Говоря о «фокусе», Теорик имел в виду происки не кочевников, а фермеров или горожан. Кочевники были исполнены презрения ко всем, кто вел иной образ жизни.
Вставание из-за стола оказалось несколько затруднено, потому что принц Хваеднир уснул и его золотистая голова покоилась на моем плече. Аккуратно освободившись, я поведал военачальникам племени о фактах, приведших меня сюда, а Шнорри перевел. Я старался говорить осторожно, памятуя о том, что может случиться с послом, попавшим в общество пьяных варваров.
После этого началась дискуссия. Поскольку ораторы были основательно пьяны, аргументы, приводимые ими, либо не имели отношения к делу, либо были просто неуместны. Наконец чам призвал всех к порядку.
– На сегодня все, – сказал он. – Мы придем к нашему шере… к нашему реше… Мы все обдумаем завтра на трезвом совете. А теперь…
– Прошу прощения, великий чам, но это не все! – протянул хрунтинг, в котором я узнал человека, насильно привезшего меня в палаточный город. – Я не смел прерывать вас, пока вы были заняты, но теперь, когда с делами покончено, я хочу рассказать вам кое-что об этом демоне!
– О! – произнес чам. – Что же именно, мастер Хлиндунг?
– Он нанес мне тяжкое оскорбление! – Хлиндунг рассказал о нашей встрече в степи и о том, как я силой заставил его отвезти меня к чаму. – Итак, я называю его подлым бесчеловечным чудовищем и докажу свои слова на его корявом и уродливом теле. Выходи, демон! – Что это значит? – спросил я у Шнорри.
– Это значит, что вы должны с ним сражаться насмерть.
– Чам, – воззвал я, – если этот человек убьет меня, то как я смогу предстать завтра на трезвом совете?
– Пусть тебя это не волнует, – успокоил меня Теорик. – Я слышал предложения и уверен, что Шнорри помнит их наизусть. А ваша драка послужит забавным окончанием сегодняшнего вечера. Как весело, хо-хо-хо! Вставай же и испытай судьбу, мастер Здим!
Хлиндунг с важным видом расхаживал перед столом чама. При нем была шпага, которой он то и дело рассекал воздух, и небольшой кожаный щит, усеянный железными заклепками.
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы доставить удовлетворение, – сказал я, – но чем же я должен драться?
– Тем, что у тебя есть, – ответил чам.
– Но у меня ничего нет! – запротестовал я. – Ваша охрана разоружила меня, когда я появился перед шатром, и оружие мне так и не вернули!
– Хо-хо-хо, как забавно! – загремел Теорик. – Как же тебе не повезло! Я не могу приказать, чтобы тебе вернули оружие, потому что ты мог бы им ранить Хлиндунга, и тогда я бы оказался нелояльным по отношению к соплеменнику. Эй, кто-нибудь, подтолкните его!
Усики подсказали, что собравшиеся военачальники жаждут крови. Хваеднир проснулся, он и другие схватили меня за плечи и начали вытаскивать из-за стола.
– А что, если я его убью? – спросил я.
– Это будет прекрасное представление, хо-хо-хо! Но ты должен убить его в честной драке. Конечно, его воины ополчатся потом на тебя и захотят убить.
Прежде чем это осознал, я оказался лицом к лицу с Хлиндунгом. Последний пригнулся, держа перед собой щит, и начал наступать на меня, делая короткие выпады мечом, лезвие которого сверкало в желтом свете фонарей.
– Но, ваша свирепость… – начал было я, когда Хлиндунг вдруг прыгнул.
Хотя по силе я далеко превосходил обычного обитателя Первой реальности и сложением был крепче, я не обманывал себя – меч Хлиндунга легко бы проткнул мою чешую. Поскольку места было мало, я сделал единственное, чтобы избежать зловещего лезвия. Перескочил через Хлиндунга и очутился за его спиной.
Хлиндунг выпил как следует, в то время как я лишь пригубил пиво. Кроме того, алкоголь, похоже, действовал на нас, обитателей Двенадцатой реальности, слабее, чем на обитателей Первой. Возможно, причина этого могла бы озадачить алхимиков.
Когда Хлиндунг сообразил, что я исчез, он вместо того, чтобы повернуться, стал лупить воздух в том месте, где я стоял раньше.
– Колдовство! – вопил он. – Колдовство!
Я прыгнул на него сзади и схватил когтями за воротник и брюки. Затем стал вращать его над головой. После третьего круга отпустил его. С криком Хлиндунг пронесся под потолком шатра и вылетел наружу. Оттуда послышался грохот падения.
Несколько хрунтингов выбежали на улицу. Вскоре пара-тройка из них вернулась со словами:
– Великий чам, Хлиндунг не слишком пострадал.
Он только сломал ногу при падении.
– Хо-хо-хо! – захохотал чам. – Итак, мой мужественный рубака думает, что может отстаивать свою честь в спорах с существами других реальностей? Это послужит ему уроком. В течение нескольких лун он будет безобидным. А к тому времени, когда выздоровеет и станет искать ответной встречи, ты, мастер Здим, несомненно, будешь занят в другом месте. Чертовски умно это было с твоей стороны, клянусь кишками Грайпнека! Хоть ты и испортил мой шатер. Всем спать, пьяный совет объявляю закрытым.
Трезвый совет, состоявшийся на следующий день, был менее красочным, но более разумным, несмотря на то что некоторые военачальники находились в состоянии похмелья. Швены высказали такое благоразумие, которое украсило бы совет и на Двенадцатом уровне. Военачальники приветствовали перспективу отправиться в Ир, но боялись драконов-ящериц.
– Мамонты – хорошие для военных целей животные, – сказал один, – но они чертовски не любят ран и смертей. Поставьте их перед чем-то обладающим незнакомым видом и запахом, как эти драконы, они впадут в панику и ринутся назад через собственное войско. А это сразу нарушит организацию войска.
– У нас, демонов, – сказал я, – есть поговорка: своя рубашка вылетит – не поймаешь… Но разве среди вас нет колдунов, которые могли бы сделать этих чудовищ безвредными?
– У нас есть пара старых колдунов, годных только на то, чтобы заговаривать боль в животе да предсказывать погоду. Мы, храбрые кочевники, скорее полагаемся на верность меча, чем на помощь магии.
– Вот если бы паалуанцы вторглись в Швен, – вмешался еще один, – то все было бы просто. Стоит только дождаться холода, и их драконы – они ведь хладнокровные рептилии – стали бы замедляться, по мере того как холод завладевал ими.
– Это наталкивает меня на одну мысль, если позволите взять на себя смелость высказаться, – сказал я. – Я знаком с шаманом из заперазхов, если только слово «знаком» подходит для определения отношений с человеком, который хотел