Имя. Мурашки пробегают по моей коже. Я так близка к тому, о чём мечтала с восьми лет. И всё, что мне нужно сделать, это взяться за работу, которая, если я хоть немного ошибусь, может меня убить.
Любое убийство связано с опасностью. Но это всё равно что войти в логово льва.
— Почему ты хочешь его смерти? — Мои пальцы постукивают по обложке фолианта, и я вижу, как улыбка Кейна становится шире. Он знает, что я уже думаю о том, чтобы сказать «да».
— Константин — наследник Виктора Абрамова. По всем параметрам он прекрасный человек. Ему всего лишь тридцать восемь, и он ещё достаточно молод, чтобы жениться и обзавестись собственными детьми. Он умён, беспощаден, когда это необходимо. Но, к сожалению, он также дальновиден. Слишком умён для его же блага.
Я приподнимаю бровь:
— К сожалению?
Кейн постукивает пальцем по бокалу:
— У него есть идеи по модернизации Братвы. Он предлагает узаконить их бизнес, отойти от старых традиций и управлять империей своего отца. Виктор, конечно, не согласен с этим, но он уже стар. Прошлой зимой он лежал в больнице с пневмонией, и с тех пор его здоровье ухудшается с каждым днём.
Я не задаюсь вопросом, откуда Кейн всё это знает. У него есть свои источники информации, и нет смысла сомневаться в его словах. Я просто молча слушаю.
— Он представляет угрозу существующему порядку, — продолжает Кейн. — Тому порядку, который мне выгоден. Его идеи о легитимизации дестабилизируют преступные группировки в Майами. Другие семьи будут считать его слабым и попытаются захватить его территорию, чтобы ослабить его авторитет. Как часть хрупкой преступной сети в этом городе, я могу оказаться вовлечённым в этот конфликт. — Он ставит свой бокал на стол, глядя на меня с ледяным блеском в глазах. — Со смертью Константина я могу повлиять на следующий выбор Виктора.
Я сужаю глаза.
— Ты думаешь, это должен быть ты?
Кейн фыркает.
— Конечно, нет. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть. У меня нет желания брать на себя ответственность и заниматься политикой, руководя преступной семьёй. Но я мог бы… посоветовать Виктору, кто должен стать его преемником. И поскольку его дни сочтены, он, вероятно, прислушается к моему совету.
Я с трудом сглатываю. Что-то во всём этом не так. Я знаю, что должна доверять своим инстинктам, ведь именно они помогали мне выжить всё это время. Но у Кейна есть то, чего я хочу. Ещё одна работа... всего одна, и я смогу получить то, что мне нужно.
Я могу с этим справиться.
— Хорошо. — Я прижимаю ладони к фолианту, словно пытаясь удержаться от того, чтобы снова не открыть его и не взглянуть на это точёное лицо, на эти опасные голубые глаза. — Тогда какой же у нас подход? Я не могу просто ворваться и убить этого человека. Наблюдение тоже не сработает. С ним всегда будет охрана. Каждое место, куда он отправится, будет проверяться. Это не будет...
— Ты собираешься выйти за него замуж.
Я смотрю на Кейна, уверенная, что ослышалась.
— Прости что?
Кейн, явно довольный тем, что застал меня врасплох и с улыбкой произнёс:
— Виктор Абрамов, как я уже говорил, умирает. У меня есть достоверные сведения, что он оказывает давление на Константина, вынуждая его жениться. Ты будешь представлена как потенциальная невеста с безупречной родословной, которую Виктор не сможет игнорировать. С твоим фальшивым происхождением, моим талантом убеждения и твоим собственным обаянием, я не сомневаюсь, что тебе удастся добиться помолвки.
У меня закружилась голова. Помолвка. Брак. Одно дело отправиться на задание с намерением соблазнить мужчину, затащить его в спальню или даже переспать с ним, чтобы оказаться достаточно близко для выполнения своей работы. Я даже бралась за пару заданий, где мне нужно было изображать эскорт-компаньонку на выходные или провести неделю, притворяясь, что я искренне заинтересована в мужчине. Роль компаньонки или временной подружки — это роли, которые легко играть. Однако брак, это совсем другое дело. Даже если я никогда не мечтала о настоящем браке и не ожидала встретить человека, который заставит меня сказать «пока смерть не разлучит нас», что-то внутри меня не позволяет мне произносить эти клятвы без истинного чувства.
Я убийца, а не лгунья.
— А если у меня ничего не получится? — Спрашиваю я.
Кейн слегка пожимает плечами:
— Ты никогда не терпела неудач. Зачем тебе начинать сейчас, когда это самая важная миссия, которую я когда-либо поручал тебе?
Действительно, зачем? Я не так уверена, как Кейн, что пахан Абрамов выберет меня в качестве невесты для своего сына. Но Кейн, похоже, считает это неоспоримым, и если я что-то и знаю о нём, так это то, что он тоже не из тех, кто играет в игры. Если он ввязывается во всё это, то только потому, что верит, что это сработает.
Я могла бы получить то, что мне нужно. Сопротивление, которое я испытываю к идее Кейна, сталкивается с этой глубокой потребностью, единственной, что поддерживала меня все эти годы, через каждый мучительный час тренировок, через каждый дискомфорт, через каждый неприятный аспект этой работы. И всё, что мне нужно сделать, это подтолкнуть себя ещё немного вперёд… сделать ещё одну вещь, которую я не хочу делать.
— Всё равно, добраться до него будет нелегко...
— Ты не станешь убивать его сразу, — объясняет Кейн. — Ты добьёшься помолвки и выйдешь замуж. Если за это время ты соберёшь какую-либо информацию о семье Абрамовых: об их бизнесе, их инвестициях и связях, тем лучше. Ты скажешь Константину, что хочешь провести где-нибудь медовый месяц.
У меня сжалось сердце. Я надеялась, что план Кейна включал в себя помолвку, которая бы завершилась «несчастным случаем» или убийством Константина в нашу первую брачную ночь. Но он хочет, чтобы я участвовала в более длительной игре. Он стремится, чтобы я была как можно дальше от него, когда буду нажимать на спусковой крючок или доставать нож. Хотя на первый взгляд это кажется разумным, с каждым произнесённым словом моё беспокойство только нарастает.
Он нажимает на свой телефон и поворачивает его к себе, показывая мне изображение на экране. Это похоже на роскошный