— Для меня будет какая-то работа? — Застала меня одного у бассейна Катя, когда я пошел умыться.
— Ты трудоголик, Кать? — Обернулся я на нее недобро, сидя на корточках у мелко идущей рябью воды.
— Нет, но… Столько вокруг всего теперь, наверняка обязанностей прибавится. — Ее поставил в тупик мой вопрос.
— Тут ты права. — Шумно выдохнул я. — Многовато людей. Откуда еще двое?
— По пути встретили, Микаэл и Егор, тоже сбежавшие. Ну куда я их? — Пожала она плечами, задав риторический вопрос, ведь они уже здесь.
— Все ты правильно сделала. — Я отряхнул руку и поднялся во весь рост, вытирая остатки влаги по пересохшим губам. — Мне нужен будет помощник, и только тебя, и никого другого, я вижу в этой роли.
— Правая рука? — Хм, а Катя оказывается карьеристка, каких поискать. Несмотря на то, что я уже много времени, как будто целую вечность ее знаю, эта ее черта открылась для меня в новинку, только что.
— Пусть так, хоть третья. Поможешь мне не потерять контроль над ситуацией? Я буду частично скидывать на тебя свои обязанности, не забывая, конечно, и о твоей специализации. — Я хитро прищурился, поняв по взбудораженному виду девушки, что нашел ее сокровенную точку «джи». И нет, это я не про личностный ранг в интерфейсе дурацкой инопланетной системы.
— Конечно! — Просияла она. — А сейчас, сейчас-то что нам делать? — Она было потянулась схватить меня за руки, но почему-то застряла на полпути. Видимо, не придумала, как собиралась реализовать свой внезапный тактильный порыв. А у меня уже и почти стерлось из памяти, что когда-то она абсолютно голая залезла ко мне в спальник, напрашиваясь на близость.
— Сейчас — есть и спать. — Скучно, но это то единственное, что нужно сейчас вообще всем.
Отдаю должное Каролине Терентьевне. Школьная повариха готовит на редкость изысканно. Впрочем, наверняка мои вкусовые рецепторы зашорились одинаковыми рецептами из странной твердой картошки, не менее странной моркови, грибов почти без вкуса, но питательных, и мяса чертовых стервятников. Так или иначе, получившееся рагу было наваристым, горячим, сытным, и главное, его получилось много за вполне адекватные сроки.
И да, центром внимания за ужином стала именно Кара. Оголодавшие и усталые люди буквально пели женщине дифирамбы, как, кстати, и мои люди. Даже Боря прочухался, унюхав нечто съестное и чертовски аппетитное. Мясо вышло мягким и нежным, утушенным достаточно, чтобы разошлись волокна и выпарились жилы, превратив их в желирующую жижу. Картошка стала мягкой, кругляши моркови таяли во рту и дарили сладость, а грибы, казавшиеся мне ранее совершенно безвкусными, сейчас напоминали о грибном жульене из реальности, с Земли, так они были богаты вкусом лесных грибов.
Как я и говорил, народ в общей массе, сразу после ужина, разошелся спать. Я никого ни к чему не принуждал, лишь показал, как у нас тут все устроено, где можно помыться, где оставить вещи и так далее, но то был выбор без выбора. Есть и спать — главные потребности, мешавшие всему остальному.
Я же, оставшись наедине с бодрствующей и возбужденной от количества событий за день Лизой, остался следить за костром за мирной беседой о жизни и грядущих планах. Ведь, с какой стороны не посмотри, планов теперь можно строить еще больше! И, что меня откровенно радовало, Лиза тоже была мечтательницей, но такой, приземленной, с рассуждениями о возможностях, а не грезах о нереальном.
Глава 20
— Какой кошмар, правда! — Яростно одобрительно кивала Лиза, сидя напротив меня, поджав на кресле теперь уже с подстилкой из шкуры, ноги.
— Дак ты подожди, ты же не видала наверное. — Я хищно ухмыльнулся, сдвинул брови, наклонил голову, чтобы в отблесках костра мой взор выглядел нарочито мрачнее, и продолжил. — Представь себе броненосца, такого, с подвижными бурыми пластинами на спине, тупыми огромными когтями, приплюснутой мордахой, и размером все это добро с автобус… — Заговорщически продолжил я рассказ.
— Мамочки! — Едва не воскликнула девочка, но вовремя одумалась, резко залепив рот обеими ладонями, дабы не перебудить весь лагерь.
— Он передвигается, сворачиваясь в огромный, многотонный шар, и катится со скоростью автомобиля, что и правда тот автобус! — Я, как мог, поддерживал рассказ жестами одной руки, выкладывая не только аудио, но и видеоинформацию.
— А что ж с ним делать-то, типа, как его победить! — Вопрос, но без вопросительной интонации, скорее просто констатация факта.
— У самого волосы дыбом, когда думаю об этом. Так вот, сворачивается он в такой клубок, разгоняется, валит все деревья на пути, будто это зубочистки, а затем с грохотом вминает тушу медведепаука в стену, ломая тому кости и хребет! Бам! — Нагнетал я и сгущал краски.
— Ой! — Вздрогнула девочка, слушая страшилку у костра, словно ребенок в детском лагере.
— Затем снова, откатывается, разгоняется, и врезается вновь. Бам! Бам! С гор, вот прям как наша, сверху начинается оползень, нетопыри орут, разлетаясь, медведепаук повержен! Бам! — Я ликовал. История удалась на славу.
— И ты говорил, — вдруг внезапно, словно мы не давнишнюю историю, ставшую уже почти мифической, обсуждаем, а самые что ни на есть вчерашние события, — что кто-то, по твоему мнению, может этого монстра контролировать? Типа, управлять им, как чертов Юрий?
— Кто такой Юрий? — Я опустил пока детали ее вопроса, и решил вернуться позже, ведь меня напрягло прозвучавшее весьма конкретное имя.
— А, — девочка протянула гласную, махнула рукой и отвернулась на мгновение, мол, старый, ничего не понимаешь, — игра компьютерная такая была, про космос там, и там фракция СССР была, и типа один из сильных юнитов там был менталист Юрий, который, короче, мог подчинять себе разумы других. — Лиза подыграла мне, сделав волну пальцами в мою сторону, вроде как говорит о чем-то таинственном и напускает дополнительный слой метафизики на нашу беседу.
— Понял, спасибо, что разъяснила. — Поблагодарил я и удивился, ведь несмотря на то, что иногда я поиграть в компьютер любил, но такой игры не знал. —