Однако они не знают, что это также связано с контролем. Контролем надо мной.
— Тост, — продолжает мой отец. — За будущее семьи Абрамовых.
По столу раздаётся одобрительный гул, и гости пьют, звеня бокалами. Я украдкой бросаю взгляд на Софию, сидящую рядом со мной, но её лицо остаётся бесстрастным, словно гладкая маска нарочитой элегантности. Она потягивает вино, и что бы она ни думала, для меня это остаётся загадкой.
Кажется, она не слишком расстроена из-за того, что о нашей помолвке объявили так быстро. Я сжимаю челюсти. Неужели они с моим отцом были в этом замешаны? Они вместе спланировали эту ситуацию? Я медленно дышу, стараясь сдержать гнев, который, кажется, подступает к моим краям, требуя выхода. Когда ужин заканчивается, я остаюсь сидеть, ожидая, пока другие гости пожелают друг другу спокойной ночи и разойдутся по домам. Мой отец бросает на меня взгляд, замечая, что София всё ещё неподвижно сидит рядом со мной.
— Разве ты не собираешься проводить свою новую невесту? — Спрашивает он холодным и скрипучим голосом, и я поджимаю губы.
— Хорошо, — коротко соглашаюсь я. — Мисс Моретти, я провожу вас до двери. А потом, отец... — я бросаю на него взгляд. — Я бы хотел поговорить с тобой. Наедине.
Я отодвигаю свой стул и замечаю, как София переводит слегка нервный взгляд с одного на другого. Очевидно, она ощущает нарастающее напряжение.
— Мне нужно подготовиться к свадьбе, — медленно произносит она. — Особенно если это произойдёт так скоро...
— Если эта свадьба состоится, — говорю я, бросая на отца ледяной взгляд, — то я, конечно, позабочусь о том, чтобы были выделены средства на твоё свадебное платье и всё остальное, что тебе может понадобиться.
— Включая наш медовый месяц? — Она наклоняет голову, с тревогой глядя на меня, а я смотрю на неё, резко качая головой.
— В медовом месяце нет необходимости. Это не романтический роман, мисс Моретти, это деловое соглашение, по поводу которого со мной почти не советовались...
Мой отец хрипло смеётся, перебивая меня:
— Конечно, у вас будет медовый месяц. Ты же не хочешь сразу разочаровать свою невесту, не так ли, Константин?
— Ты полагаешь, что я её вообще разочарую? — Огрызаюсь я. Мой отец усмехается.
— Все мужчины рано или поздно разочаровывают своих жён. Вопрос лишь в том, когда это произойдёт. — Он бросает взгляд на Софию. — Один из моих коллег предложил мне замечательное место для вашего медового месяца. По его словам, это роскошный курорт в Серенгети. Уединённое, уединённое место, что может быть лучше для молодожёнов, чтобы лучше узнать друг друга? — Он подмигивает мне с явным интересом, и я поджимаю губы.
— Я не уверен, что...
— Не беспокойся, — перебивает он меня. — С чем бы ты ни был не согласен, я решу эту проблему. Я ещё не опустился до того, чтобы пугать тебя, сынок. Я всё устрою, пока ты наслаждаешься обществом своей новоиспечённой жены.
На губах Софии появляется искренняя улыбка.
— Я всегда мечтала побывать в Африке, — говорит она с лёгкой неуверенностью, и я сжимаю челюсти. Я чувствую, как мной манипулируют и мой отец, и эта женщина, и мне это совсем не нравится.
— Мы обсудим возможность медового месяца позже. Пойдёмте, мисс Моретти. Я провожу вас.
Я бросил на отца ещё один острый взгляд, давая понять, что собираюсь поговорить с ним позже. Он кивнул, медленно встал и направился к выходу из столовой.
На этот раз я не предложил Софии руку. Я указал на дверь и последовал за ней, пока мы шли по коридорам к парадному входу в особняк. Она остановилась возле лестницы, обернулась и посмотрела на меня с тревогой в глазах.
— Константин...
— Мы поговорим позже, — оборвал я её. — Если это соглашение будет заключено. До сегодняшнего вечера со мной не советовались по поводу твоего присутствия здесь, и меня не спрашивали, согласен ли я на этот брак. Я хочу поговорить со своим отцом.
— Об этом было объявлено публично. — Она слегка вздёрнула подбородок, и её взгляд встретился с моим с вызовом, на который, я был удивлён, она была готова отважиться. — Ты поставишь меня в неловкое положение, если откажешься...
— Я уверен, ты справишься.
— Ты поставишь себя и свою семью в неловкое положение. — Её взгляд встречается с моим, и я уверен, что они с моим отцом в сговоре.
Я делаю шаг к ней, моё тело почти касается её. Она вздыхает с испугом, отступая назад, но я следую за ней, пока она не оказывается почти у подножия лестницы.
— Это звучит как угроза, мисс Моретти. И мне это не нравится. — Говорю я, протягивая руку, как будто хочу убрать прядь волос с её лица. Вместо этого я обхватываю пальцами её подбородок, слегка вдавливая большой палец в ямочку на подбородке. — Тебе следует задуматься о том, как ты будешь со мной разговаривать в будущем, если ты намерена стать моей женой.
Мне кажется, я замечаю на её лице лёгкий отблеск страха, когда отпускаю её руку. Это должно было встревожить меня, я не привык, чтобы женщины боялись меня, но в данный момент мне всё равно. Единственное, что меня сейчас заботит, это то, что мной, кажется, управляют: мой отец, эта женщина и все, кто заинтересован в развитии нашей империи. И я чертовски устал от этого.
— Спокойной ночи, мисс Моретти, — коротко говорю я ей и, развернувшись на каблуках, направляюсь по коридору к кабинету отца.
* * *
Когда я захожу внутрь, он уже сидит в кожаном кресле, потягивая из стакана неразбавленную водку. Я, нахмурившись, закрываю за собой дверь.
— Это вредно для твоего здоровья, — говорю я, хотя в глубине души мне хочется, чтобы он как можно скорее покинул этот мир. Это кажется жестоким, ведь мой отец никогда не был жесток ко мне, он просто всегда контролировал меня. Но слова могут быть такими же жестокими, как и действия, а мой отец — человек холодный. То, что он скрывал от меня, было так же разрушительно, как и любое физическое насилие.
— Такая жизнь вредна для моего здоровья, — говорит он, кашляя и ставя стакан на стол. — Ты же не думаешь бросить мне вызов, сынок?
— Я хочу понять, как это произошло.
Не утруждая себя приготовлением выпивки, я прохаживаюсь перед его креслом, глядя сверху вниз.
— Раньше