Замок (У-ПА) — Коллопортус
Ключ (И-РИ) — Алохомора
Лёд (И-ЛА) — Глациус
Вывод: у Рун в отличии от Заклинаний более тонкие настройки и более широкая направленность действия. Заклинания прямолинейны, а Руны многогранны и многослойны.
К примеру, руна Ключ в отличии от Алохоморы может открывать как физические, так и ментальные, и даже духовные барьеры.
Фух, устала! Продолжу в следующий раз. Близилось время отбоя, я направилась к Подземельям, а потом неожиданно передумала и свернула совсем в другом направлении, к Гриффиндорской Башне.
Глава 19. Тайный друг
В тускло освещенном коридоре Хогвартса я остановилась перед портретом куда-то уже ушедшей Полной Дамы. Расчёт оказался верным: перед входом в Гриффиндорское общежитие, охраняемое такой ненадежной привратницей, мялся бледный и растерянный Невилл Лонгботтом.
— Мисс Грейнджер, — начал он, теребя край своей мантии, — я должен… если бы не вы… я бы…
— Невилл, ты не против пообщаться в более комфортной обстановке? — я уже приметила расфокусированным взглядом посверкивающий искорками энергии проход в невидимое и, видимо, неиспользуемое ответвление коридора, — и пожалуйста, называй меня Гермиона и на ты!
Сочтя его неуверенный кивок головой за согласие по обоим пунктам, я потянула его за руку, и мы оказались в довольно широкой полукруглой нише. Хм, очень удобно для наблюдений! Невидимая физическому зрению снаружи, изнутри потайная ниша подходила для шпиона: идеально просматривался вход к львятам. Какой-то скрытый пункт наблюдения, ниша для подглядывания, как в старинных дворцах — свидетелях бурных дворцовых интриг.
— Просто посидим здесь и поболтаем, пока ваша Полная Дама не вернётся, или кто-нибудь не выйдет из вашей гостиной, — объяснила я напрягшемуся ребёнку, — вот, сейчас немного уберём пыль, достанем пару стульев…
Я не таясь, достала два игрушечных стульчика из своей сумки и увеличила их. Энгоргио — никакая не тайна, кто хочет — может использовать. Из той же сумки появился термос. Кофе с молоком, мм-вкуснотища!
У кого там было правило в любой непонятной ситуации предлагать печальному человеку горячий напиток? А Невилл выглядел очень печальным и весьма подавленным.
— Как ты себя чувствуешь? Запястье подлечили?
— Да, мисс… то есть Гермиона, ты спасла мне жизнь!
Я так не считала, он по-любому отделался бы запястьем, но Невилл воспринял тот эпизод более чем серьёзно!
— Брось, любой бы на моем месте поступил бы также! — кинула я дежурную фразу.
— Нет, не любой, — возразил мальчишка почему-то шёпотом, — никто и никогда не пытался меня спасти, я всех только разочаровываю!
Дальше я услышала историю из серии "похороните меня за плинтусом". В изложении Невилла его детство выглядело куда жёстче, чем я предполагала. Бабушка Августа считала мягкость характера мальчика серьезным недостатком и пыталась побороть его "преодолением" страха. Методы ее были очень токсичными. На минуту я задумалась, что все поголовно жалеют сироту Гарри, а, возможно, жалеть и спасать надо было не только его. Выходка дяди Элджи вообще была запредельной и, кроме долгожданного магического выброса, заякорила дикий страх высоты. Думаю, именно этот страх, с которым Невилл не мог справиться, и "погнал" вчера метлу вверх.
— Мне устраивали и другие испытания страхом, и никто никогда не пытался помочь мне справиться с этими испытаниями, никто до тебя, Гермиона, — он даже перестал заикаться, его слова словно прорвали плотину, — а потому…
Он сделал паузу, собираясь с мыслями.
— Я признаю Долг Жизни! И хочу, чтоб ты знала…
Я не успела его остановить. Золотистые ленты магии окутали наши запястья и исчезли. В глазах мальчишки горела гордая решимость. Я на секунду увидела в этом полноватом ребенке взрослого Невилла, отрубающего голову Нагайне мечом Гриффиндора. Наверное, эта клятва была нужна ему очень. Поэтому я только тихо сказала:
— Можешь быть уверен, что я не попрошу у тебя в уплату Долгу ничего трудного и неприемлемого. Я знаю, что нам почти невозможно быть друзьями на враждебных факультетах, но я могу быть твоим тайным другом, хочешь? Он улыбнулся и кивнул.
Потом я расспросила своего нового тайного друга о лежащих с ним вместе в Больничном крыле слизеринцах.
Старшекурсники пришли в себя и, не зная что за дальней ширмой лежит ещё один студент, стали бурно обсуждать произошедшее с ними. Оказывается, пришедшему их расспросить Снейпу, они поведали историю о нашествии странных боггартов, выпивших их силы, а между собой бурно недоумевали — почему боггарт словно бы защищал грязнокровку? И почему не воздействовал на нее? В итоге решили затаиться и понаблюдать, что будет дальше.
Вот ведь, люди сами себе все придумали, объяснили, сами поверили, удивились и рассердились. Поистине, мы живём не реальном мире, а в мире своих представлений о мире.
И любое событие подгоняем под свои сложившиеся шаблоны. Не помещается — впихнём!
Но страхи — такие страхи! Надеюсь, эти агрессоры уже вогнали себе в подсознание мысль "хочешь обидеть Грейнджер, становится страшно и плохо".
Тут сквозь дыру в портрете Ушедшей Дамы вылезли две фигурки, ожидаемо — Гарри и Рон собрались на дуэль с Малфоем. Невилл бросился к ним. Я тоже вышла.
— Ребята, какой у нас новый пароль, я не могу его вспомнить!
Гарри хотел ответить, но Рон заметил меня и заорал полушёпотом:
— А ты что здесь делаешь, змея? Вынюхиваешь наши секреты!
Я закатила глаза, какая искренняя классовая непримиримость.
— Я оставляю вас, не буду мешать… знакомиться с Пушком, — окончание фразы я произнесла неразборчиво, удаляясь от львиного общежития.
Отслеживая на своём браслете вид хогвартских коридоров, залитых лунным светом, я выбирала свободные от ночных патрулей лестницы и проходы. Неспящих обитателей замка той ночью было предостаточно.
Сторонясь их всех, я пробиралась в подземелья, переживая, что во многих стратегически важных местах у меня нет видеонаблюдения, в том же Больничном крыле часто ведутся интересные беседы, не говоря уже об учительской или кабинете директора, но туда мне не пробраться. Это касалось и Выручай-Комнаты. Я даже камеру в том коридоре не стала доставать, заметив каким наблюдательным и зорким глазом обозревает окрестности троллий дрессировщик со сложным именем, которое я не помнила. Так, что в Выручайку я не совалась, да и пока не испытывала потребности в том.
* * *
Вернувшись к себе, посетовала, что времени на сон осталось не так много, легла спать, и тут же осозналась.
Осозналась я в странной позе, балансируя на спинке вот-вот готового упасть стула. Голос сновиденного Живоглота произнёс как-то слишком торжественно и значимо: "Когда подпрыгнешь и удержишься 108 раз, превратишься в большую темную птицу!"
Обычно, в осознанном состоянии я сразу перестаю следовать сюжету сна, выполнять глупые