Резко остановившись, я огляделась. Это была круглая просторная комната, которая, похоже, занимала всю ширину башни, в которую я поднялась.
Комната была пуста и похожа на пыльный старинный кабинет или библиотеку. Большой стол у окна-бойницы, стеллажи с книгами, пыльный ковер на полу.
Я прошла вглубь, ничего не понимая. Этот кто-то, кого я преследовала, спрятался здесь?
И тут раздался знакомый шорох, поступь легких шажков, такая же, как та, что я слышала в спальне Мишеля. Вдруг на стене, осветленной лунным светом, появилась знакомая уже тень. Я уставилась на нее, рассматривая получше. В ней было что-то странное. Голова существа, отбрасывающего тень, была с ушами на макушке.
В следующий миг на письменный стол передо мной прыгнул кот.
Я даже вскрикнула от неожиданности.
Черный пушистый кот со светящимися в темноте глазами, как это бывало у всех кошачьих, сделал по столу три шага ко мне. Тень на стене переместилась вместе ним и стала маленькой.
Так вот чья это была тень! Видимо, лунный свет причудливо освещал кота и увеличивал его в размерах в несколько раз.
— Ах ты! — вспылила я в сердцах. — Глупое животное!
Кот прошел дальше по столу и уселся передо мной. От его мохнатых лап на столешнице остались мокрые следы. Похоже, он ходил по балкону по снегу.
Тут же облегченно выдохнув, я опустила кочергу и сделала шаг к коту. Он внимательно, изучающе смотрел на меня, чуть склонив голову.
— Напугал ты меня, пушистик, — сказала я коту, улыбнувшись. — Зачем было гулять по балкону и потом убегать от меня?
Все же кот был нереально красив. С четной шелковистой шерстью, пушистый, с мерцающими в темноте глазами. Было заметно, что он не уличный, а ухоженный и сытый, явно жил здесь, в замке. Даже его длинная черная шерстка была расчесана и не спутана.
Не удержавшись, я свободной рукой потрепала кота по мохнатой голове.
Но вдруг вспомнила, что следы на балконе были человеческими. Я нахмурилась и обошла комнату. Она оказалась пуста, прятаться здесь было негде. Значит, тот человек, чьи следы я видела, убежал в другое место, пока я преследовала кота.
.
Глава 31
Вернулась я в спальню Мишеля расстроенная и недовольная. Это же надо так сглупить. Гоняться по замку за каким-то там котом в ночной рубашке и с кочергой. Слава Богу меня никто не заметил в таком виде.
И вообще, что этот кот делал на балконе Мишеля? Гулял? Вполне возможно. Кошки часто гуляют по ночам, ведь они прекрасно видят в темное. Это я приняла милое мохнатое существо за чудовище. А может, и Мишель тоже раньше видел кота? И он и был для него чудовищем? Ведь мне его тень тоже показалась сначала большой.
Нет, это глупость. Вряд ли мальчик мог так сильно бояться простой тени и испугаться обычного кота, пусть даже и черного.
Что-то во всем этом было не так. И я не понимала что.
И та комната в башне. Похоже, туда никто не ходил, и она была убежищем для кота.
Закрыв плотнее балконную дверь на замок, я проверила мальчика. Мишель спал. Я улеглась на свой диванчик, накрылась одеялом и на удивление быстро уснула.
Проснулась я наутро от сильного зуда. Моя рука покрылась красными пятнами, которые невыносимо чесались. Иногда у меня случалось такое. Я знала, как поступить. Надо было смазывать это место маслом с картофельным соком и медом.
Но утром я занималась с Мишелем, потому не могла посвятить время себе, чтобы сделать компресс. Потому я терпела зуд и прятала покрасневшую руку от мальчика.
Только после завтрака я наконец оставила малыша играть на ковре у камина и устремилась прочь из его спальни. Однако, выйдя из дверей, я налетела на герцога де Моранси, чуть не сбив его с ног. Носком туфли невольно пнула его трость, выбив ее из руки. Тут же наклонилась и подняла дорогую вещь, подала герцогу.
— Простите, мессир.
— Куда ты так бежишь, Дарёна? Что-то случилось? — спросил он строго, принимая у меня трость.
— Мне надо быстро приготовить лечебный компресс для руки, пока Мишель занят. Не хочу надолго оставлять его одного.
Я попыталась обойти герцога, но он выставил вперед свою трость, загородив мне путь и подозрительно спросил:
— Погоди. Ты больна?
— Нет. Всего лишь небольшое недомогание, ваше сиятельство. Вчера я чувствовала себя хорошо, а утром рука покрылась сыпью, посмотрите, — объяснила я, чуть задрав рукав. — Но не пойму, отчего это произошло. Ведь я больше не ношу серебряное колечко.
— При чем здесь кольцо? — не понял герцог, осматривая мою покрасневшую ладонь и запястье.
— О! Мой прежний хозяин, не тот, который трактирщик, а тот, что был до него, булочник. Был очень добр ко мне и на мои десятые именины подарил мне простенькое серебряное колечко. Но я не смогла носить его. Вся моя рука от него покрылась такими же красными зудящими пятнами. Мне тогда пришлось продать колечко, я купила себе новые сапожки на зиму. Потому и знаю, что не могу носить серебро, моя кожа от него плохо реагирует.
— А эта краснота у тебя по всему телу?
— Нет, только на правой руке.
— Очень странно, но, может, ты вчера прикасалась к чему-то серебряному? Может, чистила серебряную посуду?
— Нет, это делают служанки, — замотала я головой. — Я вчера и не делала ничего нового, все то же, что и предыдущие дни.
— Постой, — задумчиво произнес герцог. — Говоришь, только правая рука, покажи, докуда краснота?
— До локтя, ваше сиятельство.
Как-то странно герцог посмотрел на меня и словно задумался. Мне же не терпелось уйти, рука нещадно зудела.
— Вчера ты стояла у моей ванной, когда я… — задумчиво сказал он и тут же замялся, окатив меня горящим взглядом. Он явно говорил о вчерашнем поцелуе. — Твоя рука соскользнула в воду, вот так… и это была правая рука
Он подошел вплотную ко мне и чуть склонился, словно повторяя все те действия, что мы делали вчера в его спальне.
— Это была правая рука, вы правы, — выдохнула я тихо. — Вы хотите сказать…
— Именно это и хочу сказать.
— Я не понимаю, мессир.
— А я как раз начинаю кое-что понимать, и мне надо немедленно это проверить!
Он тут же подорвался с места и быстро, чуть прихрамывая поспешил прочь. Я пошла за ним, ничего не понимая. При чем здесь вчерашний поцелуй и