Тонкие пальчики спустились с плеч на пуговицы рубашки. Она растегивала пуговицу за пуговицей и вот моя рубашка уже полетела на пол, следом за ней одежда Мати. Она осталось в нижнем белье.
Розовый комплект с легкой кружевной оборкой, скорее милый нежели эротичный. Но для моего воспаленного мозга это бельё оказалось чем-то запредельно сексуальным. Захотелось как можно скорее его стянуть.
Крепко удерживая девушку в руках, поднялся и уложил её спиной на диван, а сам расположился в ногах.
Провёл кончиками пальцев по ноге, от лодыжки до колена, а затем наклонился и поцеловал. Сначала колено, затем немного выше, а потом и вовсе начал покрывать поцелуями каждый миллиметр. Поднимаясь выше по ноге, заменил губы языком. Прочертил влажную дорожку по внутренней стороне бедра.
В комнате фоном шла песня Криса Айзека, на секунду отвлекся посмотрев на экран. Там двое влюбленных ласкали друг друга на пляже, им было хорошо, но точно не лучше чем нам. Подумал что под такую песню нужно заниматься любовью, а не сексом и отвернулся к Матрёне.
Она тяжело дышала от чего грудь девушки высоко вздымалась и опускалась. Прошёлся голодным взглядом по сексуальному телу, она потрясающая, невероятная и никуда не отпущу её.
Лёг сверху, слегка придавливая и начал ласкать шею. Спустил бретельки бюстгальтера, а потом щелкнув застежкой и вовсе выкинул его на пол. Туда же полетели и её трусики и остатки моей одежды.
Поднял с пола бутылку виски, чтобы смочить пересохшее горло.
— Дай мне тоже, — хрипло проговорила Матрёна.
Протянул бутылку и наблюдал, как она делает глоток, морщится и возвращает напиток. Отставил виски и рывком поднял Мати с дивана. Она вскрикнула от испуга и вцепилась в мою шею.
— Ты чего?
— Мы продолжим в спальне.
Опустил её на кровать, отошел от неё чтобы надеть защиту, а вернувшись, вновь начал целовать.
Я прекрасно понимаю, что сегодня Матрёна маловероятно получит удовольствие, но мне хочется чтобы болезненное ощущение было минимальным. Заласкал её и зацеловал так, что она не могла спокойно лежать, всё извивалась подо мной. Слегка прикусил её губы и вошёл в неё одним резким толчком.
Мати распахнула глаза, с губ сорвался тихий стон.
— Прости. Без боли никак, — прошептал у самых губ и вновь впился в них.
Начал двигаться. Медленно и плавно сначала и на высоких скоростях в конце. Оргазм был сокрушительным, в глазах на мгновение потемнело, а потом тело прострелило судорогой удовольствия.
Немного отдышался и скатившись с кровати, подхватил Матрёну на руки и понёс в ванну.
— Ты так и будешь таскать меня на руках? — смущенно спросила она.
— Вообще планировал.
Мы быстро приняли душ и вернулись в кровать. Протянул к себе Мати и поцеловав в макушку, прикрыл глаза.
Глава 11
Матрёна
Просыпаюсь от того, что мне жарко. Распахиваю глаза и оглядываюсь по сторонам. Я точно не в своем номере. Требуется всего несколько секунд, чтобы вспомнить что было вчера. И щеки тут же начинают полыхать от дикого смущения.
Боже, неужели вчера это была я? Вела себя как какая-то распутница, но совсем не жалею об этом. Мне кажется что влюбилась в Демида в тот самый момент когда наши глаза встретились. Сердце пропустило удар, а потом понеслось галопом.
И я позволила себе отпустить все тормоза. Пусть это будет моё маленькое летнее приключение. Буду наслаждаться каждой минутой проведённой рядом с Демидом. А потом я вернусь в родной город и всё будет как обычно: учёба, дом, друзья.
Я решила что потеря девственности с тем, от кого подкашиваются ноги, появляется тахикардия и земля уходит из-под ног это то о чём можно только мечтать. И пусть первый раз всегда болезненный и финал не принёс удовольствия, сам процесс вознёс меня на седьмое небо.
Демид был нежен и очень осторожен, каждое его прикосновение дарило фантастические эмоции. Каждый поцелуй разряды тока под кожей. Сбитое дыхание и учащенный пульс. У меня только от воспоминаний пересыхает во рту.
На моей талии лежит его рука, а сама я крепко прижата к его натренированному телу. Спиной ощущаю его размеренное дыхание и сердцебиение.
Осторожно переворачиваюсь и заглядываю в его лицо. Он совершенно безмятежен и спокоен. Рассматриваю его и провожу ладонью по щеке. Кожу показывает жесткая щетина, улыбаюсь. Ему так идет эта лёгкая небритость, добавляет в его образ брутальности. Не могу перестать любоваться им и не удержавшись касаюсь своими губами его.
А потом осторожно подняв его руку, выбираюсь из постели. Думаю мне пора вернуться к себе. Скорее всего у девчонок будет масса вопросов ко мне. Смотрю на спящего мужчину и развернувшись, начинаю собирать свои вещи. Одеваюсь и покидаю его номер.
По коридору иду тихо и озираясь по сторонам как преступник. Не хочу чтобы меня кто-то увидел. Хотя мне совсем не стыдно, но страшно представить, что люди могут обо мне подумать. Хорошо сейчас в пансионате ещё совершенно тихо — все спят. Открываю и вхожу внутрь, закрываю дверь и развернувшись сталкиваюсь нос к носу с Крис.
Чёрт! Так нелепо быть пойманной на горячем. Чувствую себя нашкодившей пятиклашкой, которую мама застала со своей косметикой. Но с другой стороны хорошо что это Кристина, а не Стеша. Рыжик сделает вид что ничего не заметила, а вот Стефания потребовала бы подробностей. Поэтому после парочки фраз подруга отпускает меня к себе в комнату.
Переодеваюсь в легкую пижаму и забираюсь в кровать. Засыпаю буквально через пять минут. А просыпаюсь от того, что на меня кто-то смотрит. Этот взгляд такой осязаемый что даже с закрытыми глазами чувствую его. Начинаю шевелится и перевернувшись, ложусь на спину.
— Почему ты ушла? — слышу голос Демида и открываю глаза.
Он сидит на кровати рядом со мной и внимательно смотрит на меня. Усаживаюсь на кровати, подтянув к груди ноги.
— Привет, — тихо здороваюсь, пытаясь подобрать слова.
— Я думал у нас всё отлично, а утром проснулся в кровати один. И судя потому, что твоя половина кровати была холодной — ушла ты давно.
— Как долго ты тут сидишь? — спрашиваю, игнорируя его вопросы.
— Какое-то время, — уклончиво отвечает Демид. — Так ты мне ответишь?
— Хотела незамеченной попасть к себе, чтобы избежать расспросов.
— Можно подумать тебя это спасёт. Моя племянница обязательно устроит тебе допрос. Так что твой уход из моей кровати был глупостью.
Теребила руками одеяло