Хотя следует признать, что Аллама Джа‘фари не рассматривал проблему онтологии с дисциплинарных позиций, выделяя её в отдельную область, это не помешало ему заняться этим вопросом в рамках своей собственной парадигмы благоразумия. Он утверждает, что предмет онтологии – прямой поиск сути бытия как единственного ключа, способного открыть перед человеком дверь, ведущую к реальности leben. Аллама Джа‘фари придерживается мнения, что «несомненно, измерить глубину диапазона бытия возможно исключительно сквозь призму парадигмы благоразумия, которая рассматривает спектр leben как реальный аспект мира в феноменальном смысле и как его идеальное измерение в ноуменальном[250] смысле»[251].
Похоже, Аллама Джа‘фари имеет в виду некую диалектику ума и реальности, феномена и ноумена, однако вопрос в том, как он концептуализирует эту диалектику. С его точки зрения, природный аспект материальной реальности состоит из «видимых феноменов, измеримых как количественными, так и качественными методами и воспринимаемых с помощью наших органов чувств и ума, поддающихся проблематизации учёными в лабораториях и осмыслению в рамках различных дисциплин, развиваемых на базе исследовательских центров. Иными словами, мир – это реальный факт, а не химера»[252].
Глубоко ошибочным было бы предположение о том, что весь диапазон реальности можно, лишив трансцендентальности, свести к феномену (phaenomen), потому что, в действительности, трансцендентальность составляет сущность phaenomen, относящуюся к символической реальности, в которой является наблюдаемым событием. ‘Аллама Джа‘фари убеждён в том, что мир в своей реальности не может быть сведён исключительно к феноменальной сфере, и что мы должны осознавать, что если реальность есть материальный факт, то её так называемая одновременная нематериальность, в сущности, не вымышлена. Он объясняет это следующими словами:
«Если мы не сможем достичь благоразумного видения реальности, рационально сочетающего как материальные, так и нематериальные аспекты реальности, то попадём под влияние различных видов дуализма – аристотелевского противопоставления содержания и формы, неоплатонизма или кантианства (das Ding an Sich[253] и Das Ding fur Sich[254]) и гегельянства, которые лишили нас целостного представления о мире во всей его полноте»[255].
Проблема онтологии в социальной теории Джа ‘ фар и не является ни духовной, ни материалистической. Она, похоже, имеет примордиалистскую природу, где феноменальное и ноуменальное обладают одинаково важным значением в толковании сложности реальности, «я», мира, Бога и общества. Другими словами, есть много на небесах и на земле такого, что и не снилось дисциплинарной парадигме онтологии в социальной теории и философских системах модернизма и гуманизма.
Weltanschauung
Вопрос мировоззрения является одним из наиболее спорных понятий в социальной теории и философии. Одни не согласны с самой постановкой проблемы мировоззрения в контексте конструирования социологических теорий, другие настаивают на решающей роли мировоззрения в их создании. Иными словами, анализ проблемы мировоззрения равноценен осмыслению таких фундаментальных сфер, как антропология, этика, мораль, религия, гнозис, наука, знание, теология, эсхатология, теология, деонтология и т. д. Интересно отметить, что ‘Аллама Джа‘фари уделял этому вопросу пристальное внимание, акцентируя при этом различие между картиной мира и представлением о мире. По его словам,
«“Фотографирование” мира таким, каким он кажется нам внутренне и внешне – это одно дело, а получение знаний о мире и нашем в нём месте любыми способами, которые помогут нам сформировать комплексное видение природы реальности и реальности природы во всех её аспектах и проявлениях – дело совершенно иного порядка, и оно несопоставимо с вышеупомянутой позицией отображения мира реальности произвольным способом»[256].
Далее он добавляет:
«Под термином Weltanschauung мы имеем в виду способность различать между разными измерениями реальности, например, между математическим и эстетическим, не упуская из виду единства бытия в разнообразии, правящего всем миром явлений»[257].
Это наводит нас на самую постмодернистскую идею, занимающую умы социологов и социальных теоретиков, которые утверждают, что понятие объективности, за которое держатся модернисты, похоже, по сути своей фиктивно, поскольку человек как субъект играет жизненно важную роль в процессе конструирования знаний. Иными словами, человек как действующий агент способен формировать своё собственное мировоззрение при условии, что его «я» достигло высот сознательности, так как это требует от эго исполнения контролирующих функций в течение жизни.
‘Аллама Джа‘фари, похоже, настаивает на объективной возможности получения знания, поскольку реальность, в сущности, является настоящей, а не конструируемой. Это требует реалистического подхода к вопросу мировоззрения, играющего важнейшую роль в социальной теории Джа‘фари. Он пишет, что «без объективного взгляда на реальность во всей её полноте невозможно исполнить высшее предназнанекие жизни, которое составляет суть благоразумной жизни»[258].
Искусство
От современных социальных теоретиков и философов Ирана ‘Алламу Джа‘фари отличает подход к искусству как интеллектуальной проблеме, которая должна получить теоретическую оценку. Эта проблема была проанализирована Джа‘фари в рамках концепции благоразумной жизни. Проблеме искусства Аллама Джа‘фари посвятил специальную работу под названием «Эстетика и искусство в исламской перспективе», в которой он попытался предложить основание для социологического исследования искусства. Он утверждает, что искусство – это Weltanschauung, окно в мир, глядя в которое мы можем определять и познавать системы верований и социальные контексты художественных форм. Он подчёркивает роль традиционных теоретических подходов – функционального, конфликтного и интерпретативного – в формировании рамок для изучения благоразумия искусства, то есть параметров «благоразумной жизни». Он утверждает:
«Можно говорить о трёх основных подходах к искусству: 1) искусство ради искусства, 2) искусство ради человечества, 3) искусство ради благоразумной жизни человечества. Поскольку нас больше интересует искусство в контексте благоразумной жизни, необходимо выделить в нём два аспекта: проблему смысла жизни и осмысленной жизни, которую проще всего представить как самореализацию, в основе которой бесконечность, постижимая лишь в раках священности. Выражаясь иными словами, осмысленная жизнь – это жизнь, в которой сознание играет важнейшую роль, трансформируя качество “я” с точки зрения противопоставления детерминизма свободе и подчёркивая освобождающую роль человеческого духа в преодолении бездны необходимости, противостоящей свободе. Таким образом,