— Спасибо, Герд. Для меня честь играть против вас.
— Для меня тоже, — улыбнулся он. — Ты будущее футбола, Слава. Очень хорошее будущее.
После матча была пресс-конференция. Небольшая, человек двадцать журналистов. В основном немецкие, но были и корреспонденты крупных европейских изданий.
Первый вопрос был ожидаемым:
— Ярослав, через три дня полуфинал с Италией. Как вы оцениваете шансы сборной СССР?
— Шансы хорошие, — ответил я. — Италия сильная команда, амбициозная. Но мы тоже не слабаки. Даже если забыть что мы сделали за 4 года, то в любом случае Три победы в группе, 6 очков из 6 возможных. Мы готовы.
— А как вы относитесь к тому, что итальянцы называют вас главной угрозой для своей обороны?
Я усмехнулся.
— Значит, будут держать меня особенно плотно. Ничего страшного. У нас не только я умею забивать. Заваров, Протасов, Литовченко — все опасны.
— Двадцать минут назад вы могли сами забить Майеру, но не стали. В чём дело? Пожалели самолюбие ветерана?
Я покачал головой.
— Дело не в самолюбии. И я не думаю, что господин Майер на меня обиделся бы, если бы я забил. Просто это был матч прошлого и будущего. Прошлое — это ваши уважаемые легенды. Будущее — эти пацаны, мои партнёры по команде. А я — настоящее. Так что можно сказать, это символический момент: настоящее даёт пас будущему, которое однозначно должно быть лучше прошлого.
Журналист замолчал. Как и все остальные. Переваривал услышанное. Реплика у меня действительно получилась мудрёная. Но когда общий смысл дошёл, зал зааплодировал.
— Да, ты философ, Слава, — сказал журналист.
Я улыбнулся.
— Да я сам не ожидал. Но смысл, мне кажется, вы поняли.
Журналисты что-то записывали.
— Ярослав, вам двадцать лет. Вы уже чемпион мира и Европы, обладатель «Золотого мяча», многократный чемпион СССР и теперь Испании, обладатель четырёх еврокубков. Что дальше? Какие цели?
Я задумался.
— Чемпионат Европы, вот этот, который сейчас идёт, само собой. Защитить титул, который мы выиграли четыре года назад. Это ближайшая цель. Так что заранее прошу прощения, если для этого придётся в финале обыграть вашу команду. Само собой, если она туда попадёт. Дальше — успешный сезон в «Барселоне». Ещё дальше — чемпионат мира 1990 года в Италии, там нам тоже нужно защищать титул. И на клубном уровне хочу выиграть всё. Много побед и кубков не бывает.
— А личные цели? Очередной «Золотой мяч»?
— Моя личная цель в футболе — это победы команды, за которую я выступаю. На поле нас одиннадцать, и если твои индивидуальные цели идут вразрез с командными, то ты ничего не выиграешь. «Золотой мяч» — это не что-то отдельное, для меня так уж точно. Это следствие того, что я хорошо делаю свою работу и команда побеждает.
— Последний вопрос. Как вам работа посла доброй воли ЮНИСЕФ? Это не отвлекает от футбола?
— Нет, — покачал головой я. — Наоборот, помогает оставаться человеком. Футбол — это здорово, но это не всё в жизни. Есть дети, которым нужна помощь. Есть проблемы, которые нужно решать. И если я своим именем, своей известностью могу помочь — я буду это делать.
* * *
В общем, хороший получился день. А вечернее известие о том, что Дасаев скорее всего сыграет, сделало его только лучше.
21 июня голландцы выбили хозяев турнира, собственно, как я и ожидал, и принялись ждать нас в финале.
СССР — Италия. 22 июня. Главный матч для меня и сборной на текущий момент. Как всегда — следующий матч всегда главный.
Глава 10
Если бы сборная ФРГ заняла второе место в своей группе, то 22-го мы бы играли с немцами, а не с итальянцами. Ассоциации были бы далеко не футбольные. 22 июня. СССР. Германия. Что все это символизирует, думаю, объяснять не надо.
Но футбольные боги миловали нас от подобного, хозяева вышли в полуфинал с первого места а потом Германия проиграла Голландии. Туда им и дорога. Второй матч с оранжевыми будет интереснее, чем встреча со сборной ФРГ. Но для того, чтобы этот второй матч состоялся, нам предстояла очень сложная задача.
Сборной Советского Союза противостояла сборная Италии. Очень сильно обновленная но при этом помнящая триумф 82 года. Часть состава у итальянцев чемпионы мира но и молодые тоже очень и очень хороши. Сплав молодости и опыта в совём типичном виде. Мальдини, Виалли, Донадони, Манчини, Барези. По именам Скуадра Адзурра очень и очень грозная.
Но грозная она в основном для меня, человека, который держит в уме другую версию как футбольной, так и вообще истории. А если говорить по фактам и о том, что есть сейчас, то сборная Советского Союза на фоне, безусловно, мастеровитых итальянцев смотрится куда предпочтительнее.
О чем речь, если у нас в составе восемь чемпионов мира выйдет на поле? Дасаев, Демьяненко, Добровольский, Алейников, Заваров, Литовченко, Протасов и я. Можно было бы сказать, что состав сборной повторяет то что все видели два года назад
Но это не так — новые лица у нас есть. Правда основу составляет все та же золотая сборная, с теми же игроками, которые когда-то сделали Малофеева самым титулованным тренером в истории советского футбола.
И дело не в том что Эдуард Васильевич забронзовел и его футбольный поезд едет по тем же рельсам и с той же поездной бригадой удобной и привычной тренеру. Вовсе нет.
Мы, мексиканцы, действительно заслуживаем место в сборной. Мы действительно лучшие из лучших. Так что букмекеры, да и в принципе эксперты — как у нас, так и в Западной Германии — говорят о том, что сборная Советского Союза должна, пусть и в упорной борьбе, пройти Италию и выйти в финал.
* * *
Итальянские газеты, выдержки из которых нам зачитал Малофеев на предматчевой установке, наоборот бряцали оружием. Говорили о том, что Скуадра Адзурра разорвет сборную Советского Союза. И что, если и суждено кому-то сбросить с пьедестала красного монстра, то это будет именно романтичная и очень страстная команда под руководством Адзельо Вичини.
Итальянцы верили, надеялись и ждали. Ничего удивительного в этом нет. Странно было бы ожидать, что журналисты из такой большой футбольной державы, как Италия, не писали бы о том, что их сборная победит.
В текстах местами сквозила обида персонально на меня. Во-первых, из-за моей пикировки с Марадоной. Звезда «Наполи» по-прежнему считала себя оскорбленным и