Взгляд у него горел решимостью.
— Это тайна? — уточнил я. Что-то было у него такое в выражении. — Твой способ?
Алекс ответил молчанием. Ну я все понял.
— Прибереги, — сказал я. — Я сам разберусь, точно тебе говорю. Но я оценил, если что. Все, давай!
После этого я побежал уже со всех ног. Опередил по пути группу псиоников, которые шли этой же дорогой. Кстати, интересно, их-то куда вызвали? Коммода же не было на месте? Может, вернулся уже?
Хотя по барабану. Мне самому нужно было успеть.
Выбежав на улицу, я быстро оглянулся по сторонам, но ничего необычного не заметил. Как именно я должен был тут получить оценку по Стихии оставалось совершенно непонятно. Но вроде бы я был в нужном месте.
Вскоре мимо прошли псионики. В том числе Гордиан и близнецы Тит с Тимусом. На меня взгляды бросали, но заговаривать никто не стал. Уже уверены, что я дальше не пройду? Ну и зря. А я уверен в обратном. Процентов на девяносто девять уверен. На девяносто восемь самое меньшее.
Хмыкнув этой мысли, я немного отошел с прохода. Встал в нескольких метрах от забора, за которым блестели далекие точки звезд. Оглядываясь, заметил чуть вдалеке Ханну Ветрову с братом Лукасом. Они тоже как будто маялись без дела. Подумал, подойти к ним, раз уж все равно жду, когда заметил еще одну парочку, вышедшую из замка.
Обратил на них внимание, потому что они явно искали меня. Во всяком случае, наткнувшись взглядом, оба тут же направились ко мне.
— Михаил Звездный, — раздалось в мою сторону.
Ого!
А я уж думал, что это Пашка Бекелев (2) говорит надменно. Да по сравнению с этим он просто свой в доску!
Тут мое имя едва ли не как оскорбление прозвучало.
Ответил я вежливым взглядом. Меня же ни о чем не спросили.
— Я Валор из Диадемы Теней, — проговорил аристократ.
Да, перстня у него на руке не было, но тут других вариантов просто не имелось. Всю кожу «Валора из Диадемы Теней» покрывала мелкая вязь светящихся красным татуировок. Краской от него тянуло так, будто он только что принимал с ней ванну. И даже вытереться особо не успел.
Рядом с ним, уставившись головой в пол, стояла… как же звали… в общем, та девчонка, которую я видел на мистике. Она тоже была вся в татуировках. Разве что на ней вязь была не такая плотная, как на этом Валоре.
— Ну?
Отделаться от типа хотелось поскорее. Ощущение явно говорило, что я здесь не ради него.
— Эта ничтожная Чель Бару, — скривившись, татуированный небрежно кивнул в сторону стоявшей за его плечом девчонки. — Она говорит, что имела с тобой дело. Это правда?
А, видимо, она как-то сумела объяснить, что я ей тогда помог на мистики. Да, все-таки эти заклятия тайны — временная мера. Все равно будет постепенно утекать информация.
Вот только сейчас мне не до этого.
— И? — я сделал ответ еще на одну букву короче.
Валор снова смерил меня предельно недовольным взглядом. Потом процедил:
— Диадема Теней всегда отдает долги.
На его руке вспыхнула одна из татуировок и в ладони у него возникла какая-то небольшая шкатулка, также украшенная мерцающей татуировкой.
Он протянул шкатулку мне.
Я открыл. Внутри оказался десяток монет из Окрашенного Металла. Только не имперских пятипроцентовиков, а каких-то других. Степень Окраски у них явно была больше. До десяти процентов не дотягивала, но до семи-восьми точно. Получалось, что у этой Диадемы даже собственная монета была? Надо будет навести про них справки.
— Долг этой ничтожной погашен? — проговорил Валор.
Ничтожной? Интересно, что этих двоих за отношения?
Ну а касательно денег. На вскидку, если это монеты-сотенки, то в переводе на пятипроцентовики будет не меньше двух с половиной тысяч. Наверное, даже ближе к трем.
С учетом, что я с девчонки вообще ничего брать не собирался — более чем достойно.
— Да, обращайтесь. В следующий раз скидку сделаю.
Глаза аристократа сверкнули. Вот уж кто явно был не любитель шуток. Но больше он мне ничего говорить не стал.
Резко развернувшись, он зашагал в сторону замка. Девчонка, бросив на меня испуганный взгляд, торопливо посеменила за ним.
Ограничившись негромким «н-да», я тут же выкинул их из головы. Ну и пока было время, стянул с себя все-таки скафандр и запаковал его обратно в сумку. После снова сверился с ощущениями.
Все явно говорило, что уже вот-вот. Буквально минута или около того.
Я снова заоглядывался по сторонам. Но ничего особого не заметил. Комм показывал, что до конца учебного времени и начала собрания в Большом Зале еще пара часов…
Но чувство было однозначное.
Что-то должно было произойди прямо здесь. Что-то важное для меня. И, может быть, даже не только для меня.
Я снова бросил взгляд на Ханну с Лукасом, которые сидели неподалеку. Мелькнула мысль выпнуть их отсюда куда-нибудь. Но только мелькнула. Из замка успело выйти еще с полтора десятка учеников. К преподам вызвали далеко не всех. Ну и остальные начали просто от скуки маяться. Поодаль стояла группа небольшая псиоников. Выйдя из замка, двинули куда-то в сторону физподготовки несколько Диких…
Я все-таки подошел к Ханне и Лукасу. Они к тому моменту уже были не один. Рядом с ними стояла Эрика Бишоп, которую я пару дней назад провожал до кабинета мистики.
— Привет, — поздоровался я. — Вы тут ничего странного не видели?
— Я парня в скафандре видела, — ответила Ханна. — А так даже не знаю…
— Смешно, — посмотрел я на нее.
Она в ответ пожала плечами. Ну а стоявшая рядом Бишоп улыбнулась, сверкнув своими необычными глазами.
— Извини, не удержалась, — ответила Ханна.
— Ты про что-то конкретное? — спросила Эрика.
— Нет, — глянул я на нее.
— Тогда тут почти все странное.
— Пожалуй.
Я чуть помолчал. Снова обернулся вокруг, и снова ничего. Гм…
— А где твоя подруга? — спросил я Эрика.
До мистики я ее вместе с еще одной стихийницей проводил.
— Лариса, — отозвалась она.
— Да.
— Она не вернулась.
Блин. Криво получилось.
— Мне жаль, — сказал я.
В ответ девчонка кивнула. Добавила:
— Я надеюсь, что с ней все в порядке. Просто не успела к порталу.
Я кивнул. Хотя скорей всего, конечно, было не так. Чем дальше, тем очевидней становилось то, что директор не врал, когда говорил, что все ученики были спасены от смерти. В случае со мной он, конечно, не угадал. У меня был Старик. Но если бы не было, то по-разному могло бы закончиться.
— Каждый день кто-то не возвращается, —