— Ну а что, Люцифер всё равно находится не в этом отражении, да и кольцо с непонятным пленником дарить будет неприлично, вдруг там совсем не Оркус? — Бель погрузилась в себя, расфокусировав зрение. Все затаили дыхание, ожидая, что она скажет.
— Это не Оркус, а тот самый ушлый метаморф, что задумал захватить тело Оболенского. Он подумал, что только ради очень ценного человека столько народу готовы были рисковать своей жизнью. Поэтому и предложил печать замены сознания, дабы незаметно вселиться в уникального парня. Но вот удержаться в теле человека, не обладающего никакой магией, ему, к сожалению, не удалось. Метаморфа выкинуло из тела, видно, тот самый эликсир «Вечного покоя» подействовал. А вот душа Маклауса смогла остаться, заместив собой душу Оболенского, — приоткрыла Бель завесу над произошедшими событиями. — Значит, Оркус снова сбежал в теле этого Маклауса. По его следу сто́ит пустить ищейку, если удастся найти хоть одну его вещь.
— Осталось понять, куда делась душа Оболенского, не думаю, что он так быстро отправился на перерождение, — Бель снова воззрилась на Кайлу, так как только она могла видеть не упокоенные души.
— Его в этом здании нет, во всяком случае его призрака я не вижу, — пожала плечами девушка. А Маркус решал, стоит ли всем открывать секрет, что смог спасти и сохранить его душу. В итоге ребята решили переписать прошлое и вернуть Оболенского вновь в своё тело.
— Если честно, то вы уже три раза пробовали отмотать время назад, исключили и эликсир, и печать, и даже приворотный тортик, результат всегда один — Оркусу удаётся сбежать, а душа Оболенского остаётся без тела, — ошарашила Фросечка всех своим откровением.
В клубе вновь воцарилась гробовая тишина, задачка почему-то не хотела решаться…
А это значит, что всё дело во мне, именно я всеми силами пытаюсь покинуть тело, так же как Оркус стремится сбежать. Он оставил в моём сознании, то есть в бессознательном, простую директиву — умереть в любом случае. Даже если я вновь вселюсь в своё тело, то с большой долей вероятности вновь в скором времени погибну. Но занять свою оболочку всё же стоило. Так, у меня появится шанс найти закладку с помощью Смирнова и выдрать её с корнем, дабы в будущем не мешала жить.
— Маркус, а ты можешь меня выпустить и вновь активировать печать переноса сознания? Мне нужно с помощью гипноза переформатировать свои мозги, а без тела сделать этого не получится, — обратился к дракону, что поддерживал меня всё это время на ментальном уровне.
Маркус мысленно попросил Орлова активировать печать переноса сознания, он как раз находился в клубе в момент её начертания. Пентаграмма сработала, перенос произошёл мгновенно и безболезненно. Я снова очутился в своём теле, и снова мне жутко захотелось спать, а ещё лучше умереть, так как я смертельно устал. Пока не хотел никому говорить о своём возвращении, хотелось узнать, к какому ещё решению смогут прийти мои безбашенные спасатели.
Когда ребята решили в очередной раз вернуть всё как было, уже не пытаясь извлечь из меня Оркуса, то пришлось признаться, что я благополучно вернулся. Ребята вновь повисли на мне, словно виноградные грозди. Девушки даже расплакались. Маркус всё же решил признаться, дабы ни у кого больше не осталось сомнений в моём возвращении.
— Никому не говорил, что во время путешествия мне удалось войти в чертоги накопленных знаний драконов и пройти испытание. Смог изучить заклинание «Мнимой смерти», что сразу же наложил на Оболенского, если вдруг что пойдёт с ним не так, — рассказывал Маркус, а я вспомнил, как он меня крепко при встрече обнял, даруя тем самым шанс не умереть окончательно. — Ещё стал ловцом душ. Могу теперь помещать в клетку воли любую душу на время, дабы потом её вернуть или запечатать в камень. Это я нашёл и поймал душу Оболенского, когда она собиралась уже вознестись. Сейчас, чтобы не возвращать Оркуса снова, активировал печать замещения, поменяв души местами.
— Ну хоть что-то у нас получилось нормально, — выдохнул Трубецкой, хлопая меня по плечу. Видно, до сих пор не мог поверить в моё возвращение.
— Ты больше, бро, не оставляй нас, пожалуйста. Без тебя и без артефактов последнего шанса мы долго в иных мирах не протянем, — пожаловался Татищев, что вообще был всегда впереди планеты всей, если речь шла о том, чтобы подраться.
— И мы очень скучали без тебя, без своего командира, — покраснев, произнесла за всех Елизавета Нарышкина.
Меня снова обняли и принялись тискать в объятиях.
— Ну всё, надеюсь, всё с ним наобнимались? Тогда дайте человеку поспать, он с ног просто валится, — продиагностировала моё состояние Клавдия.
— Да без проблем, пусть себе спит на здоровье, но только на наших глазах, — махнул рукой Морфей, и я провалился в глубокий сон и совершенно не слышал, как ребята продолжили отмечать моё успешное возвращение. Как Кайла приготовила очередной артефакт, в которой и поместила душу настоящего Маклауса. Как снимала Ворона с меня своё приворотное зелье, на чём настояли Анастасия с Таисией. Девчонки в клубе чуть из-за этого не поссорились. Как Бель призвала гончую и отправила по следу Оркуса, что сбежал в теле Маклауса. Как замывали все дружно пентаграмму обмена души, дабы ненароком снова её не активировать. Как бережно перенесли меня вместе с диваном чуть подальше, чтобы не мешать своими нетрезвыми голосами. Орлов даже вернул диджея, велев ему поставить тихую спокойную музыку. Не слышал я и рассказов друзей, что в красках описывали свои приключения. Я всё проспал, очнувшись в собственной кровати, спустя пару дней. Возле постели сидела Клавдия, что наблюдала за моим восстановлением и помогала тканям регенерировать. Сейчас уже можно было восстановить все узлы и меридианы, дабы вновь обрести свои способности, став снова магом, но используя по-прежнему накопители.
— Долго же ты дрых, словно до этого тебе неделю спать не давали, — Клавдия прямо в воду глядела, Параноидус готовил меня к ментальному поединку, не давая удовлетворить простые человеческие потребности. Это должно было либо сломать мою волю, либо укрепить основательно. — Как себя чувствуешь? Я сейчас про душу, а не про тело спрашиваю. Внешне ты абсолютно здоров, но