Начинаю волноваться.
Ставлю тарелки с едой перед маленькими ждунами, что вместо котлет и картошки лезут к огурцам. Будь их воля — только их и ели бы.
— Ма, а ты тё? — с претензией спрашивает Витя, не видя передо мной тарелки.
— Не хочу, солнышко.
Живот болит от всей этой ситуации. Пока дело не решится — не смогу поесть нормально. Волнуюсь, нервничаю, а теперь ещё и боюсь, что Романов малышей выкрадет.
Понятно, что они ему нафиг не нужны, но мало ли, вдруг в шантаж захочет удариться? Судя по тому, то он суёт мне мирный договор, понимает, что проблемы у него могут возникнуть.
Поэтому пойдёт на всё, чтобы я поставила свою подпись.
Но что делать? Возить детей постоянно с собой? Они устанут, будут капризничать. Загружать Славу и её семью уже стыдно, хотя завтра, если поеду с Нестеровым, придётся снова просить подругу посидеть с малышами.
Поэтому нужен сад. Я нашла один неподалёку, частный. И надеюсь, Антон не узнает о нём в ближайшую неделю, пока я буду водить туда двойняшек.
А потом уже отодвину все дела на задний план и на время бракоразводного процесса засяду с ними дома.
План хорош, но мой параноик внутри всё накручивает и накручивает.
— Мамусь, — отвлекает меня нежный голос доченьки. Чувствую, как гладит меня по ладони и смотрит своими большими глазами. — Сьес окутик.
И второй рукой, взяв ломтик огурчика в пальчики — подаёт мне.
Расплываюсь в улыбке и кусаю его, успокаивая заботливых малюток.
После ужина они уговаривают меня лечь спать втроем на моей постели. Антон был против, чтобы я спала с ними, но в то же время не пускал их в нашу кровать. Поэтому, зная, что папы нет, я, слабовольная, разрешаю им остаться.
И уже в десять вечера лежу на кровати и смотрю в потолок.
Банально не могу уснуть.
Достаю телефон, ставлю яркость на минимум, чтобы не разбудить светом детей, и вбиваю в строку поиска: «Савва Нестеров».
Любопытство, мать его.
Результат банален до невозможности. Заголовки важно и пафосно пестрят о его работе, о победах в серьёзных судах.
В фотографиях мало что есть. Их несколько, где он с известными людьми.
Дёргаюсь от внезапно всплывающего сообщения. Нестеров! Он будто знает, что я подглядываю за ним в интернете.
«Завтра в десять. Адрес, думаю, вы помните».
Тут же отвечаю:
«Доброй ночи. Да, я поняла. Буду к десяти».
Облегчённо выдыхаю. Всё же не отшил меня, и я завтра пойду с ним. Уже что-то радует.
Моральный дух немного крепнет, и я, повернувшись на бок, двигаюсь к малышам, устраиваюсь поудобнее. И с тянущим от голода желудком засыпаю рядом с ними.
Глава 15
Марина
Постукиваю по стаканчику с кофе и оглядываюсь по сторонам. Вдруг Нестеров приехал раньше?
Знакомой помятой машины не наблюдаю и заглядываю в телефон. Я приехала слишком рано. Отвезла детей к Славе в детский центр и домчала сюда за полчаса. Скорее хочется разобраться со всей этой ситуацией, развестись с мужем и спокойно жить…
— А я надеялся, что приеду раньше, — слышу смешок со стороны. Вскидываю взгляд на голос и чуть не роняю стаканчик от неожиданности.
О, Нестеров!
Отрываюсь от машины и щурюсь от ударившего в глаза солнышка.
— Почему?
— Несмотря на вашу настойчивость, с владельцем центра я хотел бы переговорить тет-а-тет, — смотрит на меня свысока из-за своего роста. Только сейчас замечаю это, когда приходится смотреть вверх в серо-голубые глаза.
Уф, хоть он и взял меня с собой, чувствую себя всё равно безучастной. Но его позицию я тоже понимаю — никто при мне в ошибке не признается.
— Я не настаиваю. Подожду за дверью.
Будет слишком криминально, если я предложу ему зайти туда с включенным телефоном?
Даже не предлагаю. Опять упомянет какую-нибудь статью.
— Тогда вперёд, — указывает ладонью на вход в трёхэтажное здание. Как всегда, в своих перчатках. Ему не жарко в них? Май месяц, все сняли куртки, и я теперь наслаждаюсь солнечной погодой и свежим весенним ветром.
— Я не видела, как вы приехали, — решаю начать диалог по пути к центру. Ненавижу моменты неловкого молчания!
Или просто болтушка до мозга костей.
— Я на другой машине.
Ого, богач. Даже у меня всего одна — и та под угрозой.
— А что с той? Связались со страховой?
— Да, уже отправилась в ремонт.
— Быстро у вас всё.
А мне и заняться некогда! Но железяка сейчас интересует в последнюю очередь.
Зайдя внутрь, тут же морщусь от больничного запаха. От волнения всё внутри скручивает, и я оглядываюсь по сторонам.
— Куда пойдём? Помню, врач, с которым я работала, был в том крыле, на втором этаже, — киваю на лифт.
— Нам в другую сторону, — мужчина проходит мимо меня, и я, словно хвостик, семеню за ним, вновь выравнивая шаг.
— Вы работали с клиентом здесь? — удивлённо приподнимаю брови.
— Нет, не здесь. Просто знаю, где находится кабинет владельца. Или вы собирались идти к главному врачу, что, возможно, участвовал в подкупе, и всё расспрашивать у него?
— Нет, конечно. Никакой дурак не скажет, что взял деньги за подтасовку биоматериала.
Тут же отправится под суд! А центр вообще закрыть могут…
— Вы умнее стандартной блондинки, это радует, — усмехается он, не глядя в мою сторону.
— А вы верите в стереотипы насчёт блондинок? — спрашиваю с наездом.
Он не первый, кто так шутит над моим цветом волос. А я ничего в нём плохого не вижу!
— Скрывать не буду — да. И к каждой отношусь предвзято.
А это я уже поняла в первую нашу встречу.
— Дайте угадаю: когда я въехала в вас — вы подумали, что я глупая блондинка, купившая права?
— Мари, вы начинаете полностью менять мой мир, — насмешливо произносит Нестеров, продолжая путь по коридору. Кидает такой же издевательский, но в то же время тёплый взгляд на меня: — Первая проницательная и догадливая блондинка.
От гордости готова задрать подбородок. Но это же всё шутки! Точнее — издевательство.
— А вы прямолинейный, — чеканю недовольно.
— Работа не позволяет быть другим.
Как же мне хочется спросить, почему он вообще со своей болезнью работает с людьми! Но я обещала себе, что больше не буду лезть к нему.
Вообще, много о чём расспросить хочется. Я впервые встречаю такого интересного человека.
— Мы пришли, — останавливается в полупустом коридоре у кабинета с тёмно-коричневой табличкой. — Ожидайте здесь.
Хочу предложить открыть ему дверь, чтобы не испачкал перчатки, но вовремя прикусываю язык.
Ну, Марина, хватит беспокоиться о чужом