— Не знал этого, — признал я. — Про то, что семена так долго формируются…
— Теперь знаешь. И нет, Элиас, это не семена долго созревают — это у нас просто слишком мало времени, вот и всё.
Я кивнул, соглашаясь.
— Сейчас я передам тебе немного живы, — сказал я Грэму и положил руку ему на плечо.
— А?
— Сегодня я пополнил запас, и у меня есть чем поделиться.
После этого я сосредоточился и направил живу в тело Грэма. Передача энергии шла легче, чем раньше — похоже практика работы с Даром давала результаты. Грэм чуть вздрогнул, когда жива потекла в его тело. В этот раз я дал больше, чем в предыдущие — все-таки сегодня пусть через боль, но я пополнил половину запаса духовного корня и мне было чем делиться.
— Хватит, — сказал он через минуту. — Не трать всё.
— У меня есть еще, — возразил я.
— И пусть остается. — отстранил мою руку Грэм.
Я не стал спорить. Всего я ему отдал почти восемь единиц живы. Надеюсь, это немного облегчит его состояние.
— А теперь выжимка, — напомнил я старику.
— Ладно, — поднялся со ступенек Грэм, — Выжимка так выжимка.
Грибы, которые дала Морна, еще были в неплохом состоянии. Впрочем, мои грибницы были уже засажены. Осталось создать еще несколько и рассадить из того, что останется от грибов, которые дала Морна. Мне нужно «размножить» их как можно скорее, чтобы было много сырья для экспериментов. Сейчас грибов банально мало. В этот раз я действовал как и в предыдущий: отделил ядовитую часть спорника, а после влил в нее выжимку пеплогриба, которую она быстро пожрала.
— Да уж, — понюхал грибную смесь Грэм, и опрокинул в себя всё это. Затем он почти сразу уселся перед очагом. Я быстро сходил за дровами, развел огонь и подождал пока Грэм не «схаркнет» всё это в огонь. Далее я убедился, что он выпил восстанавливающий отвар, и только после этого занялся остальными делами, на которые был еще способен сегодня.
Выйдя наружу, пошел к грибницам проверить как они. Было уже темновато, так что прихватил улитку-живосвет, на что она отозвалась возмущенным помигиванием.
— Извини, побудешь светильником. — хмыкнул я.
Сначала проверил пеплогриб. Куски мёртвого дерева, на которых я высадил споры, уже покрылись белёсым налётом — грибница разрасталась. Завтра нужно добыть дюжину таких же кусков древа и, похоже, придется расширить грибницу еще — изначально я ее сделал небольшую. Со второй грибницей, где росли спорники, всё было тоже неплохо. Я пошел в дом за тем восстанавливающим отваром, который слил после варки в кувшинчик, после вернулся к грибницам и полил что одну, что вторую.
— Растите, грибочки!
Закончив с грибницами, я вернулся в дом и достал кувшин с едким соком, который уже начал густеть. Ещё немного — и он станет бесполезным для моих целей. Так что надо было спешить.
Боль от закалки никуда не делась: внутренняя сторона бедер горела так, словно я сидел на раскаленных углях, а грудь ныла при каждом вдохе.
Я старался каждую мысль направлять прочь от боли и думать о том, что буду делать сегодня, завтра, послезавтра… Хорошо хоть скоро я занял руки делом: у меня оставались два семени лунной слезы, которые нужно было прорастить.
Я достал два оставшихся кусочка янтаря, в которых застыли маленькие, почти прозрачные семечки. Одно уже проросло, теперь пришла очередь этих двоих.
— Что ж, начнем.
Работать приходилось осторожно. Я капал едкий сок на янтарь, ждал, пока он размягчится и снимал слой за слоем…
Монотонный, но успокаивающий процесс.
Из-за того, что действовал максимально осторожно, прошло почти полтора часа пока я не достал два небольших семени. Наконец, они лежали передо мной чистые и освобождённые от янтарной тюрьмы. Теперь пришло время посадки.
У меня даже возникла идея: я быстро нашел два треснутых кувшина (которые стали своеобразными кадочками), и засыпал их землей, которую набрал за пределами нашего сада, после этого вернулся и достал кадочку с посаженным туда горьким корневищем. Я помнил из описания, что оно (корневище) улучшало почву вокруг себя, поэтому вынул его и пересадил в треснутый кувшин, а в эту «улучшенную» землю посадил семя лунной слезы. Пробудить его было легко — это то, первое, было «мертвым», а с этими двумя всё было хорошо и они сразу откликнулись на прикосновение моего Дара. Второе семя я посадил в обычную землю — как раз и посмотрю на разницу в их росте и будет ли она.
Горькое корневище могло стать ключом к более эффективному выращиванию всех моих растений (если на практике покажет это). Действия будут простые: посадить корневище, дать ему улучшить почву, пересадить в эту почву что-то ценное, перенести корневище на новое место и повторить. В идеале, конечно, лучше раздобыть еще таких корневищ, или размножить их самому.
Потом пришла очередь сумеречного вьюнка. Вот это растение по-настоящему меня обрадовало накоплением лунной живы.
Итак, где посадить его? Раз это вьюнок, то скорее всего он очень быстро разрастается и захватит много территории, поэтому нужно посадить его подальше от живой изгороди и от моего ловца, чтобы они не мешали друг другу расти. Быстро посадил, полил, прикоснулся Даром, дал живы и проследил, чтобы она «усвоилась».
Закончив с посадками, я потянулся по связи к корнечервю. Маленькое существо копошилось где-то под землёй, исследуя землю.
И тут меня осенило!
Раньше я искал семена вручную: ползал по саду и копался в земле, надеясь наткнуться на что-то полезное. И действительно наткнулся, но это были «поверхностные» поиски. Но ведь многие семена залегают глубже. Те, что упали давно и те, что так и не проклюнулись, и остались мертвыми — все они мне были нужны. С моим новым навыком «пробуждения» я могу их заставить расти! И теперь у меня есть помощник, который поможет их найти.
Я сосредоточился на связи между нами и передал ему мысленный образ: искать любые семена, — целые, полуживые и даже почерневшие, — находить и выносить на поверхность. Сложно было описать, но оно явно обрадовалось заданию. Наконец-то у него появилась цель, настоящее дело.
Я улыбнулся и вернулся в дом. Боль от