— Сроки, — сказал он наконец. — Вот что меня смущает. Ты говоришь «лето». Это полгода. Для мероприятия такого масштаба полгода — ничто. Переговоры. Визы. Оборудование. Сцена. Звук. Свет. Всё это надо тащить из-за океана, потому что, при всём уважении к твоей стране, у вас такого оборудования нет и близко. Я вспоминаю всё что слышал о туре Билли Джоэла два года назад. Ему пришлось тащить в вашу Москву всё включая освещение и трансформаторы. Нет, у вас ничего нет.
— Есть, — возразил я. — Но твоё лучше. Тащи.
— Послушай, Слава, ты все-таки немного не понимаешь то, о чем говоришь. Да, с финансовой стороной нет вопросов. Это действительно может сработать. Но логистика, слышал такое слово? Сраная логистика убьет все, что ты мне предлагаешь к чертям собачьим. Плюс у вас же этот, как его, коммунизм. Наверняка, коммунизм и железный занавес. Наверняка согласований потребуется столько, что проще дождаться, пока наши парни на Марс слетят, чем… Нет, столько, что это все растянется на месяцы. Нет. Не получится. Я уверен, что одна таможня займет очень много времени.
— Док, — перебил я. — Ты привык работать в Америке. Там ты сам по себе. Сам договариваешься, сам организовываешь, сам отвечаешь. В Советском Союзе всё устроено иначе. Если государственная машина решает, что что-то должно произойти, — оно происходит. Визы оформляются за дни, не за месяцы. Площадка предоставляется без вопросов. Таможня превращается из проблемы в формальность. Вся бюрократия, которая в обычных условиях съедает год, испаряется.
— И ты можешь это обеспечить.
Уже не вопрос. Утверждение.
— Я не только посол доброй воли ЮНИСЕФ, спортсмен и миллионер, но и скажем так, не последний человек в моейстране. Мой фонд создан при содействии МИДа. Обращение для телевидения я записывал по просьбе правительства. Когда я звоню в Москву, мне отвечают.
Это не было хвастовством. Так оно и было. После Спитака, после фонда, после шестидесяти миллионов долларов мой вес в глазах советского руководства вырос серьёзно. Я не просто футболист, который удачно бьёт по мячу. Я человек, который умеет говорить, умеет привлекать вниманиие и конвертировать это внимание в реальные деньги. Такие люди ценятся в любой системе.
— Ты работаешь со своей стороны, — продолжиля. — Артисты, оборудование, логистика доставки. А я работаю со своей. Площадка, визы, согласования, советская часть организации. Полгода достаточно. Если мы оба сделаем свою часть так как нужно.
МакГи молчал. Крутил бокал, в который официант успел подлить вина. Думал. Я его не торопил. Не тот человек, которого стоит торопить.
— Мне нужно две недели, — сказал он наконец. — Я вернусь в Штаты, поговорю с людьми.
МакГи поднял бокал.
— За деньги, — сказал он. — За деньги, которые становятся городами.
Я поднял чашку кофе.
Мы чокнулись. Бокал вина и стакан воды.
* * *
Мы просидели ещё с полчаса, обсуждая уже не «зачем», а «как». Август — оптимальное время: лето, длинные дни, хорошая погода. Лужники — единственный вариант, другой площадки с такой вместимостью и инфраструктурой в Москве нет. Советские группы — обязательно. Трансляция — по максимуму, и это отдельные переговоры. МакГи предложил выйти на MTV. Как тут можно отказаться?
Он кивнул и записал что-то в маленький блокнот, который достал из заднего кармана джинсов. Блокнот был засаленный и потрёпанный. Видимо, в этот блокнот вписывались все великие идеи мистера МакГи. Включая, возможно, и ту, с двадцатью тоннами.
Потом он поднялся, пожал мне руку и ушёл. Большой, шумный, загорелый. Со своими золотыми часами, своим условным сроком и своей империей хард-рока.
Получится или нет — на тот момент я не знал. Идея могла разбиться о тысячу подводных камней. МакГи мог вернуться в Штаты и решить, что овчинка не стоит выделки. Артисты могли отказаться. Советская бюрократия могла оказаться не такой сговорчивой, как я обещал. Мало ли что.
Но в голове у меня всё было чётко. Григорян. Каспарян. Армения. Рок-музыка. Спитак. Фонд. Оззи. Афиши. МакГи. Всё одно к одному.
Забегая вперед сразу могу сказать что Док позвонил мне потом и шарики с роликами завертелись. Но это потом, на носу было очень важное событие.
Первое апреля «Реал» Мадрид. «Камп Ноу». Эль Классико.
Глава 25
Первое апреля. День дурака и одновременно день, когда в Испании фактически решалась судьба чемпионства. Наш отрыв от «Реала» достаточный, и если сегодня «Барселона» возьмёт верх, то всё. Сливочное недоразумение нас практически наверняка не достанет и Барселона второй год подряд будет чемпионом. Важность этого матча понимали все: и мы, и «Реал» и каждый из нас горел желанием принять участвие в этой игре. На тренировках что основа что дубль работали очень усердно. Запах золота на нашей базе стоял уже достаточно отчетливо.
Но понимание пониманием, а реальная возможность принять участие в игре это немножко другое. Буквально перед стартовым свистком, уже на разминке, на переполненном «Камп Ноу», Заваров получает травму. А учитывая то, что в игре не мог принять участие ещё и Салинас, который травмировался за неделю до этого, получалось, что у «Барселоны» состав далеко не сильнейший. Но отговорки — это всегда в пользу бедных. Даже без Сани с Хулио у нас состав достаточно хороший для того, чтобы не просто дать бой гостям, но и выиграть.
Состав «Реала» меня удивил. И удивил очень неприятно. В старте не оказалось ни Беланова, ни Мостового. Зачем, спрашивается, было наигрывать двух футболистов советской сборной на разных позициях? Зачем было подводить их к важнейшему матчу в сезоне, если в итоге, несмотря на очевидную пользу и несмотря на великолепное физическое состояние как бывшего спартаковца, так и киевского динамовца, ни тот ни другой не вышли в стартовом составе?
Ладно, Беланов. Он всё-таки конкурент Уго Санчеса и Эмилио Бутрагеньо, двух игроков, которые олицетворяют нынешний «Реал» и являются футболистами мирового класса. Хотя и Беланов тоже. Но Мостовой? Молодой, талантливый, находящийся в сумасшедшей форме, настоящий зверюга, который показывает лучшие качества на протяжении всех тех месяцев, что он в «Реале». Его-то почему Беенхаккер не выпустил?
Но нет. Ни Беланова, ни Мостового в старте не было. Против нас вышла всё та же проверенная мадридская гвардия, с которой мы с успехом играли и в прошлом году и против которой были готовы сыграть и сейчас.
* * *
1 апреля 1989 года (суббота). Барселона. Стадион «Камп Ноу». Чемпионат Испании 1988/89.