И взять хотя бы этот чемпионат. Англия, Дания, Ирландия, Испания, Италия, Нидерланды, СССР и ФРГ. Четыре чемпиона мира. Команда, которая дважды играла в финалах чемпионата мира. Плюс Испания, плюс находящаяся сейчас на своем пике Дания. И относительно слабая, но слабая только на фоне других европейских сборных, а не вообще, Ирландия.
Средний уровень чемпионатов Европы сейчас куда выше, чем чемпионата мира. И он на самом деле запредельный.
Так будет не всегда. Девяносто второй станет последним турниром по нынешней формуле с восемью командами. Затем Англия 96-го, расширение до шестнадцати команд. С одной стороны это хорошо, так как география турнира увеличивается. Но с другой стороны появляется шанс на то, что в финальную пульку попадут как раз те самые пассажиры. А потом, в 2016, начнется вообще беспредел двадцать четыре команды. Здесь уже о каком-то высоком среднем уровне говорить не приходится. Но 2032, Турция с Италией, это тридцать две сборных и можно сказать смерть отбора на чемпионат Европы и резкое снижение качества самого турнира. Там зарубы начинаются только в плей-офф.
Так что сейчас, в восемьдесят восьмом, это предпоследний турнир по-настоящему элитного европейского футбола. Девяносто второй его лебединая песня. А дальше медленное снижение качества.
И вот в таком супертурнире, в самом главном матче, играем мы. Сборная Советского Союза. Действующий чемпион мира. Действующий чемпион Европы. Команда, которая на пути к финалу в Мюнхенезабила больше всех.
Именно нас и называют главными фаворитами. Но одно дело именоваться так на бумаге, а другое дело подтвердить свой статус на деле. Выйти на изумрудный газон стадиона в Мюнхене и второй раз по ходу этого турнира обыграть голландцев. Это будет сделать невероятно трудно.
* * *
Олимпийский стадион в Мюнхене, самая большая спортивная арена Федеративной Республики Германии, был практически заполнен уже за час до стартового свистка. Эта арена существенно меньше, чем место проведения главной игры в моей жизни, чем Ацтека. Разница между ними составляет как раз еще один хороший футбольный стадион. Арена на Восточной улице, обновленный дом моего, как ни крути, а я все время думаю о своей первой команде именно так, что это моя команда, Торпедо аккурат сорок пять тысяч зрителей. То есть аудитория будущих матчей Торпедо целиком вместилась бы на Ацтеку после того, как на этот мексиканский стадион пришли бы зрители с Олимпиаштадиона.
Но в любом случае это очень большая арена и очень комфортная. Сразу во время строительства, закончившегося к печально известной Олимпиаде в Мюнхене, в проект стадиона была заложена его знаменитая ажурная крыша. Что сейчас является редкостью. Те же Лужники, главная арена Советского Союза, наличием козырьков над трибунами похвастаться не могут. Два других суперстадиона нашей страны — Республиканский в Киеве и стадион имени Сергея Мироновича Кирова в Ленинграде, тоже обделяют зрителей комфортом.
Здесь же крыша готова защитить любителей спорта как от дождя, так и от солнца. Как раз именно эта задача и стоит перед крышей сегодня. Погода двадцать пятого июня стоит отменная. Да еще и матч начинается в пятнадцать тридцать по местному времени. Так что западногерманское солнце жарит как следует. Жарко будет как на трибунах, так и на поле.
* * *
Что мы, что голландцы подошли к этому матчу в оптимальных составах. Никто не схлопотал карточки, из-за которых приходилось бы пропускать финал. Плюс травмы обошли стороной и нас и соперников. Поэтому и мы, и подопечные Ринуса Михелса в оптимальных составах.
И что интересно, Эдуард Васильевич на этот матч решил неожиданно для всех, для своих подопечных, для нас, для футболистов сборной Советского Союза, поменять схему. Обычно так никто не делает. Перед финалом тренеры не решаются менять расстановку по-серьезному, предпочитая оставаться в классической парадигме «работает — не трогай».
Но Малофеев не такой.
Вместо ставшей для нас уже привычной 4−5–1, где я играю правого полузащитника, Малофеев решил сыграть классическую 4−4–2. При том, учитывая, что вслед за своим тёзкой Стрельцовым в Торпедо Малофеев и в сборной Советского Союза активно применяет четверку в линию в защите. У нас уже год как нет либеро. Наша расстановка максимально напоминает классические варианты из будущего. Что-то из двухтысячных годов.
Четверка в линию в защите. Два центральных полузащитника с широкими обязанностями как в обороне, так и в атаке — Добровольскому и Алейникову предстоит как следует вспахать поле Олимпиаштадиона от своей штрафной до чужой. И два крайних полузащитника — слева традиционно Гена, а справа неожиданно для себя, но с полной готовностью показать свой лучший футбол, Саня.
Да, Заваров сегодня играет на нетипичной для себя позиции. Он крайний полузащитник, но его функции не ограничены только бровкой. Даже в этой схеме он выступает, можно сказать, свободным художником.
И два центральных нападающих. Кто из нас первый, а кто второй — неважно. Но в любом случае Протасов и Сергеев.
Именно так Малофеев решил обыгрывать Михелса, у которого всё без сюрпризов. Гуллит, Райкаард, Ван Бастен, Куман — все голландские примы на месте.
Всё это обещает очень хороший футбол.
* * *
Атмосфера стадиона, его энергия, ожидание матча, эмоции, спрессованные и ставшие туго сжатой пружиной. Всё то, что в будущем называли, на мой взгляд, дурацким словом вайб, ударило при выходе из подтрибунного помещения.
Трибуны сегодня заряжены на все тысячу процентов. Практически сорок тысяч голландцев. Из Советского Союза подтянулось ещё две тысячи болельщиков. И всё остальные — это местная западногерманская публика, которая, что очень приятно, скорее поддерживает нас, сборную Советского Союза.
Само собой, дело в том, что в первом полуфинале на этом турнире сборная ФРГ схлестнулась с нашим сегодняшним соперником, с голландцами, и уступила. Обида местной публики, естественно, не дает ей переживать за своих недавних обидчиков. Поэтому сборная Страны Советов получила немного больше моральной поддержки, чем на старте этого турнира.
Так что голландцы не доминируют на трибунах, хотя они за счет количества и, скажем так, культуры и традиций боления очень-очень громкие. Куда громче наших, которые, однако же, за счет своей сплоченности и отрепетированности действий дают оранжевым серьезный бой.
Но именно голландская торсида в Европе всегда считалась