– Так и так, – говорят. – Свет не мил без тебя, красавица наша.
А красавица в ответ:
– Я никак не могу выбрать, кто из вас моему сердцу милее. Но скоро сделаю это! Разберусь в себе, с психоаналитиком посоветуюсь и решу.
Надо отдать красавице должное, слово свое она сдержала.
Собрала всех в роскошном дворце своего батюшки-царя и перед самыми танцами торжественно объявила:
– Я выбрала всех!
Богатыри, мягко говоря, озадачились подобным ответом. А Царь (совершенно случайно монарх проходил мимо зала, заглянул в него и услышал слова любимого детища) затопал ногами:
– Ты что, – говорит, – дочь моя любимая, белены объелась? За всех сразу замуж не отдам, не выдумывай! Где это видано, чтобы у почтенного отца было тридцать три зятя?! Как царство делить? Тебе в приданое полцарства положено, что ж теперь, его на тридцать три части делить прикажешь? Нас же все соседи засмеют!
– Не волнуйся, любезный государь-батюшка, – отвечает дочь-красавица. – Я вот прямо сейчас замуж не собираюсь. Один мудрец из Лукоморья (ты его знаешь, усатый такой и с хвостом) подсказал, что ежели любишь многих, то не любишь никого. Мне определиться надо. В себе разобраться.
Царь капли от сердца из рукава вытащил, накапал из горлышка прямо на язык и сам за диджейский пульт встал:
– Вот и правильно! – молвит. – Вот и умница! Некуда торопиться. Так и государство целее будет. Танцуют все!
Богатыри как на мраморный пол в начале вечера уселись, так до конца «Туц-туц-туц» и не шелохнулись, как ни крутил Царь золотые патефоны!
Вернулись витязи в море совсем грустные. Демотивированные, так сказать. Один богатырь нечаянно ручищей задел Золотую Рыбку, она хотела рассердиться или обидеться. Но не успела.
– Ты уж не серчай, Рыбонька, – попросил богатырь нервно. – Мы просто смысл жизни потеряли. О, а давай ты наше желание исполнишь? Поможешь найти этот смысл. Может, супостатов каких наколдуешь? Да посильнее. Или жен нам тридцать три штуки. По одной каждому, чтобы никому обидно не было.
Рыбка посмотрела по сторонам и прошептала молодцу на ухо:
– Ты только никому не говори, но я больше не исполняю ничьих желаний, кроме своих.
– Тогда захоти, чтобы у нас враги появились или невесты. Или и то и другое сразу.
Рыбка развела плавниками:
– Я бы и рада, но не хочу. Зато знаю, кто вам поможет! Идите к Ученому! Он мне жизнь улучшил – и вам сможет.
Так что не успели богатыри войти в море, как опять на берег вышли. Всем строем. И бодрым маршем двинулись к Дубу.
Кот увидел решительно шагающих богатырей и подскочил на цепи:
– Что-то вы не по расписанию. Не к добру это.
Тридцать три молодца уселись возле Дуба и замолчали.
– Да что случилось-то? – не выдержал Ученый. – Или говорите, или уходите! Мне от такой строевой тишины страшно.
Богатыри еще немного помолчали, подумали, а потом один всё-таки не выдержал и признался:
– Скучно нам, Котик. Не знаем, чем себя занять. Пытались влюбиться, так и то чуть не поссорились. Не знаем, куда силушку богатырскую девать, к чему руки приложить. Может, ты чем поможешь? А мы в долгу не останемся.
Кот понял: богатырям нужно сплотить коллектив. А ничто не объединяет так, как общее дело! Показательный пример – сбор особо крупной репки.
– Ваша проблема легко разрешается, – заявил Кот. – Просто сделайте что-то все вместе, чтобы каждый из тридцати трех был в деле. Только представьте, как это трудно! Зато поможет.
Богатыри всю ночь спорили, что же такое можно сделать вместе.
– Давайте на берег выйдем! – предложил один.
– Мы это и так каждый день делаем! – махнул рукой второй.
– А мы незаметно. На цыпочках.
– Так нас уже и так не замечают.
Спорили они, спорили, ничего придумать не могли.
На шум приплыла Русалка и предложила незаметно в шестьдесят шесть рук украсть Кощеева зайца.
Богатыри тут же, как по команде, бросились на берег.
Одна только Русалка недоумевала:
– Я же пошутила. Куда они так быстро?
– Богатыри шуток не понимают, – ответил Кот. – Хочешь поговорить об этом?
* * *
У богатырей была готова целая схема, как украсть хранителя Кощеевой смерти. Прослышали они, что в последнее время Кощей его на свободный выгул выпускать стал. Видать, совсем бессмертным себя возомнил. Но ходила и другая молва, будто он это из жалости к зайцу делает. Тот прыгает, радуется, а Кощей бдит.
– Сперва вы четверо перебираетесь через высокий забор. Уже сломанный кем-то, – вел вперед своих товарищей самый крупный богатырь.
– А кем сломанный? – переглянулись двое витязей. У них затеплилась робкая надежда, что где-то в окрестностях скрывается если не злоумышленник, то хотя бы хулиган.
– Вот вами двумя и сломанный, – отрезал самоизбранный лидер. – Вы идете вперед и предварительно демонтируете забор.
– Зачем?
– Потому что таков план! Вы пятеро подбегаете к забору и становитесь в пирамиду, чтобы вон те четверо смогли по вам перелезть на территорию условного противника и взять штурмом амбар. Тем временем трое с краю под видом егерей незаметно валят три березы и разводят костер. Для пущей убедительности трое с другого краю…
– С краю чего? – вопрошающий витязь уже окончательно потерял нить разговора и только восхищенно внимал.
– С краю строя. Вот вы – трое. Под видом девиц красных начинаете водить хоровод вокруг конспиративного костра. Вот такой у нас отвлекающий маневр. Все остальные остаются здесь и мастерят лестницы на случай, если амбара у условного противника нет. Затем посредством наскоро сколоченных, а равно взятых у Кощея в амбаре лестниц, помогают товарищам, скрытно убегающим с территории теперь уже безусловного противника, покинуть место подвига.
– А ты что будешь делать? – почесал подшлемник самый низенький витязь.
Да-да, это Александру Сергеевичу издали богатыри показались одинаковыми, на деле были среди них и кто полнее, и кто выше, и кто всех смекалистей. Последнее, конечно, по богатырским меркам.
– Ясно что! Пройду через дырку в заборе и заберу мирно пасущегося на лужайке ничего не подозревающего зайца.
– Зайцы и подозревать умеют?
– Может, и умеют. В нашем деле надо быть готовыми ко всему.
Витязи понемногу начинали осознавать весь абсурд готовящейся операции, но на всякий случай уточнили:
– А зачем тогда лестница, если есть дырка?
– Потому что иначе