— Ты когда-нибудь слышала о камнях памяти, Белла?
Камни памяти! Да, госпожа Летиция, преподавательница истории, рассказывала нам об этих редких артефактах. При помощи заклинаний маги научились сохранять свои наблюдения или даже сны — они записывали их на кусочки особого минерала. Потом можно было активировать эти камни и просмотреть всё, что в них заключено. Неудивительно, что стоили эти камни целое состояние!
— Да, но я никогда не видела их, — ответила я, продолжая озираться.
Это была не только библиотека, но и хранилище артефактов. В глубине помещения обнаружились столы с причудливыми устройствами, на стенах были развешаны утыканные флажками карты.
Я невольно подумала о папе — он был одним из тех, кто рисковал жизнью, добывая для Коллегии магов все эти зачарованные штуки. Кто знает, может, в хранилище Майрона есть предметы, которые раздобыл мой отец? Впрочем, меня сюда привели явно не затем, чтобы напомнить о родной семье.
— Я хочу показать тебе кое-что, — недобро улыбнулся Первый чародей, цепко оглядывая шкафы.
«Показать? А разве вы не собираетесь избить меня, как Лиру и Дею, или запустить молнию мне в живот?» — подумала я и сердито сцепила зубы. Этот маг улыбался всегда, когда придумывал новое издевательство. Ожидать от него порядочного поведения не стоило. Я молчала.
— Тебе совсем не любопытно? — спросил меня он.
— Думаю, это что-нибудь гадкое или опасное, ничто другое вы не назвали бы изысканным.
— Дерзкая Белла! Ты уже две недели живёшь во дворце, но до сих пор не уяснила, как следует обращаться к тем, кто выше тебя по положению. И старше.
— Напротив, я учусь быть принцессой Реджиной, — возразила я. — Она учтиво разговаривает с вами?
«После того, как вы превратили её бедного поклонника в говорящего зомби!» — закончила я про себя. Впрочем, Майрону понравились мои слова. Его чёрные глаза вспыхнули скрытым огнём.
— Ты угадала. Принцесса меня не жалует, — вдруг признался Майрон. — Нет, вовсе не из-за того мальчишки, с которым ты познакомилась в коридорах. Злые языки болтают, будто королева зря приблизила меня ко двору. Будто я ей навредил. Бред! В этом паучьем гнезде все пытаются друг друга сожрать, а если нет — хотя бы укусить побольнее.
— Но ведь королева давно умерла…
— Я к этому не причастен! Бедняжка была слабой с самого детства, а король Ренвик, несмотря на это, требовал от неё рождения наследников. К сожалению, мальчики, которых она производила на свет, умирали в течение первого же месяца. Выжила только малышка Реджина.
— Можно понять, почему король так дорожит дочерью, — кивнула я.
По-человечески я, конечно, понимала и жалела нашего правителя, но каждый день мне в голову закрадывалась одна и та же недостойная мысль: а почему я? Почему именно я стала той, кому суждено спасти Реджину от ужасного брака с драконом? Я ведь тоже хочу жить!
В руках магистра Майрона оказался камень памяти. Он поднёс его к источнику света и повертел в длинных пальцах. Тёмно-зелёный, словно болотная вода, камень заключал внутри себя серебряные искорки. Маг повернулся и вложил артефакт в мою ладонь.
— Здесь воспоминания об Огненной войне, — сказал он. — Ты ведь изучала историю и знаешь, что почти сто лет назад армия драконов пересекла Недремлющее море и напала на Альмеранию. Маги из Коллегии успели кое-что увековечить в записях.
— Почему вы хотите, чтобы я увидела эти записи?
Зачем я спрашиваю? Как будто не понятно — Майрон нашёл новый способ вывести меня из душевного равновесия, решив, что пугать хлыстом — это слишком просто!
— Чтобы ты поняла, наконец, что представляют из себя драконы. Закрой глаза и сосредоточься.
Я опустила веки и мгновенно провалилась в чужие видения. Меня словно перенесло на балкон высокого здания, с которого открывался вид на пылающий город. Всё вокруг было объято огнём и чёрным дымом. Горели дома и деревья, экипажи и заборы. Кричали люди, я видела мечущиеся по улицам фигурки, слышала надрывный плач и призывы о помощи. Но что я могла сделать? Это было лишь воспоминание.
В небесах с бешеным рёвом носились огромные, сверкающие чешуёй ящеры. Я видела, как маги, стоящие на других балконах, направляли в них молнии и ледяные стрелы. Откуда-то знала, что огненные шары драконам нипочём.
На крыше уцелевшего здания королевские гвардейцы заряжали самострел. Раздался громкий щелчок — и вот ящер с пробитым крылом, кувыркаясь, полетел вниз, грохнулся наземь, придавив собой нескольких жителей. Драконы наступали, но и мы не сдавались! Ещё двух крылатых тварей удалось достать заклинаниями, последнее было моим — точнее, того, в чью память я проникла.
А потом меня резко развернуло, и я увидела перед собой здоровенного воина в алой чешуйчатой броне. Его жёлтые, с вертикальным зрачком глаза вперились в меня. В руках дракона был окровавленный меч, но он не поднял его. Свободной рукой он схватил меня за грудки и одним мощным движением выкинул с высокого балкона. Страшная боль пронзила спину и голову. Последнее, что я увидела, — кусочек голубого неба, мелькнувший среди клубов густого дыма, а потом всё померкло.
— Драконы жестоки, — как ни в чём не бывало произнёс Майрон, расхаживая по хранилищу. — С ними нельзя договориться. Их нельзя разжалобить, потому что у них нет чувств.
Я хватала ртом воздух. На языке до сих пор ощущался вкус горького дыма и крови.
— Это кошмар! Они убивали и жгли всех подряд! — выдохнула я и закашлялась.
— Да, Белла. Поэтому я хотел, чтобы ты увидела их истинное лицо. И не обольщалась, думая, что тебя ждёт сладкая жизнь в Драскольде.
— Я и не обольщаюсь, — огрызнулась я. — Разве меня выдают замуж не для того, чтобы избежать новой войны?
— Именно для этого, — кивнул довольный Майрон.
Вот сволочь, всё-таки достал меня! Он протянул руку и почти заботливо стёр большим пальцем слезу, бежавшую по моей щеке. Что и говорить — я была впечатлена до глубины души. Меня всю трясло от страха и негодования.
— Отпустите меня к себе, магистр! На сегодня с меня достаточно!
— Что ж, ступай. Но не забывай, что Ночь Драконьих огней приближается с каждым днём.
Я и не забывала. Ещё много ночей подряд меня терзали чужие воспоминания об Огненной войне. Просыпаясь, я продолжала слышать крики горящих заживо людей и злобное рычание драконов.
Днём я отвлекалась на учёбу. Леди Миранда дрессировала меня ежедневно, позже к ней присоединились учителя танцев и верховой езды. Теперь я даже радовалась усталости: она позволяла отвлечься