Я поднялся.
— Всё, пошли.
Я быстро отдал душильнику несколько команд.
РАСТИ. МЕДЛЕННО. ПОГЛОЩАЙ.
[Уровень взаимодействия: +2%]
А потом приостановился и приказал ему переместиться чуть глубже в заросли. Судя по всему ему не проблема доковылять туда. Пусть растёт там.
Душильник послушно начал выкапывать себя из земли: медленно, неуклюже, но эффективно.
А мы с Грэмом двинулись дальше.
Знакомые участки Кромки остались позади через час-полтора. Дальше мы двинулись вглубь, в сторону от поворота к Морне. Лес менялся.
Сначала мне казалось, что я знаю эти места, что мы тут проходили, но вскоре я убедился, что это только иллюзия — просто похожие деревья или кустарники, не более. Появились овраги, которые обычно в Кромке я не наблюдал и даже небольшие рвы. Вначале я старался запоминать именно по ним наш путь, но потом понял, что их слишком много, и легко запутаться. Пришлось искать другие ориентиры, благо, Грэм указывал на подобные. Дом Морны я бы уже легко нашел и без ориентиров, но тут…тут надо не заплутать, потому что возможно мне придется сюда ходить и без Грэма.
Где-то через час такого пути по небольшим завалам и обходя овраги, воздух вокруг нас начал тяжелеть, становиться плотным, наполняясь влагой и странными запахами — гниющей листвы, болотной тины, чего-то кислого и неприятного. Снова менялись места и минут через десять закончились овраги, стали более редкими деревья и всё чаще попадались кустарники и крупные булыжники, разбросанные то тут, то там. На некоторых отдельных местах было много поваленных и сгнивших деревьев, чем они напоминали места, где я нашел схрон смолячка.
В таких местах в Кромке я точно не был еще ни разу — такое бы я запомнил. Не был в них и Элиас: его память, как ни пытался я ее напрягать, молчала, так что сюда он точно не ходил. Как, впрочем, и другие сборщики: чем больше мы приближались к месту, где должны обитать гнилодарцы, тем меньше было хоженых троп.
Почва под ногами стала мягче, а местами она была откровенно топкой. Появились как совершенно незнакомые растения, так и те, которые я знал и не прочь бы прихватить к себе в коллекцию. Хотел было сорвать, но меня остановил голос Грэма.
— Не до этого, Элиас! Потом сорвешь, сейчас будь осторожен, ни к чему лишний раз не прикасайся и смотри в оба.
Я кивнул.
Виа на моей руке была готова к бою, в этот раз я не отпускал ее на Охоту. Седой, напрягшись, сидел на корзине.
Да я и сам нервничал, честно говоря. То ли это было воздействие воздуха, то ли нетерпение от желания увидеть деревню гнилодарцев, то ли…хотелось увидеть Морну. Не знаю. Возможно всё вместе, но волнение я ощущал. Никогда не любил разные топи и болотистые местности, предпочитал горы, но увы, мы шли к гнилодарцам, и выбирать не приходилось.
— Осторожнее, — предупредил Грэм. — Тут легко провалиться.
Я кивнул, внимательно глядя под ноги.
Вокруг сновали незнакомые твари. Я видел каких-то жуков с панцирями цвета ржавчины, длинноногих насекомых, похожих на водомерок, только размером с ладонь. Видел что-то змееподобное, скользнувшее в болотную воду при нашем приближении.
Но поскольку Грэм всё это видел и не давал предупреждения, я перестал обращать на подобных тварей внимание. Точнее, я конечно всех их отмечал мысленно, но уже не дергался с опаской от каждой.
Мы шли молча, максимально тихо и сосредоточенно. Грэм впереди, я следом. Его топор был наготове, мои кинжалы — тоже.
Через какое-то время тропа, по которой мы шли, одна из немногих тут, разветвилась. Потом еще раз. И ещё.
Десятки тропок уходили в разные стороны, переплетаясь и расходясь. Некоторые терялись в болотной жиже, другие ныряли под корни деревьев, третьи вели, казалось, в никуда. Было ощущение, что их протоптали намеренно, чтобы запутать. И Грэм через секунду подтвердил мои мысли.
— Гнилодарцы любят запутывать тех, кто к ним идёт, — сказал Грэм негромко. — Тут легко заблудиться. Они умеют так делать — жизнь заставила.
Старик выбрал одну из троп — неприметную, едва заметную среди остальных — и мы двинулись по ней. Видимо, она и была настоящей.
Мы прошли по тропе минут пятнадцать и земля становилось все более топкой и вязкой. Казалось еще чуть-чуть и начнется настоящее болото. Седому это место не нравилось, Виа…ей похоже было всё равно.
— Теперь будь внимателен, — сказал Грэм, приостановившись, — Мы на землях гнилодарцев. Пусть их самих пока не видно, но они нас уже видят. Некоторые из них.
Я кивнул и, оглядываясь, мы двинулись дальше. Впереди я увидел несколько небольших болотец, по которым вились тропки, кое-где выложенные камнями. Да уж, чуть ступишь не так — и засосет. Воздух был противным и каким-то едким что-ли, поэтому я старался глубоко его не вдыхать.
Вокруг всё больше вилось всякой мошкары, комаров и просто всяких кусючих насекомых. Какое-то время они словно игнорировали нас, но едва мы ступили на первое из болот, на тропку, которая прорезала его, мне на руку что-то с жужжанием село.
Я машинально дёрнулся, готовый прихлопнуть — огромный чёрный комар, размером чуть ли не с мой большой палец, расправил крылья на тыльной стороне ладони и приготовился кусать.
Грэм перехватил мою руку.
— Не трогай.
— Что?..
— Это не просто комар. Это кхм…приветствие.
— Приветствие? От кого?
— От Гнуса.
Я замер.
— Кто такой Гнус?
— Один из гнилодарцев. За охрану этого участка отвечает он. И он очень не любит, когда убивают его кровососов.
Комар на моей руке шевельнул усиками, словно прислушивался к разговору.
Пару секунд я смотрел на комара, а потом он резко взмыл вверх и воздух вокруг нас взорвался насекомыми.
Они поднялись отовсюду: из-под листьев, из болотной жижи, из трещин в коре деревьев — тучи комаров, мошек, слепней и каких-то тварей, которым я не знал названия. Тысячи, десятки тысяч кровососущих насекомых, образовавших вокруг нас живое, жужжащее облако.
Седой пискнул и нырнул в корзину.
Виа…она просто приготовилась к бою. Хотя именно против таких, мелких врагов, она практически бесполезна. Да и я тоже.
Грэм стоял неподвижно, как статуя. И я стал так же, полностью копируя его.
— Похоже, —