Я остаюсь одна на кухне.
Но я не ревную, нет. Пусть проведут время вместе, без меня. Ему будет полезно, чтобы сблизиться с ними.
Напеваю себе под нос тихую мелодию и начинаю чистить картошку. Кухня чужая, но уютная и светлая. Здесь всё так красиво и аккуратно, что хочется готовить и придумывать что-то новое. Может, завтра испечь мясной пирог?
Неожиданно тишину нарушает звонок мобильного телефона. Звук незнакомый. Это не мой телефон.
Наверное, Саввы? Да, точно, оставил на столе.
— Савва, телефон!
Наверняка он не слышит под восторженные крики моих детей при виде бассейна.
Рефлекторно подхожу ближе и смотрю на экран. Номер незнакомый. Может, клиент звонит? Или очередной спам?
Рука сама тянется ответить, но вовремя вспоминаю, что телефон не мой. Пусть сам перезвонит. Хочу заблокировать экран, но случайно нажимаю не ту кнопку и принимаю вызов.
Вот же блин! Что теперь делать? Сбросить? Уже поздно.
Подношу телефон к уху и быстро говорю:
— Извините, Саввы сейчас нет рядом. Он вам перезвонит позже.
— А ты кто ещё такая? — тут же резко и агрессивно звучит в трубке женский голос. Голос знакомый, неприятный. И как по щелчку, в голове всплывает миловидный образ, абсолютно не подходящий голосу. — И где мой муж?!
После последней фразы сомнений не остается. Это та самая Аглая.
— Вы хотели сказать, бывший муж, — поправляю её специально, с едва скрываемым удовольствием.
— Он обо мне рассказывал? — удивлённо спрашивает она. Затем слышится нервный смешок. — А-а-а, ты, наверное, та самая блондинка, которую я видела, когда приходила? Или уже другая?
— Та самая, — отвечаю я, чувствуя маленькую победу. Кого она пытается обмануть?
— Какая же ты навязчивая, — раздражённо бросает она.
— Кто бы говорил, пережиток прошлого, — спокойно парирую я. — Тебе не кажется, что уже поздно что-то исправлять?
— Не поздно, — резко отвечает она. — Главное, чтобы на моём месте не оказалась такая самоуверенная сука, как ты. Он поиграет с тобой и бросит.
Я закатываю глаза. Господи, какую же чушь она несёт. Будто живёт в своём придуманном мире и не хочет видеть реальность.
— Слушай, давай спокойно поговорим, — устало вздыхаю я, потирая переносицу. — Ты ведь разумная женщина и должна понимать: вы расстались не на самой хорошей ноте. Прошло много времени, и Савва давно живёт своей жизнью.
— И всё ещё любит меня, — уверенно заявляет она.
Ей точно пора к психологу. Она правда верит в это или просто пытается вывести меня из себя?
— Мы встречаемся, — неожиданно для себя выпаливаю я ложь. Мы… кто друг другу? Друзья? Друзья, которые иногда занимаются сексом и воспитывают общих детей? Звучит странно и нелепо.
— Я уже поняла, — хмыкает она. — Не тупая.
— Раз не тупая, перестань лезть в его жизнь, — говорю уже серьёзнее. — Он давно забыл о тебе. У него теперь своя жизнь. У него дети, понимаешь?
На секунду в трубке повисает напряжённая тишина.
— Дети? — летит неуверенно и растерянно.
— Да, он отец шикарных двойняшек. От меня.
— Не верю, — тихо произносит она.
Тяжело вздыхаю, чувствуя раздражение.
— Тебе тест на отцовство скинуть?
Снова пауза. Наверное, в её голове сейчас рушится привычная картина мира.
Неожиданно в трубке раздаются короткие гудки.
Она сбросила звонок. Замечательно!
Но это ещё не значит, что она оставит его в покое.
Я блокирую экран телефона и кладу его обратно на стол. Я ведь ничего не испортила?
Но интересно, как часто она звонит Савве после того, как заявилась к нему домой? Судя по её поведению, она вполне может его преследовать.
От этой мысли по коже пробегают неприятные мурашки.
— Мам-ма-а-а! — вдруг раздаётся звонкий детский голос со второго этажа. Сразу же слышится топот маленьких ножек по лестнице. Я поворачиваюсь и вижу своих малышей. Они крепко держатся за руки Саввы и торопливо спускаются вниз.
Глаза детей широко раскрыты от восторга и удивления.
Даже догадываюсь отчего именно такая реакция.
— Там такая кова-а-а-ать! — взволнованно кричат они, перебивая друг друга и спеша поделиться со мной своим открытием.
— Уже всё посмотрели? — спрашиваю натягивая на лицо улыбку. Она получается натянутой и неестественной. Внутри меня всё ещё тревожно после недавнего разговора с той странной женщиной.
— Мы быстрые, — усмехается Нестеров. — Всё успели пробежать. Дольше всего задержались у бассейна. Я пообещал детям, что завтра обязательно искупаемся.
Я отвожу взгляд и неловко хихикаю:
— Хе-хе, я как раз случайно взяла наши купальники.
Нестеров отпускает детей и подходит ко мне.
Он осторожно обнимает меня за спину, и от этого прикосновения становится та-а-ак приятно. Мне сразу хочется прижаться к нему сильнее, спрятаться в его объятиях.
Просто друзья? Нет, на дружбу это уже совсем не похоже.
— Чисто случайно, значит? — улыбается он, явно не веря моим словам. — А ужин-то наш где? Малыши уже устали и хотят спать, но ещё больше хотят есть.
— Точно! — я быстро выскальзываю из его объятий и бегу к плите. — Полчаса, и всё будет готово!
— Мы тогда пока пойдём вещи разложим, да? — обращается Савва к детям. — И постели подготовим.
— Ой, поси икушки покасим! — тянет его за руку доченька, снова направляясь к лестнице на второй этаж, куда Нестеров уже отнёс их сумки.
Я смотрю им вслед и невольно улыбаюсь.
Как же приятно видеть этого мужчину рядом с нашими детьми. Последнее — никак не укладывается в голове.
Но я счастлива, что он обрёл своё счастье рядом с нами. Мои дети наконец-то почувствовали, что такое настоящий отец. Не такой, как Антон, который постоянно пропадает на работе и не уделяет им внимания. Особенно это важно для Вити. Ему нужен именно такой человек — заботливый, нежный, умеющий дарить любовь.
Мысли о муже сразу портят настроение. Послезавтра предстоит встреча с ним, и снова придётся видеть его мерзкое лицо. Я уже решила: соглашусь на его условия, лишь бы вернуть свои деньги, вложенные в дело Романова. А дальше пусть живёт, как хочет и с кем хочет. Мне уже всё равно.
А пока я стараюсь наслаждаться семейной атмосферой. Конечно, дому ещё не хватает тепла и уюта, здесь нужно многое сделать. Но пока рано начинать хозяйничать.
Точнее, здесь вообще не стоит хозяйничать. Мы ведь пока друг другу только друзья, да?
Глава 51
Марина
Зеваю, прикрывая рот ладонью и смотрю в окно машины.
Тяжелое утро, конечно…
— Возьми себя в руки, — строго говорит Нестеров,