Этер в металле был и много, прекрасно пересекаясь с моим познанием микро-рун и теории работы рун с материалом, металл буквально и был этером, обретшим форму. Какая потрясающая вещь, да тут можно столько всего с ней сделать, а если добавить руны, о, держите меня семеро, у меня сейчас слюна потечёт!
— Звёздный дождь, — я вспомнил библиотеку. — Осколки с Небесного Щита? Кристаллизованный этер?
— Ишь ты, — Цао хмыкнул одобрительно. — Грамотный стал. Да, мы так считали. Щит копит энергию Красного Ока и раз в несколько лет сбрасывает излишки. Осколки падают на поверхность, и каждый, кусок чистейшего, концентрированного этера. Наша секта существовала ради них. Не добывали, нет. Добывали другие, дураки, которые лезли в Дикие земли после каждого Дождя и дохли пачками. А мы покупали и обрабатывали. Звёздная бронза — это наш рецепт. Мы так думали до определенного момента. Потом нас отрезали от поставок, по приказу Императора и за своеволие.
Поэтому они и полезли вниз, подумалось мне, мне доводилось видеть на Этажах целые склады различных металлов, которые гильдейские захапывали себе. Секта Цао, хотела найти либо нужный металл, либо заменю каплям Звездного дождя.
— Секта погибла не из-за Этажей, — сказал я тихо.
— Секта погибла из-за жадности, — повторил Цао фразу, которую говорил раньше. — Но сегодня не будем об этом.
Он подошёл к дальнему углу мастерской и снял тряпку с чего-то большого, стоявшего на деревянном каркасе. Под тряпкой оказался нагрудник из Звёздной бронзы, с наплечниками и защитой горла, покрытый рунами, которые я читал с трудом, настолько они были сложными и переплетёнными.
— Почти сто лет назад мы начали работать над этим заказом, по эскизу одного отшельника, пришедшего к нам ночью. Он заплатил очень много денег, чрезмерно много и не поставил сроков.
Доспех не был закончен. Правый наплечник, был откован, но не покрыт рунами. Юбка, из нескольких полос, так же была собрана наполовину.
— А что значит не поставил сроков? — уточнил я, внимательно изучая доспех.
— То и значит. — буркнул кузнец. — Он буквально сказал следующее. Вы поймете, когда нужно будет его отдать. Лучше всего с рунами обращалась моя жена, как видишь, она не успела закончить то, что было нужно. А где-то месяц назад я понял, что сроки подошли и мне нужно закончить и отдать заказ. Отвести лично. Так что видят Небеса, тебя, умеющего работать с рунами, послали сами боги в мою мастерскую. Приступаем завтра. Сегодня я остаюсь тут, подготовлю кузню к работе. Так что ты пока свободен.
Я посмотрел на мастера Цао, потом на доспех. И мысли в моей голове были очень и очень нехороши. Это же какая-то мистическая херня получается, разве нет? И знакомство с Цао и вообще, а не слишком ли много странных совпадений случилось со мной за последние месяцы в городе?
Глава 13
К Аньсян я пошел сразу после разговора с мастером Цао, немало воодушевлённый тем, что тот согласился взять меня в подмастерья и научить многому и весьма полезному. От кузнечного дела я бы никогда не отказался, оно мне нравилось. Как и работа с любыми видами металлов.
Последний разговор с ней, перед моим уходом в горы, оставил странный привкус. Не горечи, нет. Скорее эдакой незавершённости. А потом я еще ушёл, не предупредив. Она не написала, не прислала посыльного. Две недели молчания, а если учесть, что я порой жил у нее, это было красноречивее любых слов. Всё изменилось после ее возвращения.
Что фонарь над лавкой Аньсян не горел я заметил еще за полквартала. На этой улице не было привычки гасить их днём, они работали всегда. Ставни закрыты. Дверь… Я подошёл ближе и увидел.
На двери, поперёк щели между створками, была наклеена бумажная полоса с печатью. Чёрная тушь, иероглифы, и красный оттиск, печать Канцелярии Порядка. Городская стража. Не напыщенные патрульные, вроде как следящие за порядком, а на деле взимающие дань с мелких торговцев, а та, что занимается серьёзными делами.
Лавка опечатана.
Первая мысль была, пройти мимо, сделав вид что я просто иду по делам. Вторая, что первая была правильной. Но я остановился, буквально на пару мгновений замедлился перед дверью. Бездна! Это значит, что она арестована? Или успела сбежать? И даже Сяо не знал ничего о таких событиях.
Как это не вовремя.
— Практик, остановись, — сказал голос за моей спиной. Я попытался ускорить шаг, но буквально в паре метров впереди словно из воздуха появились еще двое, давя этером.
— Руки держи на виду, — сказал тот, кто был за спиной, когда я остановился. — Медленно повернись и не глупи, парень, жизнь одна.
Три практика. Все в неприметной одежде, серые плащи, без брони и никакого оружия на виду. Но этер, который я ощущал от них, был таким плотным и контролируемым, что Камень Бурь на шее стал холодным, но слишком запоздало среагировал. Сильные практики.
Стоило мне обернуться, как парочка, оказавшаяся за спиной, тут перехватила меня под руки, выворачивая кисти.
— Я мастер Гильдии рунных дел, — сказал я ровным голосом, хотя внутри всё сжималось. — Жетон в правом нагрудном кармане. Номер триста сорок семь. И состою в Гильдии…
— Знаем, — прервал меня, не дав договорить, первый. — Пошли. Никто не причинит тебе вреда, если ты не будешь оказывать сопротивление.
Вокруг ходило много народа, но все делали вид что не замечают, что происходит, и мне пришлось подчиниться. Мы свернули в боковой переулок, потом ещё раз, и оказались у неприметной двери в стене между двумя лавками. Один из конвоиров постучал. Дверь открылась изнутри.
Комната за ней была маленькой, чистой, с одним столом, двумя стульями и рунным светильником на потолке. Окон не было. На стене висел свиток с каллиграфией, который я не успел прочитать, потому что моё внимание сразу привлёк человек за столом.
Он сидел, положив локти на столешницу, сцепив длинные, тонкие пальцы перед лицом. Худой, жилистый, с острыми скулами и волосами, собранными в короткий хвост. Возраст неопределимый, с практиками высокого уровня это всегда проблема.
Но главное, что я заметил сразу, что заставило внутренне напрячься, его левый глаз. Веко было затянуто татуировкой: чёрные и тёмно-красные линии, сплетающиеся в узор, похожий на паучью сеть. Веко было полузакрыто, и непонятно, видел ли он этим глазом вообще. Правый глаз, карий, смотрел на меня с ленивым, почти скучающим интересом.
— Садись, — сказал он. — Нет, не туда, вот сюда, на стул. Удобно?
— Нет, — ответил я честно. Стул был жёстким, без