прямо, барон, потому что юлить мне сейчас не с руки. Моя компания стоит на краю. Долги, кредиторы, просроченные контракты. Ещё полгода назад всё было иначе.
Интересное откровение. Однако верить я пока не спешил.
– Ваш отец, Сергей Николаевич, был моим основным поставщиком, – продолжил Ладыгин. – Мы работали вместе восемь лет. Он продавал мне древесину с ваших земель, а я реализовывал её через свои каналы. Когда он… когда его не стало, поставки прекратились. А обязательства перед покупателями – нет.
– И вы решили, что можете просто приходить на мои земли и рубить без спроса, – закончил за него я.
– Не оправдываю своих людей, – быстро ответил Ладыгин. – Признаю, они действовали неправильно. Но поймите моё положение. У меня контракты, которые я не могу выполнить. Штрафы за срыв поставок. Если я не предприму что-либо, компания просто разорится.
Понятно, он решил надавить на жалость. И к тому же свалить всю вину на своих работников.
Это мне особенно не понравилось. Ведь я, как бывший руководитель большой компании, знал, что ответственность всегда несёт руководитель.
Уже и не сосчитать, сколько раз я выгораживал своих работников, когда возникали конфликты не по их вине. Бывало, что они и правда были виноваты. Но тогда каждый получал штраф, если не увольнение, и я всё равно шёл разбираться с проблемами.
– Суть вот в чём, Всеволод Сергеевич, – продолжил Ладыгин, не дождавшись моего ответа. А я не собирался подтверждать его невиновность и поддаваться манипуляциям. – Мне нужна древесина с ваших земель. Но я понимаю, что после всего, что произошло, вы мне и щепки не продадите. Поэтому у меня другое предложение.
– Слушаю.
Пока я говорил коротко и по делу. Не было причин перед ним распыляться, пока я не до конца понял все вводные.
– Ваш лес – особенный. Я знаю это не хуже вас. Деревья с магическим началом дают древесину, которая стоит в десятки раз дороже обычной. Но дело не только в древесине. Смола, кора, корни, травы – всё это имеет ценность. Огромную ценность. Так вот, я не прошу вас рубить деревья. Уже знаю, что на это вы, как друид, не пойдёте. Я прошу вас продавать мне то, что можно собрать без вреда для леса. Мы с вами можем помочь друг другу.
– А долг перед налоговой? – напомнил я.
– Аванс будет как знак серьёзности моих намерений, – ответил Ладыгин. – Я закрываю ваш долг, а вы обеспечиваете мне поставки на оговорённую сумму. Конкретные объёмы и цены обсудим при встрече.
Щедрое предложение. Особенно учитывая то, что речь идёт уже не о вырубке – Ладыгин понял мою категоричность в этом вопросе. Без вреда для леса об этом можно и подумать.
Однако принимать решение прямо сейчас, стоя у телефона, я не собирался. Мне нужно время, чтобы подумать. И чтобы собрать больше информации.
– Антон Алексеевич, по телефону такие вопросы не решаются, – ответил я. – Нужна личная встреча, где мы конкретно обсудим все цифры.
– Разумеется, – тут же согласился Ладыгин. – Скажите, когда и где.
– В Волгине через три дня. В чайной “Бодрость духа”.
– Договорились. Но, Всеволод Сергеевич… Не затягивайте с решением. У меня мало времени. И если мы не договоримся через три дня, я буду искать другого поставщика.
Блефует. Хочет показать, что предложение выгодно в первую очередь мне. Что из-за старых связей он из снисходительности предлагает мне эту сделку.
Но на самом деле всё обстоит с точностью до наоборот. Когда Ладыгин говорил о трудностях компании, я уловил отчаяние в его голосе. Уже сотни раз слышал такое на переговорах в прошлой жизни. И понимал, что с такими людьми опасно иметь дело. Они готовы на всё, чтобы выбраться со дна.
Так что это я нужен был Ладыгину, а не наоборот. И эту позицию пришлось прямо обозначить.
– Это уже ваши трудности, Антон Алексеевич, – ответил я и повесил трубку.
Может, грубовато. Но пускай привыкает: я не тот Дубровский, с которым он привык иметь дело. Не тот человек, который готов бежать и соглашаться при первой же возможности заработать.
– Кто звонил? – спросила Елизавета из-за стола. Любопытства ей было не занимать.
– Владелец компании, которая вырубала наш лес. Теперь хочет стать торговым партнёром.
– И ты ему веришь? Кажется, такое предложение звучит крайне подозрительно. У меня снова нехорошее предчувствие.
– Не верю. Но выслушать – не значит согласиться. Через три дня поеду в Волгин, там и поговорим лично.
Лиза хотела что-то сказать, но лишь покачала головой и вернулась к чаю. Видимо, уже смирилась с тем, что телефон в нашем доме будет источником неприятностей.
Я ушёл к себе. Сел за стол, достал блокнот и принялся раскладывать ситуацию.
Предложение Ладыгина заключается в том,