Нужно срочно к хирургу. В поликлинике его нет, поэтому отправлю пациента в приёмное отделение, чтобы пригласили дежурного хирурга стационара.
— У вас панкреатит, — одновременно начав заполнять свой осмотр, сказал я. — Сейчас отправлю вас в приёмное отделение, там осмотрит хирург. Думаю, положит в хирургическое отделение.
— Понял, — кивнул тот. — Больше в жизни шашлык есть не буду!
Я заполнил все бумаги и отдал их Лене.
— Проводишь пациента? — спросил я.
Одного отпускать его не решился, а сам не могу оставить рабочее место. Вдруг новый пациент придёт.
— Конечно, — вскочила она. — Идёмте.
Аккуратно взяла мужчину под руку и повела в стационар.
А я решил дойти до Светланы.
— Мне уже начинают надоедать все ваши придирки и ехидные фразы, — прямо сказал я.
Регистраторша подняла на меня взгляд и скрестила руки на груди.
— Вы о чём? — спросила она.
— Не притворяйтесь, — вздохнул я. — Да, вы работаете здесь недавно, но я никак не могу понять, за что вы на меня взъелись. Если это из-за того случая с записью пациентов…
— Да, это именно из-за него! — выпалила та. — Я новенькая и понятия не имела, что нужно фильтровать пациентов самостоятельно.
Так, по крайней мере у нас начало получаться что-то похожее на диалог.
— Я рассказал вам, как правильно это делать, Алиева тоже вам всё это объяснила, — напомнил я события того утра. — В чём проблема?
— А потом информация об этом дошла до Власова, — заявила Светлана. — И он на этот месяц лишил меня части зарплаты. Мол, я сходу не справляюсь со своими обязанностями.
На Власова это очень даже похоже. Не удивлюсь, если эта часть зарплаты теперь лежит у него в кармане.
— Так, — кивнул я. — Несправедливо, вы ведь только устроились. А я тут при чём?
— Вы издеваетесь? — злобно сверкнула глазами она. — А откуда бы он ещё узнал про этот случай? Мало того, что разнос мне при всей регистратуре устроили, так ещё и главврачу нажаловались!
А, вот оно в чём дело. Ну, теперь всё наконец-то встаёт на свои места.
— Я ничего ему не рассказывал, — заявил я. — Делать мне больше нечего.
— А откуда он тогда узнал? — резонно спросила Светлана.
— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Возможно, от кого-то из регистратуры. Вы сами сказали, что свидетелей разговора было много.
Я лично подозревал Алиеву. Вполне в её духе сделать вот такую подлянку, попутно и меня с регистраторшей рассорить.
— Правда не вы? — чуть тише спросила Светлана.
— Можете мне не верить, но мне просто это не за чем, — ответил я. — Да, я начал разбирать эту ситуацию сразу же, как она случилась. Потому что она не терпела отлагательств. Но выносить это куда-то за пределы регистратуры — это не в моих принципах. Мы разобрались на месте, и даже смысла идти выше не было.
Светлана внимательно на меня посмотрела, пару мгновений помолчала.
— Честно? — переспросила она.
— Честно, — улыбнулся я. — Я предлагаю уже перестать вам со мной воевать. Забудем про эту ситуацию и просто начнём работу с чистого листа. Идёт?
— Идёт, — нерешительно кивнула та. — Простите… за всё.
— Проехали, — кивнул я.
Очень большие у меня подозрения, что это всё всё-таки устроила Алиева. Это было бы вполне в её духе. Надо будет проверить.
К регистратуре подошёл новый человек, и я вернулся в свой кабинет. Работа продолжилась, ОРВИ, давление, боли в животе. Довольно много пациентов для обычного выходного дня.
В середине дня ко мне пришёл Петрович. Лёгкий запах перегара всё ещё сохранился, но выглядел он всё равно куда лучше, чем вчера. Принял душ, побрился, надел чистую одежду.
— Я пришёл, — смущённо заявил он.
— Вижу, — усмехнулся я. — Как голова?
— Раскалывается, — честно ответил Петрович. — Я это… Прошу прощения, что вчера пытался вскрыть ваш дом.
У Лены округлились глаза, но она уже привыкла задавать минимум вопросов. Чего только не услышишь на приёме у терапевта!
— Ничего, — усмехнулся я. — Завязывал бы с алкоголем. Так ты семью не вернёшь.
— А, я и это вчера рассказал… — почесал он голову. — Да я и сам знаю. Начал пить, казалось, что так легче со стрессом справиться. Работа тяжёлая, приходишь домой, бутылку пива выпиваешь и вроде легче. Потом две бутылки. Потом три. И вот. Докатился. В какой-то момент жена и ушла от меня, и дочку забрала.
— Ты ещё можешь изменить свою жизнь, — уверенно сказал я. — Для начала перестань пить. Расскажи пока про дочку, что с ней.
— Её зовут Настя, ей десять лет, — ответил Александр. — Заболела несколько дней назад, обычное ОРВИ. Температура, головная боль. Ей выписали лекарства. Но на следующий день Настеньке стало хуже. Температура до сорока поднялась, головная боль нестерпимая. Жена вызвала скорую, и Настю увезли в детское отделение, а оттуда в Саратов вообще. Сказали, менингит, вирусный. Серозный, кажется.
Менингит — это воспаление мягких оболочек мозга. Вирусный менингит протекает легче, чем бактериальный.
— Я хотел приехать, но жена сказала, что меня не пустит, — добавил Петрович. — Мол, нечего мне пьяному дочку видеть. Вот я с горя и… напился.
— Напиваться с горя — точно не выход, — заметил я. — Значит так, я сейчас узнаю, как состояние Насти. Но увидеться с ней ты всё равно сможешь только с разрешения жены. Так что думай, как мириться. И точно больше не пей.
— Хорошо, — торопливо кивнул тот. — Спасибо, Александр Александрович.
Даже по имени-отчеству меня назвал, а не просто «Саня», показывает мне уважение. Или же благодарность за помощь. Это даже приятно.
С помощью Лены я отправил запрос в детскую инфекционную больницу, и вскоре мне дали доступ к истории болезни Насти.
— Так, серозный менингит, вирусная этиология, — начал зачитывать я. — Получает противовирусную терапию, симптоматическое лечение. Состояние средней тяжести, но стабильное. Температура снизилась, головная боль уменьшилась. Прогноз благоприятный, реакция на лечение положительная. Всё будет хорошо, проще говоря.
— Правда? — с облегчением переспросил Петрович.
— Да, — улыбнулся я. — Твоя дочка — настоящий боец. Так