Как и следующий, который фотокорреспонденты сделали уже у гостевых ворот.
Капитан Барселоны — то бишь я, а именно мне выпала честь вывести сине гранатовую команду на поле — показал Габино, как на самом деле надо бить издали.
В нашей штрафной подобрал мяч после ошибки игроков Эспаньола в нападении. Пас на Роберта. Тот отдаёт Заварову. Заваров переходит в центр поля и находит на правом фланге атаки Салинаса. Наш новичок пытается войти в штрафную, но Мандия его караулит достаточно грамотно. Так что Салинас сбрасывает мне — до ворот метров двадцать. Кидаю взгляд на Н’Коно. И практически без подготовки бью.
Что-то в моём ударе было от Сократеса. Амплитуда движения очень, как мне кажется, похожа. Когда я после матча пересматривал свой гол, то отметил схожесть с этим экстравагантным бразильцем. Но самое главное — удар получился куда качественнее, чем у Габино. По уходящей траектории. Н’Коно тянулся, тянулся — и не достал.
Гол. И есть мой дубль. 2:0.
* * *
Потом, правда, этот праздник футбола для меня закончился.
Габино, очевидно, не оценил те уроки по исполнению дальних ударов, которые я ему дал. И аккуратненько на сорок четвёртой минуте, буквально перед самым перерывом, пошёл в силовую борьбу. И у меня такое ощущение, что он явно ловил меня. Ловил — и поймал.
Ударить не ударил, но на ногу наступил. Причём наступил так удачно, что ни о каком продолжении матча говорить не приходилось. Подобные эпизоды не всегда заканчиваются так, но в этот раз необходимость накладывать швы была очевидна. Кровь, порванная бутса с гетрами, боль. В общем, весь спектр максимально неприятных эмоций.
Поэтому второй тайм я досматривал уже со скамейки запасных. А на поле вышел… нет, не Линекер, Карраско. Круифф не стал ничего менять в схеме. Просто по позиции заменил меня на Карраско, который в прошлом сезоне плотно сидел у нас с Гарри за спинами.
Но в этом матче наш вечный запасной получил шанс себя проявить. И ему это удалось.
Именно Караско отдал две голевые передачи во втором тайме. Причём он мог забивать сам — что в первый раз, что во второй. Саня находил его передачами, когда Караско находился в очень выгодной позиции. Но странное благородство, странный альтруизм, который обычно не присущ нападающим, возобладал над голевым инстинктом. И оба раза Карраско улучшал позицию нашей атаки и отдавал пасы уже на пустые ворота. Сначала Бегиристайну, потом Салинасу.
Итого 4:0. Сухая победа Барселоны.
И хорошо что мне повезло, свинство Габино, за которое он получил всего лишь жёлтую, меня из строя не вывело. Как обычно первое впечатление куда обманичивее второго.
А потом настала пора Линекеру проявлять себя.
Таким целеустремлённым, злым, причём злым по-хорошему и очень заряженным на борьбу за место под солнцем я Гарри не видел никогда.
Весь прошлый сезон, когда Барселона шла к своему треблу со звёздочкой, всё-таки Кубок УЕФА это немножко не то, полноценный требл, это с Кубком чемпионов, Гарри был хорош. Он выкладывался на тренировках, выкладывался на поле. В плане спортивной и профессиональной этики у Линекера всё в порядке. Он действительно профессионал с большой буквы.
Но тогда, в сезоне 87/88, у моего приятеля за спиной как будто бы не было таких серьёзных конкурентов, которые дышат ему в затылок и всерьёз угрожают месту в составе. А здесь, с появлением Бегиристайна и Салинаса — а Круифф чётко дал понять, что на этих двух басков он очень рассчитывает, — Линекер оказался в уязвимом положении.
И отреагировал он на это именно так, как нужно.
Ещё во время сборов Гарри начал работать более усердно, чем раньше. Но тогда это было не очень заметно, потому что всё-таки четырнадцать матчей за очень короткое время, играть давали всем, тренировались все приблизительно в одном режиме и в одном ритме.
А сейчас, когда начался сезон, — вот здесь контраст уже виден. И виден очень даже прилично.
* * *
Те четыре дня, которые были у нас перед следующим матчем, Линекер провёл с максимально возможной отдачей. И даже — что очень редко и нехарактерно для футболистов такого уровня и такого статуса, а Линекер это однозначно звезда мирового футбола: шесть мячей на чемпионате мира, великолепное выступление за Барселону, деньги, слава, статус, всё у него есть — но он, как самый настоящий новичок советской команды мастеров, который только-только перешёл из молодёжки на серьёзный взрослый уровень, пахал. И оставался на базе.
Четыре дня, что отделяли первый матч сезона от второго, Гарри провёл на базе в Барселоне.
И я в это время был вместе с ним.
Да, семья — это самое важное. Но в этот момент я понял, что Гарри нужна помощь и поддержка. И то, что для него очень важно доказать Круиффу, что он достоин места в основе. Поэтому я оставался вместе с Гарри после тренировок, и мы дополнительно с ним занимались, отрабатывали взаимодействие в паре. Я как мог помогал ему. Да и просто чувство локтя, чувство, что ты не один, зачастую может сотворить чудеса.
Катя, кстати, достаточно сильно сблизилась с Мишель, женой Гарри. Та рассказывала о переживаниях Линекера. В общем, в этот момент я решил помочь другу.
Заваров нас тоже поддержал. Он хоть и не оставался на базе, но задерживался допоздна. И комбинации на троих — плюс с нами был ещё и наш второй вратарь Унсуэ — отрабатывались до автоматизма. Хуан Карлос стоически выдержал сотни, а то и тысячи ударов по своим воротам с практически всех позиций за эти четыре дня.
В общем, мы как следует натренировались. И это дало свои плоды.
На первый матч розыгрыша Кубка чемпионов сезона 88/89 Круифф поставил в состав как раз Линекера, а не Салинаса.
Возможно, речь тут шла о простой ротации. Всё-таки состав у нас глубокий. Мы можем без потери качества ротировать игроков. А возможно, работа на тренировках дала свои плоды, и Круифф предоставил Линекеру хороший шанс.
И мой английский приятель сполна им воспользовался.
7 сентября 1988 года. Барселона, Испания. Камп Ноу. 18:00 по местному времени. +22 градуса. Облачно.
Матч первого раунда Кубка европейских чемпионов 1988/89 между Барселоной и норвежским Моссом. 85 000 зрителей.
Судья: Чарльз Сцерри (Мальта).