Глава 42
Перед самым нашим отъездом в Москву позвонили из милиции. Нашелся человек, который на меня наехал. Точнее, мужчина пришел сам, с повинной. Амир помчался в отделение, а я не захотела. Почему-то испугалась. Напала слабость, разболелись ноги. Я словно вернулась в больничное прошлое. Чтобы отвлечься начала читать Коран, по милости Всевышнего, священное писание стало для меня лучшим средство от тревоги, тоски и печали.
Отвлек робкий стук в дверь. Отложила Коран, выглянула. На пороге стояла заплаканная Фатима. Хотела спросить, что случилась, но золовка вдруг рухнула на пол, обхватила мои ноги и начала рыдать.
Это настолько шокировало, что я не сообразила ее поднять. Внутри все оборвалось. В голову полезли мысли одна страшней другой. Против воли кинула взгляд на люльку, Адам спокойно спал. Это привело в чувства. Подняла Фатиму.
Девушка не успокаивалась. Пришлось ее тряхнуть. Не помогло, она продолжала рыдать, заламывать руки. Ударила по щеке. Пощечина вышла звонкой и эффективной. Золовка замолчала и вытаращилась на меня черными глазами. Я пожала плечами, давая понять, что это крайняя мера, но сама получила удовольствие. Давненько мечтала шлепнуть эту козу.
Фатима всхлипнула, достала платочек и начала вытирать лицо.
– Может, скажешь, что стряслось? – спросила я.
– Амир еще не звонил? – всхлипывая, поинтересовалась она.
– Нет. Не знаю! На беззвучный ставлю, когда Адам спит, – сказала и полезла в карман за телефоном, проверить.
– Значит, ты не знаешь… Тот мужик он… Специально на тебя наехал. Его попросила… – Фатима снова зашлась в плаче.
Я всмотрелась в лицо золовки и меня накрыло осознание. Зухра!
– Но ее не было в поселке! Она после твоей свадьбы уехала, ты сама говорила…
Фатима махнула рукой и продолжила:
– Этот тип все рассказал…
Мне поплохело. Я до последнего думала, что это была случайность, человек просто не заметил меня, мало ли, может, в телефон смотрел. Испугался, уехал. Логично, понятно, человечно. А выходит меня заказали? Затошнило. Прислонилась к стене.
Фатима посмотрела виновато и добила:
– А ведь я подозревала! Но боялась оговорить. До этого случая Зухра снова начала со мной общаться. И в разговорах за тебя спрашивала. Во сколько гулять ходишь с сыном, куда. Я думала это просто ревность, женский интерес. А она план составляла. Да простит меня Аллах! И ты прости! – девушка заплакала, закрыла лицо руками.
Я с трудом отлепилась от стены, подошла к Фатиме, обняла. Злости больше не было. На золовку, а Зухра и так себя наказала. Представила, что ее ждет и поежилась.
Зухра
Дочитала сообщение и отбросила телефон. Слабак! С силой потерла лицо, не заботясь о макияже. Какая теперь разница? Рухнула на кровать и прикусила губу до крови. Что делать? Бежать? Куда? Жить подобно трусливой крысе? Нет. Не дождутся. Я – Зухра! С детства получалось все по-моему, что же пошло не так? Где я ошиблась?
Младшая дочь богатого отца с известной фамилией. Росла в любви и обожании. Моя жизнь была распланирована с детства, но потом я встретила Амира и влюбилась. Привыкшая получать все и сразу, тогда я впервые столкнулась с невозможностью получить желаемое. Амир не обращал на меня внимания.
Но я – Зухра! Я не из тех, кто пасует перед трудностями. Сдружилась с Фатимой, стала вхожа в их дом. Очаровала его родителей воспитанием, скромностью. А кто бы знал, сколько денег я оставляла в салонах перед походами к ним в гости! Но все тщетно. Он меня не видел, зато я все больше зацикливалась. Скольким женихам отказала! Состоятельным, успешным, из уважаемых семей!
Мне нужен был только Амир. Настолько, что перешагнула через гордость и согласилась пойти второй. После русской! Отца чуть удар не хватил, но я умею настаивать на своем. Верила до последнего, что он разведется со своей первой. Подключила все обаяние, чары, связи и деньги отца. Я была готова заплатить любую цену, лишь бы он стал только моим! Но та меня обогнала, родила сына. Тварь!
От злости подскочила и прошипела:
– Ия… Не-на-ви-жу!
Все из-за нее! Амир бросил, выгнал из дома! Развелся! Никогда в жизни меня так не унижали. В груди запылала ярость. Я подошла к столу, дрожащей рукой налила в стакан воды из графина, сделал глоток. Выглянула в окно.
Как? Как любовь превратилась в жгучую ненависть? Я жаждала мести. Мечтала причинить Амиру боль, унизить, растоптать. Кипевшая кровь требовала убить ту, которую предпочли мне.
Узнать о привычках его женушки было легко, как и подговорить Аслана, одноклассника, что любил меня со школы. Этот дурак поверил, что я выйду за него замуж. Ничтожество!
Специально заранее уехала к тете, Аслан нашел машину и сделал, о чем просила. Только облажался. Ия должна была сдохнуть. Как и ее выродок. Мало того, этот червяк пошел и признался! И теперь я сижу и жду, когда за мной придут.
Жалею ли? Только об одном – что не удалось довести задуманное до конца. И отца жалко, не знаю, как посмотрю ему в глаза. От такого позора семья не отмоется… Прижалась лбом к стеклу. Тетя жила в квартире на пятнадцатом этаже. Люди с этой высоты казались ничтожными. Как я. И моя жизнь.
Открыла окно. Вздохнула холодный воздух. Посмотрела вниз. Разве это страшнее, чем посмотреть в глаза отцу и увидеть отвращение на лице Амира? Нет. Мне не страшно. Я – Зухра!
Глава 43
Амир вернулся взбудораженный. Метался по комнате, не в силах успокоиться. Новость о Зухре его ошарашила. Супруг знал ее с детства и не принять, что эта красивая, гордая девушка решится на преступление. Да еще на такое подлое…
Подельник Зухры сохранил все переписки и, по словам мужа, его чуть не вывернуло от стыда, когда он их прочитал. Амир не мог поверить, что это писала его жена, пусть и бывшая.
– Она же мусульманка! Да, этническая, но вера, какие-то понятия были! Как? Как она могла пойти на такое? Не понимаю! – доказывал мне муж, хотя я не спорила и вообще ничего не говорила.
А потом нам позвонили и сообщили, что Зухры больше нет. Муж, золовки, свекры впали в шок. Самоубийство для мусульман – большой грех. А я сразу подумала о ее родителях, бедные! Вот кого действительно жаль. На Кавказе нельзя думать лишь о себе. За тобой вся семья, фамилия, и в горе, и в радости, и это не только поддержка, но и ответственность. И если один наследил, от позорного клейма страдают все…
Суд прошел быстро. Виновник