— Охренеть, как это у тебя получилось, Ларик? Ты же настоящий вундеркинд! С первой партии обыграл практически профессионала, — Михаил был сильно поражен моим успехом.
— Ну, про профессионала ты, брат, загнул. Не так часто выигрываешь у меня, — скептически отнесся к высказыванию Александр. — Вот если и меня выиграет, тогда тушите свет, признаю Ларика гением.
Снова расставляем шахматы и приступаем к игре. Петля еще в откате. Мне не хватает часов на руке, чтобы вовремя ее запускать, но стараюсь интуитивно отслеживать этот момент. В середине игры чувствую, что опять победа на моей стороне, врубаю петлю. Не меняя стратегии, благополучно обыгрываю даже Александра, но потом отматываю время назад и снова допускаю три грубейшие ошибки. Брат действительно оказался умнее, пользуется моими промахами и побеждает меня.
— Не такой уж он и гений, хотя признаюсь, что в середине игры думал, что уже проиграл, — улыбается брат. — Но ему просто не хватило опыта. Мы с тобой давно играем, а он впервые.
Скоро нас прервали, служанка позвала на обед, который пропускать никто не собирался. Братья не стали трепаться о моих успехах, ведь результат получился неоднозначным.
После обеда приехал мой репетитор. В комнату вошли матушка и стройная миловидная девушка, похожая в очках на строгую учительницу начальных классов.
— Ларик, познакомься, это Ольга Павловна, она подтянет тебя по всем предметам с первого по пятый класс, — матушка представляет репетитора, после чего удаляется, оставляя одних заниматься.
Я же сглатываю, осматривая моего учителя. Ольга Павловна за счет очков без диоптрий старается выглядеть старше своих лет. На самом деле, она ненамного старше сестры Машки, возможно даже ровесница. Белая рубашка, темная облегающая юбка по колено, длинные ноги, затянутые в прозрачные чулочки и волосы, собранные на голове в пучок. Мне нравится, что молодая учительница соответствует дресс-коду, а не пытается меня соблазнить. Строгая внешность и внешняя холодность позволит мне не сильно отвлекаться от занятий. Хотя, что я там еще не знаю? Все учебники до пятого класса мной уже пройдены. Поэтому обучение будет тем еще испытанием для меня.
Мы садимся рядом за письменный стол, она выкладывает гору учебников и приступает к занятиям. Букварь мы с ней проходим за десять минут, она делает отметку в своем блокноте. Далее приступаем к письму. Сейчас мой почерк весьма образцовый, она хвалит меня за красивые буквы, ставя еще одну галочку в записной книжке. Потом учит цифрам и простым примерам на сложение и вычитание. Это тоже осиливаем за полчаса. Мне немного скучно заниматься такими примитивными вещами. Запускаю петлю и пытаюсь ее удивить, пересказываю учебник по «окружающему миру» от корки до корки. Ольга Павловна явно шокирована.
— А мне сказали, что вы только на днях научились читать и писать. А у вас еще и феноменальная память, — мне приятны ее слова, но, кажется, немного перестарался. Откатываю время назад и просто любуюсь девушкой, когда она рассказывает новый урок своему ученику. За час проходим все основные предметы и даже урок рисования.
Хрономаг развит всесторонне. Он умеет как рисовать, так и петь и даже играть на множестве инструментов. Поэтому мне приходится нелегко изображать подобие рисунка, соответствующего моему начальному развитию. Служанка приносит нам чаю с пирожными, чтобы сделали небольшой перерыв и отдохнули от занятий.
— Илларион Илларионович, вы выдающийся ученик, мне кажется, что твои родители недооценивают возможности своего сына. Мы такими темпами можем пройти уроки за первый класс всего пять дней, — вот сейчас она меня сильно огорчила. Я хотел уже сегодня закончить с этим примитивом.
— А давайте, Ольга Павловна, мы с вами поднатужимся и попробуем это сделать за один день, а родителям пока говоритьне будем, а то не поверят, — подмигнул милашке, отчего она смутилась и покраснела.
— Хорошо, но если справитесь, то почему бы и нет? — неохотно согласилась учительница. А я, с одной стороны, желал побыстрее разделаться с примитивной программой, а с другой, не хотел раньше времени расставаться с серьезной девушкой, которая так мило краснела в моем присутствии. Опять дилемма.
Еще за два часа мы добили все учебники по арифметике и русскому языку, а также по «окружающему миру». Ольга Павловна была несказанно довольна моими познаниями и своим продуктивным обучением. Да и я не жаловался, получал эстетическое удовольствие, созерцая милое создание, вдыхая аромат ее духов и молодого тела. Старался не слишком палиться, посматривая на грудь второго размера, родинку на шее и стройные ножки под столом. Правда, делал это украдкой, чтобы не вгонять в краску усердную учительницу.
Программу пяти классов мы прошли не за пять дней, так сильно палиться я не стал, а за неделю. При этом много разговаривали на отвлеченные темы. Узнал о предпочтениях Ольги Павловны. О ее личной жизни, которая из-за больших нагрузок в учебное время, совсем не складывается. О домашних питомцах, о хобби, да еще о многом. Свободного времени с уникальным учеником, как я, у нас оставалось предостаточно.
Братья не раз расспрашивали о ней, пришлось представить друг другу. Они даже по очереди пригласили учительницу на свидание, но она им почему-то отказала. Странно, свободная молодая девушка без родового сословия отказывает двум сыновьям графа. Вроде умная барышня, но упускает возможность наладить взаимовыгодные отношения. Но в чужую голову ведь не залезешь, поэтому решил, что она просто постеснялась появляться на людях в обществе с титулованными дворянами.
Матушка во время летних каникул в местной школе организовала мне промежуточные экзамены для окончания начальных классов. Ольга Павловна, как мой персональный преподаватель, согласилась меня сопроводить. Мы с утра выехали на нашей личной машине с водителем в сторону школы. Девушка немного переживала о моих результатах, а я просто наслаждался ее присутствием последний день. Чтобы как-то скрасить поезду, решил спросить.
— Ольга Павловна, извините за нескромный вопрос. Почему вы, обладая свободным временем в каникулы, отказали моим братьям в свиданиях? — ну а что, мне было весьма интересно, тем более что это последний день, когда об этом могу спросить.
— Ох, Илларион Илларионович, вы правы, ваши братья весьма достойные и благородные молодые люди, — она тяжело вздохнула. — Но я их совсем не знаю, а с вами мы уже хорошо знакомы.
Вот тут я